Соотношение учения о контракте и иска agere praescriptis verbis

Перед тем как перейти к рассмотрению иска agere praescriptis verbis следует проанализировать его соотношение с учением о контракте Лабеона. Вопрос здесь звучит следующим образом: можно ли рассматривать учение о контракте Лабеона и иск agere praescriptis verbis как связанные концепции? Галло предлагает рассматривать agere praescriptis verbis как следующий шаг в развитии учения о контракте Лабеона^[670].

Еще один вопрос, требующий прояснения, связан с оценкой agere praescriptis verbis как абстрактного договорного иска. Основной аргумент противников такой интерпретации состоит в том, что поскольку в римском праве не было разработано абстрактного, генерального понятия контракта, то и не могло быть абстрактного иска из контракта^[675]. Предоставление иска agere praescriptis verbis для атипичных договоров не означало принципиальной исковой защиты любого соглашения, поскольку его использование зависело от претора и определялось в том числе в процессе переговоров между истцом и ответчиком и претором на стадии судебного процесса in iure^[676].

По мнению Б. Шмидлина^[677], иск с описанием дела в прескрипции никогда не рассматривался как общий договорный иск. Он являлся скорее исключением и применялся, когда невозможно было обратиться к типичным искам, предусмотренным в эдикте претора. Подобным образом Р. Фьори и М. Ф. Курси оценивают agere praescriptis verbis как субсидиарный и атипичный иск, направленный на санкционирование поведения, не соответствующего принципу добросовестности^[678].

Канната один из немногих характеризует данный иск как генеральный контрактный иск, направленный на защиту любых атипичных соглашений и видит связь между квалификацией сделки в качестве контракта со стороны Лабеона и предоставлением agere praescriptis verbis^[679].

Каждая из названных гипотез требует проверки на основе свидетельств, в которых Лабеон обращается к agere praescriptis verbis и которые будут проанализированы нами ниже.

4.2.