ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ПОЛИТИКИ КОЛЬБЕРА.

1. Первое заседание Совета торговли под председательством короля, в воскресенье, 3 августа 1664 г.

Докладная записка Кольбера.

]N с u in а г сk, Colbert et son temps, v. II (Appendix)].

Государь, вашему величеству угодно уделить несколько часов внимания восстановлению, или, скорее, воссозданию торговли вашего королевства. Это дело касается блага лишь ваших подданных и лично вашему величеству может принести выгоды только в будущем, после того как оно создаст в вашем народе избыток и богатства; на­против, оно причинит вашему величеству не только неудовольствие слышать частые разговоры о предмете, по существу довольно неприят­ном, но даже вызовет в настоящее время уменьшение ваших доходов. Конечно, государь, жертвуя этими двумя вещами, столь важными и дорогими для короля, — временем, которое он мог бы употребить или на свои развлечения, или на другие дела, более приятные, и своими доходами, — ваше величество умножите до бесконечности этими беспримерными знаками своей любви к своим подданным пре­клонение и уважение в их умах и удивление среди иностранцев. По­лагаю, государь, что было бы уместно вкратце остановиться на вопросе, хорошо ли, что ваше величество приобщается к делам этого рода, — чтобы затем перейти к обозрению того положения, в котором находится

торговля вашего королевства или, скорее, в котором она была в тот момент, когда его величество начал принимать личное участие в своих делах, ибо разными распоряжениями, изданными с того времени, его величество уже дал большой толчок к восстановлению торговли.

Несомненно, государь, что никогда еще в истории не было примера, чтобы такие большие и могущественные государства, как ваше, проявляли большую деятельность в торговле. Мысли об этом порождались в умах людей только необходимостью.

До XIV столетия этого слова [торговли] не знали ни в океане, ни в морях Атлантическом, Восточном и Южном.

До 1480 г. венецианцы и марсельцы держали в своих руках всю крупную торговлю и все драгоценные товары Индии; перец, сахар, соль и даже золото и серебро доставлялись караванами из Великой Индии и Персии в города Египта, где они забирались венецианцами, а затем отчасти марсельцами, и привозились и сбывались в Европу; именно это и составило мощь Венеции, которая тогда являлась главным складом всех этих товаров в Европе.

С течением времени усердные и трудолюбивые жители Антвер­пена устроили в своем городе склады для всех стран Севера, куда они привозили все товары, приобретавшиеся ими в Венеции, а затем, под флагом Франции, начали сами ездить в Египет и другие турецкие порты Леванта, чтобы получить товары из первых рук.

Такова была крупная торговля Европы, когда, приблизительно к середине XV в., португальцы решили испробовать путь кругом мыса Доброй Надежды. Когда это удалось, король их начал основывать коло­нии по берегам Африки по сю сторону, в королевстве Конго, в Гвинее и Анголе; он сделался хозяином Канарских островов и Зеленого Мыса и, пройдя пролив, водворил поселенцев и колонии в Мозамбике, Мелинде, и сделался господином восточных и западных берегов Африки; а затем, продвигая вперед свои завоевания, он основал колонии и одновременно свое господство и продвинулся в Персид­ский залив... и к выходу Красного моря; далее, он стал осно­вывать свои фактории в империи Могола, на острове Диу, затем за­воевал в королевстве Беджпура [на Малабарском берегу] знаменитую станцию Гоа, которую он сделал главным городом всех португальских владений Востока. Затем они продвинули свои колонии и одновре­менно свое господство в Бенгальский залив на Кормандельский берег.

Основания колоний и завоевания совершались легко, так как могущественные короли, вроде персидского, Великого Могола и других, увидев в их стране иностранцев, забиравших их продукты и товары легче и в большем количестве, чем караваны, приняли их благосклонно, оказали им милости, заключили с ними договоры и позволили им обосноваться в своих государствах на столь выгодных условиях, что те могли не признавать другого повелителя, кроме своего собственного короля.

До сих пор португальцы в своих морских экспедициях шли вдоль берегов и не осмеливались плыть через великие моря, которые лежат от мыса Доброй Надежды до Китая; но когда в своем первом плавании они открыли Молуккские острова, где нашли небывалое изобилие превосходных бакалейных товаров и, между прочим, гвоздику и му­скат, то они решили, что нашли все богатства Нового Света.

По примеру португальцев, кастильцы тоже начали путешествовать и основали несколько колоний.

Вест-Индия тоже была открыта этими двумя нациями.

И для того, чтобы избежать споров, которые могли возникнуть между ними, папа Александр VI, которого они избрали своим арбит­ром, провел знаменитую линию через весь земной шар и присудил королю Кастилии все, находящееся по правую сторону, т. е. весь Запад, а королю Португалии все по левую сторону, т. е. весь Восток; и это знаменитое разделение внушило Магеллану самую отважную и необыкновенную мысль, которая когда-либо приходила на ум чело­веку. До него никто не верил, что существуют антиподы; в нашей ре­лигии такая мысль была своего рода ересью. Он оказал услугу королю Португалии, открыв Молуккские острова, которые были тогда самой богатой частью всей Индии. Он был недоволен португальским коро­лем, который не наградил его соразмерно столь большой и важной за­слуге. Острова принадлежали этому королю, так как находились по левую сторону линии, обозначенной Александром VI. И вот этот человек решает предпринять кругосветное путешествие, чтсбы откры­вать и покорять острова справа, предлагает это королю Кастилии, и король дает пять судов для этого замечательного предприятия. Ма­геллан идет вдоль берегов всей Южной Америки, входит в какой-то залив и остается там целых три месяца, невзирая на все противо­действие ветров и скал; и, наконец, потеряв два корабля, проникает до большого Южного Моря, которого никто еще не посещал до него, пристает к Молуккским островам, покоряет один из них, штурмует крепость другого, где его и убивают. ²Затем один из его пяти кораблей возвратился к концу третьего года, совершив круго­светное путешествие. Уместно сказать при этом, что Колумб, флорен­тинец, ³открывший Америку для кастильского короля, приезжал во Францию сделать такого рода предложение королю Людовику XII, где был принят за сумасшедшего, и после этого отправился к королю Кастилии, который и дал ему корабли для путешествий.

В таком положении находилась эта великая ост- и вест-индская торговля, когда корона Португалии была присоединена к кастильской в 1578 г., после смерти короля дона Себастиана в Африке, в битве при Альказар-Кебире, в которой три короля погибли со шпагой в руке. Со времени этого объединения прошло уже сорок лет, когда голландцы, освободившись от власти католического [испанского] короля, сделали торговлю основою своего государства и единственным средством суще­ствования, обусловленным положением их страны, трудолюбием и бережливостью жителей.

Европейские дела благоприятно сложились для этого замысла. В уме испанцев была всесветная монархия, их внимание было погло-

щепо Европой. Французы были заняты гражданскими и религиоз­ными войнами и были слишком озабочены делами внутренними, не думая о том, что происходит вовне.

Голландцы почти повсюду превосходили испанцев на море, но в особенности испанцам были недоступны голландские берега, откуда они могли бы доставлять товары Индии на Север, где эти товары нахо­дили наибольший сбыт.

Город Антверпен оставался под властью испанского короля, и, в результате этого, голландцы, сильнейшие на море, подорвали и почти целиком уничтожили его торговлю. Этим воспользовался и быстро расцвел город Амстердам; голландцы же, видя, что, вследствие соеди­нения короны португальской и кастильской, они уже больше не могут легко получать товары из Индии, заложили в 1598 г. первые основания той знаменитой Ост-индской компании, которая настолько расцвела с того времени, что сделалась без всякого сравнения более могуще­ственной в Индии, чем государства и их государи в Европе; она объя­вляет и ведет войну с самыми сильными государями этой страны, и ее богатства достигли по последней описи 800 миллионов.

Англичане, в подражание голландцам, создали такую же Ост- индскую компанию, так что теперь в этой стране две нации, испове­дующие католическую апостольскую римскую религию, совершенно отодвинуты на задний план, а две нации, там господствующие, — обе еретические.

После беглого обзора состояния этой крупной торговли, един­ственно достойной внимания, положение остальной торговли таково. В Вест-Индии, откуда идут сахар, краски, табак и хлопок, и где фран­цузы занимают различные острова, вся торговля находится в руках голландцев. Торговля с Левантом еще немного ведется через Марсель и почти целиком разорена неумелым управлением французских консу­лов, которые учреждены в результате договоров, заключенных в турецких городах Леванта с султанами. Торговля Балтийского и Северного морей находится в полном и бесспорном владении голланд­цев. Остается торговля внутри королевства, которая состоит в свободе сообщения между всеми подданными короля, в развитии мануфактур и в транспорте наших продуктов и товаров из порта в порт.

Остается только рассмотреть, выгодно или не выгодно стремиться к тому, чтобы восстановить или развивать торговлю и промышлен­ность в нашем королевстве. Доводы против этого следующие.

Могущественные государства никогда не проявляли большого рвения к торговле, напр., республика и императоры римские, короли Азии, Франции, Испании, так что это занятие характерно для госу­дарств слабых; трудолюбию и бережливости французов мешают изоби­лие и плодородие Франции, торговле мешает также то обстоятельство, что для плавания французского судна требуется всегда почти вдвое больше людей и припасов, чем для голландского. Такая экономия дает голландцам выигрыш, в то время как французы разоряются. Их [голландцев] удивительная сила и способности в области торговли, которую они считают основой их государства, легко даст им сред­ства для разорения всех тех, которые захотели бы соперничать

с ними, подрывая их торговые начинания путем покупки в Европе и Индии различных товаров и продажи их с значительным убытком; и даже, если бы это удалось и имело результатом почти полное разо­рение голландцев, так как половина их судов существует тор­говлей с Францией, —то разорение республики, основанной при по­мощи и покровительстве короля и его предшественников, не может быть выгодно королю; восстановление торговли, клонящееся к разо­рению голландцев, может заставить их соединиться с коронами, враж­дебными величию короля; и, наконец, поскольку дело идет о могуще­стве на море, то королю почти безразлично, обладать ли таким могуще­ством самому, или же получить его при помощи союза с республикой, подобнойГолландии,которойего величество может всецело располагать.

Однако и доводы в пользу того, чтобы предпринять восстановление торговли и даже создание новых торговых предприятий, заключаются именно втом, что последствия, прсистекающие отизебилия страны и препятствующие трудолюбию и бережливости, велики и кажутся трудно преодолимыми.

Дела легкие не дают совсем или дают мало славы и выгоды; труд­ные — наоборот. Если к естественному могуществу Франции король сможет присоединить силу, которую дают промышленность и занятие торговлей, —то достаточно лишь немного поразмыслить относительно могущества городов и государств, которые лишь отчасти обладали такой промышленностью и такой торговлей, — и сразу станет ясно, что величие и могущество короля возрастут до небывалых размеров.

Разница в издержках на мореплавание будет возмещена льготами и покровительством, которые будут находить французские суда в пор­тах королевства, потому что голландские суда уезжают и приезжают во Францию и здесь уплачивают пошлины. Разница в 50 су за тонну (ввозная пошлина), которую король столь славно установил, [††††††] приве­дет к тому, что французы легко и с избытком возместят ту сумму, какую они потеряют на людях и в провианте.

Что касается разорения голландцев, то оно никогда не будет пол­ным. У Франции сейчас нет 200 основательных судов в своих портах. В 1658 г. у голландцев их было 16 000. Речь идет только о том, чтобы забота и покровительство короля увеличили число кораблей его под­данных в 8- или 10-летний срок, быть может, до 2 000. Вслед­ствие этого голландцы потеряют из упомянутого числа, быть может, от 1 200 до 1 500; другие нации — все остальное.

Итак, не может итти речи об их разорении, но лишь о незначи­тельном уменьшении числа их кораблей. Сухопутные силы короля превосходят таковые же силы других европейских государей, морские силы Франции ниже других. Это — единственное средство сравнять их повсюду. Голландцы весьма скоро и легко поймут, что в союзе с Францией всегда есть выигрыш для их торговли и государства, и что они все потеряют в союзе с другими. Затруднения, которые будет чинить голландская Ост-индская компания по части закупки товаров в Индии и продажи их в Европе, могут быть преодолены только могуще­

ством и покровительством короля и его финансовой помощью, к случае, если бы в ней оказалась нужда. В последнем случае, сохраняя договоры, заключенные с голландцами, нужно, чтобы его величества предпочитал благо своих подданных благосостоянию союзников.

Обсудив доводы за и против восстановления торговли, следует детально рассмотреть то состояние, в котором она находилась, когда его величество начал принимать личное участие в своих делах.

Состояние внутренней и каботажной торговли:

Мануфактуры сукна, саржи и других материй этого качества, бумажные, мелочные железные и медные заведения, шелковые, полот­няные, мыльные и вообще все другие производства были и теперь еще почти совершенно разорены.

Всем им чинили препятствия голландцы, привозя к нам предметы этих производств и вывозя в обмен продукты, нужные для своего по­требления и торговли; между тем, если бы эти мануфактуры были должным образом восстановлены, то у нас не только хватало бы этих товаров для собственного потребления, так что голландцы приносили бы нам наличными те деньги, которые они от нас получают, но, кроме того, мы могли бы посылать эти товары за границу, что равным образом доставило бы нам денежный эквивалент, — а это составляет единственную цель торговли и единственное средство увеличения ве­личия и могущества нашего государства.

Что касается морской торговли, как из порта в порт, так и между чужими странами, то известно, что даже и для торговли первого рода во всех портах королевства имеется не более, как от 200 и до 300 ко­раблей, принадлежащих подданным короля. Поэтому голландцы ежегодно получают из королевства, по самому точному подсчету, 4 млн ливров за этот транспорт, и на эту сумму они получают от нас про­дукты; последние им совершенно необходимы, и если бы у нас было достаточное количество кораблей, чтобы совершать эту перевозку из порта в порт самим, голландцы были бы вынуждены отдавать нам ту же самую сумму наличными деньгами.

Причины плохого состояния внутренней торговли следующие: долги городов и коммун, затрудняющие сообщение,⁴которое является основой всякой торговли подданных короля, из провинции в провин­цию, и из города в город; порожденное этими долгами в городах су­тяжничество, разоряющее жителей; большое количество внутрен­них таможенных застав, установленных повсюду, на сухопутных и речных путях; разрушение общественных дорог;ужасающее количество чиновников; излишние налоги на все съестные продукты; чрезмерные и плохо составленные тарифы пяти больших откупов (cinq grosses fermes);’ пиратство, погубившее бесчисленное количество судов, и, одним словом, невнимание короля и его совета, обусловившее нерадение подведомственных им чиновников, в руках которых нахо­дится авторитет административной власти для сохранения и расши­рения всех отраслей производства.

Состояние внешней торговли:

Ясно, что за исключением нескольких марсельских кораблей, которые поддерживают сообщение с Левантом, в королевстве более

не строится кораблей. Дело дошло до того, что на островах, населен­ных французами в Америке, имеется 150 голландских судов, которые ве­дут всю торговлю, доставляют туда припасы германского происхождения и продукты германской промышленности, привозя немцам сахар, табак, москательные товары для окрашивания. Они привозят их немцам, платят за право въезда, отдают их в переработку; затем опла­чивают право выезда и, наконец, доставляют их нам; и привозимые ими ежегодно товары этого сорта оцениваются в два миллиона ливров, за которые они увозят от нас необходимые нам самим товары на ту же сумму; тогда как если бы мы сами вели эту торговлю со своими островами, то голландцы были бы вынуждены отдать нам эти два миллиона чистоганом.

Изложив вкратце состояние внешней и внутренней торговли, быть может, было бы не лишне сказать в немногих словах, в чем состоят выгоды от нее.

Я думаю, что легко согласятся с тем принципом, согласно кото­рому лишь избыток денег в государстве создает его величие и мощь. Поскольку дело идет об этом принципе, известно, что ежегодно выво­зится из королевства продуктов французского производства и про­исхождения, нужных для потребления чужих стран (эти продукты суть вина, водки, уксус, железо, фрукты, бумага, полотна, мелочные же­лезные и медные товары, шелковые товары, галантерея) на 12—18 млн ливров. Вот это-то и суть рудники нашего королевства, к сохранению которых надо прилагать все усилия.

Голландцы и другие иностранцы ведут постоянную войну против этих рудников и до сих пор так хорошо успевали в этом, что, не давая названной сумме чистоганом поступать в государство и в результате обогащать его, они сами привозят нам на две трети этой суммы разных товаров своего производства или производства других стран, так что деньгами в королевстве ежегодно поступает лишь 4, 5, б млн ливров.

Средства, которыми они при этом пользуются, суть следующие: судовые фрахты из порта в порт дают им 3 млн;товары, доставляемые на острова Франции, — 2 млн; прекрасные материи, которыми они возбудили наше любопытство, индийские товары — пряности, сахар и т. д. — Змлн; продовольствие с Севера и материалы для корабле­строения — 15 млн ⁶сверх того, они всегда забирают у нас про­дукты некоторых из наших производств — бумажного, мыльного, суконного, шелкового, которые составляют часть вышеуказанных 18 млн ливров вывоза, и этот вывоз вернулся бы к нам наличными деньгами, если бы товары вывозились в чужие страны, тогда как иностранцы не только лишают нас этого преимущества, но даже привозят их нам вместо денег, в обмен на наши, необходимые нам самим, продукты.

Их оборотливость и наша несообразительность зашли так далеко,, что, при помощи своих торговых агентов и комиссионеров, которых они сумели водворить во всех портах королевства, голландцы сдела­лись хозяевами всей торговли и благодаря’ своему торговому флоту установили цену всех покупаемых или продаваемых ими товаров.

Исходя из этого положения, легко заключить, что, насколько мы сможем уменьшить прибыль, которую голландцы получают за счет подданных короля, и сократить потребление товаров, которые они нам привозят, — настолько же мы увеличим количество денег [во Франции] посредством продажи наших товаров, а также могущество, величие и благосостояние государства.

Мы можем сделать то же заключение относительно товаров тран­зитных, т. е. тех, которые мы могли бы доставать из Вест- и Ост-Индии, чтобы перевозить их на север, откуда мы привозили бы самостоятельно материалы, нужные для постройки флота, в котором заключается ве­личие и могущество государства.

Сверх тех выгод, которые произведет приток большего количества наличных денег в королевство, несомненно и то, что миллионы людей, пребывающих ныне в праздности, будут добывать себе средства суще­ствования, работая на мануфактурах, в торговом флоте и в морских портах; что почти беспрерывное умножение судов умножит также величие и мощь государства.

Вот, по моему мнению, те цели, к которым должны устремляться заботы короля, его милость и любовь к своему народу.

Чтобы достичь этого, можно предложить следующие средства: постановлением совета в присутствии короля объявить всему народу циркулярными письмами о решении, принятом его величеством, чтобы все те, которые имеют честь оказать ему услугу, довели до его сведения о тех выгодах, которые могут быть от этого получены подданными короля; ⁷принимать всех торговцев, которые прибудут ко двору, с особыми знаками покровительства и милости; помогать им во всем, что будет касаться их торговли, выслушивать их иногда в совете его величества, когда они прибудут по важным делам; предложить им всем посылать представителей для постоянного присутствия в свите короля; приказать главному королевскому квартирмейстеру отводить им почетные помещения среди свиты короля; за отсутствием депу­татов, назначить лицо, которое имело бы власть поддерживать с ними корреспонденцию, принимать все их депеши, их жалобы, быть ходатаем по их делам и сообщать им все, что будет решено для их блага и в их пользу; возобновить все административные распоряжения внутри королевства, клонящиеся к восстановлению производств;

пересмотреть все тарифы пошлин, ввозных и вывозных, уменьшить пошлины на товары, нужные для производства, и на товары, вырабо­танные в стране, уменьшить пошлины на владельцев мануфактур с 12 млн. до 1 500 000 ливров ежегодно;

ежегодно употреблять значительную сумму на восстановление мануфактур и на благо торговли, следуя постановлениям, которые будут приняты в совете (на полях написано «один миллион»);

то же самое относительно судоходства: давать вознаграждение всем тем, кто будет покупать или строить новые корабли, или тем, кто будет совершать большие рейсы;

починить общественные дороги и постепенно уничтожать все внутренние таможни на реках;

заново начать работу по ликвидации коммунальных долгов, не переставая работать над тем, чтобы сделать судоходными несудо­ходные реки внутри королевства;

тщательно исследовать коммуникационные пути между морями через Гиень и Бургундию;

всемерно поддерживать Ост- и Вест-индские компании; побуждать всех вступать в число их членов;

переносить все судебные дела, в которых будут заинтересованы коммерсанты, на личное рассмотрение короля;

объявить всем почетным корпорациям королевства через прези­дентов и генеральных прокуроров о решении, которое принял король, и приказать им от имени его величества приложить особенные заботы о всем, что будет касаться коммерсантов;

также всем губернаторам провинций и городов, всем мэрам и эшевенам, чтобы их известить об этом, с приказанием собрать купцов, чтобы прочесть в их присутствии о решении короля;

кроме того, в каждом заседании совета надо будет рассматривать каждую статью торговли в отдельности, а именно:

торговлю Леванта и беспорядки, причиняемые консулами, дабы принять надлежащие меры;

все, касающееся Ост-индской и Вест-индской компаний;

все, что касается торговли Севера, Архангельска, Москвы, Бал­тийского моря и Норвегии;

внутренние таможни в королевстве; ликвидацию коммунальных долгов; общественные дороги;

судоходство по рекам и морям; мануфактуры и т. д.

2. Людовик XIV эшевенам и жителям города Марселя ⁸

Р. Clement, Lettres, instructions et memoires de Colbert, v. 11, p. 426.1

1664 r., 26 августа.

Рассмотрев, в какой мере было бы полезным для королевства восстановить торговлю внутри и вне его,., мы решили для этой цели собирать каждые пятнадцать дней в нашем присутствии особый совет торговли, в котором будут рассматриваться и решаться все во­просы, касающиеся интересов торговцев и средств к восстановлению как торговли, так и всего того, что имеет отношение к мануфактурам. Объявляем вам, что мы назначили из средств нашего государства один миллион ливров ежегодно для восстановления мануфактур и расшире­ния мореплавания, не считая тех еще более значительных сумм, которые мы приказываем образовать для снабжения вест- и ост- индских компаний;

что мы приказываем неустанно работать в том направлении, чтобы уничтожить речные пошлины на судоходных реках;

что уже израсходовано более миллиона ливров для исправления больших дорог, в каковом направлении мы приказываем работать и впредь непрерывно;

что мы приказываем оказывать денежную помощь из нашей коро­левской казны всем тем, кои пожелали бы предпринять восстановление прежних мануфактур или предложили бы создать новые;

что мы дали приказ всем нашим посланникам или резидентам при государях, не находящихся с нами в союзе, делать необходимые представления от нашего имени, дабы все жалобы наших купцов на­ходили справедливое удовлетворение и дабы им была обеспечена полная свобода их торговли;

что мы приказали предоставлять удобную квартиру при нашем дворе и нашей свите всем и каждому из купцов, у которых будут до нас дела в течение всего времени, пока они будут принуждены при нем оставаться, распорядившись, чтобы главный наш квартирмейстер отвел подходящую для этой цели квартиру, которая будет названа Дворцом Торговли;

что если вышеупомянутые купцы захотят делегировать кого- либо из их среды к нашему двору и нашей свите, для того чтобы пред­стательствовать здесь об их делах, мы прикажем поместить его в этот дворец и дадим ему по всякому делу аудиенцию;

что если они затруднятся найти такого из них, кто мог бы или захотел оставить свою семью и свою торговлю ради таковой должности, мы поставим знающего и подходящего человека, которому мы назначим жалованье для того, чтобы он жил в этом дверце, принимал в нем купцов, прибывающих по делам ко двору, ходатайствовал за них и отправлял им извещения о решении их дел, — все это совершенно бесплатно;

что все купцы и негоцианты, которые покупают корабли или заказывают новые для своих предприятий и торговли, будут получать от нас пожалования на покупку таковых или на их постройку.

Обо всем этом мы пожелали сообщить вам этим письмом и сказать вам, что, как только вы получите его, вы соберете всех купцов и него­циантов вашего города Марселя и точно объясните им наши намерения относительно всего вышесказанного, чтобы они, будучи осведомлены об этом и о благосклонном обращении, которое мы соизволили им оказы­вать, тем более прилагали стараний к торговле. Объявляем им, что по всем вопросам, которые касаются блага и преуспеяния торговли, они могут обращаться к господину Кольберу, и т. д.