43. Уголовное и уголовно-процессуальное законодательство в 30-е годы. Внесудебные репрессии.

Уголовное право в 30–х гг. становится инструментом политики, при помощи которого идёт перестройка социальной структуры, коллективизация и индустриализация. С одной стороны, так же, как и в 20-е годы при определении уголовной ответственности продолжали использоваться принципы целесообразности, аналогии и объективного вменения (осуждения без вины).

С 1932 г. виновные в мелких хищениях социалистической собственности подлежали смертной казни, а при наличии смягчающих обстоятельств –лишению свободы на 10 лет. 8 июня 1934 г. ЦИК СССР принял Закон об измене Родине, согласно которому предусматривалась коллективная ответственность членов семьи виновного в измене.

В апреле 1935 г. устанавливается уголовная ответственность с 12-летнего возраста за совершение тяжких преступлений (убийства, насилия и увечья). За все остальные преступления уголовная ответственность наступала с 14 лет (к несовершеннолетним не применялась высшая мера). В уголовном порядке преследовались вовлечение несовершеннолетних к участию в преступлениях, понуждение их к занятию проституцией, спекуляцией, нищенством.

10 августа вышел Указ Президиума ВС СССР “Об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве”, по которому мелкие кражи наказывались лишением свободы сроком на один год.

С 1937 года максимальный срок лишения свободы был увеличен с 10 до 25 лет. Приговоренные к лишению свободы на срок свыше 3 лет с 1929 г. отбывали наказание в исправительно-трудовых лагерях ОГПУ.

Наметившаяся в 30-е годы тенденция усиления мер наказания отразилась и на развитии уголовно-процессуального права. С июля 1934 г. уголовные дела, расследовавшиеся органами НКВД, стали рассматриваться без участия народных заседателей, а наиболее тяжкие преступления (измена Родине, террористические акты, диверсии) относились к подсудности военных трибуналов и военной коллегии Верховного Суда СССР. Законом от 1 декабря 1934 г. устанавливался упрощенный порядок рассмотрения дел о террористических актах. В том же 1934 г. было образовано Особое совещание при НКВД СССР – орган, который в административном (внесудебном) порядке мог применять в качестве меры наказания ссылку, высылку и заключение в исправительно-трудовые лагеря.

В начале 30-х гг. в связи с урбанизацией и ломкой патриархальных норм, с наплывом в города больших масс насильно выброшенных из деревни во время раскулачивания озлобленных людей произошел всплеск уголовной преступности: убийств, разбоев, грабежей и злостного хулиганства. С этим велась борьба мерами административного права (паспортный режим) и ужесточением обычного уголовного права. Однако меры не достигли цели, и государство пошло на внесудебные репрессии.

При управлениях милиции на уровне области были созданы милицейские “тройки”, для рассмотрения дел рецидивистов и неработающих лиц, связанных с преступной средой (в основном скупщиков краденого и держателей притонов). Дела разбирались в присутствии обвиняемого и прокурора.“Тройки” рассматривали до 1/3 подобных дел. Применяемые ими репрессии были в большой мере превентивными - они не столько наказывали индивидуального преступника, сколько разрушали преступную среду, что несовместимо с нормами правового государства. Этими мерами волна преступности была сбита, за один год число грабежей снизилось почти вдвое, квалифицированных краж - на треть, конокрадства - в три раза.

Сильный удар с помощью внесудебных репрессий был нанесен организованной преступности. Она быстро формировалась в России в начале века, была подорвана репрессиями ВЧК, а затем ожила в условиях НЭПа. Жестокие меры 30-х гг. надолго парализовали ее, что было особенно важно во время войны.