ВВЕДЕНИЕ

В 1935 г. русский философ Николай Александрович Бердяев писал: «Начало века было временем большого умственного и духовного возбуждения, бурных исканий, пробуждения творческих сил начало XX века ознаменовалось...

Действительно, начало ХХ в. для России было переломным периодом во всех отношениях - смена политического строя, смена идеологии, духовных основ общества, культуры, ценностей и даже языка. Все эти перемены проходили болезненно, повергая общество, в первую очередь интеллектуальное, интеллигентское, в кризис, в необходимость поиска новых основ бытия, науки, творчества. Именно тогда начинает активно развиваться модернизм, давший множество различных течений во всех сферах культуры.

Для большинства художников ХХ в. характерно понимание культуры как единого целого, но целого многогранного, разнородного. Поэтому художественное мышление прошлого века по своей сути синтетично и разнообразно в формах выражения. Подтверждение этому мы находим в статье «Без божества, без вдохновенья» (1921 г.) А.А. Блока: «Россия - молодая страна, и культура ее - синтетическая культура... неразлучимы в России живопись, музыка, проза, поэзия... Вместе они и образуют единый мощный поток.»^[2].

Русское искусство в целом, и русская литература в частности, на рубеже XIX-XX вв. характеризуется стремлением к взаимодействию

различных видов искусства, в том числе и на архитектоническом^[3][4] уровне. Всевозможные явления, интегрирующие средства музыки, живописи, театра с литературой, литературоведами объединены понятиями «синтетизм» (И.И. Иоффе), «внутрихудожественные связи» (М.М. Бахтин), «интермедиальность» (О.

Художественный синтез был свойственен эстетике модернизма, что достаточно ярко проявлялось в поэзии. Однако взаимодействие литературы и музыки началось не в ХХ веке, а гораздо раньше, и было характерно еще для праискусства.

А.Н. Веселовский отмечал, что в древнейшем музыкально-поэтическом ритуальном творчестве основная роль выпадала на долю ритма, который формировал и обозначал мелодию, а в дальнейшем и поэтический текст. Однако значение текста первоначально было не главенствующим, а

4

второстепенным .

Еще один значимый процесс для отечественной литературы, соединивший музыкальные и поэтические начала, произошел в XVIII в.: под влиянием музыки^[5] произошла серьезная реформация русского стиха, которая привела к упорядочиванию силлабической системы стихосложения. Реформаторами были, в основном, В.К. Тредиаковский и М.В. Ломоносов, стратегия которых сильно различалась. Принципы тонического стиха более корректно были сформулированы М. Ломоносовым, а формирование

силлабо-тонических размеров в 1740-1760-е гг. шло преимущественно в рамках, намеченных В. Тредиаковским (поиск тонического ритма в пределах силлабически заданной меры).

Эпоха романтизма поставила на пьедестал наравне с поэзией музыку, позже приравняв последнюю к высшей форме художественной деятельности. Художники эпохи романтизма воспринимали музыку как первоначало, первоисточник искусства, в том числе поэзии.

Новым этапом взаимодействия музыки и литературы стала поэзия модернизма, искавшая всё новые формы и средства выражения, в том числе заимствовала специфические музыкальные жанры: «Симфонии» А. Белого - один из самых ярких тому примеров. «“...Симфония драматическая”^[6], как первый в литературе и притом сразу удавшийся опыт нового формального творчества Андрея Белого должен быть отмечен как момент рождения своеобразной поэтической формы»^[7]. Таким образом, мы видим, что симфонии А. Белого представляют собой принципиально новый литературно-музыкальный жанр.

Обращение к музыкальным жанрам можно найти в поэзии

А.А. Ахматовой, что отмечает исследователь С.В. Овсянникова^[8]: сборники 1912 г. «Вечер» и 1914 г. «Четки» построены как сюиты, а сборник 1917 г. «Белая стая» имеет сонатную форму.

Также многочисленные варианты жанра песни и романса в поэзии присутствуют в лирике И.Ф. Анненского («Ванька-Ключник в тюрьме», «Одуванчики», «Колокольчики», «Песни с декорациями»), Н.А. Клюева

(«Свадебная», «Посадская», «Рекрутская»), И.А. Бунина («Святой Георгий», «В Гефсиманском саду»), Ф.К. Сологуба («Песня крови») и др.^[9]

В рамках данного исследования в центре внимания находится взаимодействие музыки и литературы, что, как правило, проявляется на уровне поэтики, творческого метода, а также темы, мотива или элемента «синтетического» тропа, «синтетического» жанра.

Под синтезом искусств мы будем понимать органичное соединение разных искусств или видов искусств в художественное целое, эстетически организующее материальную и духовную составляющую бытия.

Термин синтез искусств предполагает создание качественно нового художественного явления, не являющегося простой суммой составляющих его компонентов. Их идейно-мировоззренческое, образное и композиционное единство, участие в организации художественного пространства и времени порождают в искусстве качества, способные раскрыть многоплановость, многогранность художественной идеи.

Отсюда следует, что синтетическими жанрами (условно) мы будем называть те, которые объединили в себе музыку и поэзию, такие, как песня, романс, элегия и т.п., а так же жанры, перешедшие в поэзию и давшие ей свою архитектонику, такие, как сюита, соната и пр.

Однако следует разграничивать смежные процессы и понятия. Во- первых, для поэзии Серебряного века характерно усиление музыкального начала, что явно прослеживается в поиске структурных, архитектонических соответствий музыкальной форме. Это проявляется в использовании разнообразных повторов, параллелизмов, ритмических перебоев и т.п.

Во-вторых, важным является сознательное обращение поэтов к музыкальным жанрам, таким, как романс, песня, колыбельная, которые

находятся на границе двух видов искусства; а также к исконно музыкальным жанрам кантаты, ноктюрна, сюиты, сонаты и т.д.

Объектом диссертационного исследования является синтез музыкальных и поэтических жанров.

Предмет исследования - синтетические жанры в поэтическом творчестве М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой.

Материалом исследования служат корпус поэтических произведений М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой, биографические и мемуарные произведения сестёр Цветаевых и других авторов (В.А. Швейцер, А.И. Павловского, С.А. Айдиняна, И. Кудровой, В. Лосской и др.).

В соответствии с поставленной целью решаются следующие задачи:

1) выявить объективных предпосылок обращения Цветаевых к музыке;

2) определить механизмы, с помощью которых осуществляется синтез музыкальных и литературных жанров;

3) рассмотреть своеобразие традиционных лирических жанров, претерпевших трансформацию в творчестве двух поэтесс под влиянием музыки;

4) осуществить анализ лирики М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой в границах синтетических жанров;

5) сопоставить лирику М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой в аспекте музыкально-литературного синтеза, выявить своеобразие каждой поэтессы.

Теоретическая и методологическая основа исследования. Научные исследования, затрагивающие взаимодействие различных видов искусств, появились в начале ХХ в. (М.П. Алексеев^[10], И.И. Иоффе^[11]), были продолжены позже известными учеными-филологами и искусствоведами

(Д.С. Лихачев^[12], М.М. Бахтин^[13], М.С. Каган^[14]), в 1990-х гг. было открыто явление интермедиальности и в настоящее время идет активное освоение этого понятия. Также в основе работы лежат исследования, рассматривающие явление синкретизма в древней поэзии (А.Н. Веселовский^[15], М.С. Каган).

В качестве методологической базы использованы обширные жанрологические исследования (Г.Н.

Также мы опирались на обширную литературу по цветаеведению, включающую в себя мемуары и воспоминания М.И. Белкиной (Скрещение судеб. - М., 2008), С.А. Айдиняна^[26], биографические исследования

B. А. Швейцер (Марина Цветаева. - М., 2007), А.И. Павловского (Куст рябины. - М., 1989), В. Лосской (Марина Цветаева в жизни: неизданные воспоминания современников. - Нью-Йорк, 1989), А.А. Саакянц (Марина Цветаева. Жизнь и творчество. - М., 1999), диссертационные исследования и статьи Е.А. Касатых (Мир творчества А.И. Цветаевой: художественное, онтологическое, событийное. - Иваново, 2009), М.Л. Гаспарова^[27], Сары Осипов Чанг (The generic intertext of psalms in the poetry of Marina Tsvetaeva (1892-1941), Nottingham, 2008), Ханны Рууту (Patterns of Transcendence Classical Myth in Marina Tsvetaeva’s Poetry of the 1920s. - Helsinki, 2006), М. Боровиковой^[28], монографии Л.В. Зубовой (Поэзия Марины Цветаевой: Лингвистический аспект. - Л., 1989), М.Д. Шевеленко (Литературный путь Цветаевой: Идеология - поэтика - идентичность автора в контексте эпохи. - М., 2002), И.В. Кудровой (Гибель Марины Цветаевой. - М., 1999),

C. Ж. Макашевой (Творческая эволюция М.И. Цветаевой: онтология, концепция личности. - М., 2006) и др.

В исследовании использованы следующие методологические принципы:

1) системный подход к изучению жанра и жанрообразования

Системный подход к изучению жанра и жанроообразования предполагает комплексное изучение механизмов в функционировании и образовании литературных и музыкальных жанрах.

Системный подход к изучению культуры предложил М.С. Каган в книге «Морфология искусства». «Морфология - это учение о строении, в данном случае имеется в виду не строение произведений искусства, а строение мира искусства»^[29]. Таким образом, М.С. Каган говорит о целостном понимании мира искусства как об открытой системе, функционирующей на разных смысловых уровнях. Этот подход выводит исследователя к проблеме художественных коммуникаций. Из приведенных положений можно перейти к системному подходу к изучению жанра и проблемы жанрообразования, рассматривая жанр как открытую систему, подверженную влияниям как внутри, так и извне - в том числе внутри родовых характеристик, межродовых и на стыке нескольких искусств.

Системный подход к изучению жанра - направление методологии исследования, в основе которого лежит рассмотрение жанрового образования как целостного множества элементов в совокупности отношений и связей между ними, синтез жанров различных искусств, то есть рассмотрение жанра как системы.

Жанр как систему в своих работах рассматривали такие выдающие ученые, как Д.С. Лихачёв, Л.И. Тимофеев. По мнению Тимофеева, в системе «взаимодействие и взаимоотношения принимают характер взаимоСОдействия компонентов на получение фокусированного полезного результата»^[30].

2) интегрированный анализ структуры лирического произведения с точки зрения проблемы жанрообразования представляет собой объединение ранее разрозненных частей поэтического (поэтически- музыкального) произведения и элементов системы (стихотворения, жанра и т.п.) на основе их взаимозависимости и взаимодополняемости.

3) целостный анализ художественных произведений во взаимозависимости с историко-литературным, сравнительно­исторический и системным методами

По мнению Ю.М. Лотмана, «в основе структурного анализа лежит взгляд на литературное произведение как на органическое целое. Текст в этом анализе воспринимается не как механическая сумма составляющих его элементов, и “отдельность” этих элементов теряет абсолютный характер: каждый из них реализуется лишь в отношении к другим элементам и к

31

структурному целому всего текста»^[31].

Сравнительно-исторический метод рассматривает международные литературные связи и отношения в их исторической обусловленности. Данная позиция особенно важна в изучении творчества М.И. Цветаевой в связи с ее эмиграцией, переводческой работой и обширными литературными и дружескими отношениями с художниками Германии, Чехии, Франции и т.д. Сравнительно-исторический метод устанавливает сходства и различия между литературными явлениями в разных странах^[32]. Этой проблеме уделены работы А.Н. Веселовского, В.М. Жирмунского, М.П. Алексеева и др.

4) интермедиальный метод анализа поэтического произведения

Этот метод используется в исследовании в качестве вспомогательного.

Интермедиальный метод исследования поэтического текста направлен на выявление различных способов взаимодействия разнородных художественных дискурсов в пространстве их смыслового пересечения, иными словами, способов взаимодействия разных видов искусств, различных жанровых образований в смежных или далеких друг от друга искусствах.

Исследователь А.Г. Сидорова отмечает, что «.наиболее распространено в исследованиях взаимодействия литературы и музыки

выявление музыкальных структур и техники в литературном тексте (курсив мой - М.Г.). Первые литературоведческие опыты подобного рода начинаются в рамках романтической эстетики. Так, Ф. Шлегель рассматривает пьесы Шекспира и труды Канта сквозь призму приема музыкального повтора и контрапункта тезиса и антитезиса. Э.Т.А. Гофман производит музыковедческий анализ собственного романа "Эликсир дьявола".»^[33].

Степень разработанности проблемы. В академическом литературоведении на взаимосвязь искусств впервые обратил внимание академик М.П. Алексеев в статье «Тургенев и музыка» (1918 г.). Специфика художественного взаимодействия, разнообразие его форм исследовалась М.П. Алексеевым в работах о Тургеневе, Пушкине, а также о Шекспире, Бетховене, Теккерее^[34].

М.П. Алексеев подчеркивал, что сравнительное литературоведение предметом своего исследования имеет не только межнациональные, но и межпредметные связи. Проблема взаимодействия искусств в литературном произведении стала для М.П. Алексеева неотъемлемой частью его общекультурного подхода к изучению литературы. Он утверждал: «Задача заключается в том, чтобы подтвердить: первое - что взаимодействие литературы с другими видами искусства, с живописью или музыкой, подлежит обязательному научному изучению; второе - что это делается и у нас, и во всем мире.»^[35]. Теоретическое обоснование проблемы и основные методологические подходы к ее решению были сформулированы им в 1976 г. в докладе «Взаимодействие литературы с другими видами искусства как предмет научного изучения».

Идеи М.П. Алексеева получили развитие в трудах отечественных ученых: Н.А. Дмитриевой (Изображение и слово. - М., 1962), К.В. Пигарева (Русская литература и изобразительное искусство: Очерки о русском национальном пейзаже середины XIX в. - М., 1972), А.И. Мазаева (Проблема синтеза искусств в эстетике русского символизма. - М., 1992),

В.Н. Альфонсова (Слова и краски. - М.; Л., 1966) и др.

Также внимание проблеме взаимосвязи искусств уделял Д.С. Лихачев в связи с изучением развития древнерусской литературы: «Литература и все виды других искусств управляются воздействием социальной действительности, находятся в тесной связи между собой и составляют в целом одну из наиболее показательных сторон развития культуры. многие явления в развитии искусств одновременны, однородны, аналогичны и имеют общие корни и общие формальные показатели.

Сближения между искусствами и изучение их расхождений между собой позволяют вскрыть такие закономерности и такие факты, которые оставались бы для нас скрытыми, если бы мы изучали каждое искусство (и в том числе литературу) изолировано друг от друга. Поиски аналогий - один из основных приемов историко-литературного и искусствоведческого анализа»^[36].

В 70-е гг. в отечественной эстетике появилось понятие «художественная система», характеризующее совокупность языков искусств, взаимодействующих друг с другом и взаимодополняющих друг друга. В те же годы в отечественной филологии и культурологии все чаще стало появляться слово «текст», превратившееся в одно из ведущих понятий в гуманитарных науках. Под «текстом» понималось не только литературное письмо, но все знаковые, семантически значимые системы, заключающие в

себе связную информацию. Так появилась возможность говорить о «тексте культуры» и «текстах искусства».

Первые шаги на пути расширения понятия «текст» были сделаны М.М. Бахтиным, который ввел понятие «диалогичности» и вместе с этим текстового «полифонизма».

И в последнее десятилетие ХХ в. появилось понятие интермедиальности, хотя оно по сути своей дублирует два других термина - взаимодействие искусств и синтез искусств, и соотносится с понятием интертекстуальности. За двадцать лет изучения феномена интермедиальности была выработана особая методология интермедиального анализа^[37].

Однако наиболее важными работами в области изучения синтеза искусств стали исследования известного литературоведа, искусствоведа, музыковеда Иеремии Исаевича Иоффе - «Синтетическое изучение искусств», «Система и принципы социологии искусств» и «Синтетическое изучение искусства и звуковое кино».

Изучение и осмысление синтеза искусств отвечает современным тенденциям развития науки о литературе, которая стремится создать наиболее полную и целостную картину литературного процесса. Это утверждение хорошо иллюстрирует цитата из монографии И.И. Иоффе «Синтетическое изучение искусства.»: «Синтетическое изучение искусства. уясняет одно искусство другим показывает, как и в каких пределах одно искусство может замещать другое.»^[38].

Осмысление, изучение взаимосвязи, взаимодействия различных видов искусства очень важно для науки о литературе. Однако нас интересует один из аспектов данного явления - синтез литературных и музыкальных жанров.

Как пишет И.И. Иоффе, «.нет литературных стилей и жанров, 39 которые не имели бы соответствующих стилей и жанров в музыке.»^[39]. Таким образом, происходит усложнение жанровой структуры произведения, и появляются синтетические жанры.

Для данного работы является важным исследование культуролога М.В. Журы «Синтетический характер музыкальной культуры “Серебряного века”».

Однако сама по себе трансформация жанров русской лирики в современном литературоведении освещена недостаточно (С.Н. Бройтман, Л.Я. Гинзбург^[40], Г.Д. Гачев^[41] и др.), в том числе практически не освещена сфера «песенно-музыкальной» лирики (А.А. Боровская^[42]). Соответственно, проблема жанровых трансформаций, а именно, взаимодействия музыкальных и литературных жанров, в лирике М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой не разработана.

За три десятилетия изучения творчества и жизненного пути М.И. Цветаевой написано множество диссертационных исследований и монографий. Ниже приведем небольшой обзор тех работ, которые представляются наиболее интересными и полезными для данного исследования, кроме работ, освещающих биографию М.И. Цветаевой, т.к. они приведены выше.

Достаточно подробно изучен язык поэзии М.И. Цветаевой, в том числе в работах Л.В. Зубовой (Язык поэзии Марины Цветаевой (Фонетика, словообразование, фразеология). - СПб., 1999), О. Ревзиной (статья «От стихотворной речи к поэтическому идиолекту». - М., 1990), И.И. Бабенко (Коммуникативный потенциал слова и его отражение в лирике М.И. Цветаевой. - Томск, 2001).

Книга Л.В. Зубовой представляет собой продолжение и развитие монографии «Поэзия Марины Цветаевой. Лингвистический аспект». В книге рассматриваются важнейшие черты поэтики Марины Цветаевой: связь между звучанием и значением слова, авторское словотворчество, влияние фразеологической сочетаемости слов на построение и смысл текста. Монография содержит 4 главы, отражающие основные аспекты рассматриваемой научной проблемы. В первой главе подробно рассматривается фонетическая составляющая поэтического языка поэта (аспекты чувственности и семантизации звучания, ритмической изобразительности). Во второй главе автор рассматривает вопрос авторского словообразования. Третья глава посвящена фразеологии и слову в контексте в поэзии Цветаевой. Здесь рассматриваются «Стихи к Пушкину», «Куст», поэма «Крысолов». А последняя, четвертая, глава посвящена поэме «Молодец». Данная монография иллюстрирует, как «фонетическая, словообразовательная и фразеологическая индукция порождения образа ведут к преодолению различий между словом, образом и понятием»^[43]. Это явление сближает тексты Цветаевой с поэзией древних, отразившей синкретизм мифологического сознания. Современный язык представлен у М.И. Цветаевой в его динамическом состоянии.

Проблема поэтики поэтического творчества М.И. Цветаевой подробно рассмотрена в работе тартуского исследователя Боровиковой М. (Поэтика Марины Цветаевой (лирика конца 1900-1910-х гг.), Тарту, 2011).

Средства выразительности в поэтическом языке поэта рассмотрены в работах С.А. Губанова (Эпитет в творчестве М.И. Цветаевой: семантический и структурный аспекты. - Самара, 2009), Т.В. Лапуниной (Индивидуальная метафора в поэтическом тексте М. Цветаевой. - М., 2011) и др. Вопросы архетипов в поэзии М.И. Цветаевой отражены в статьях и диссертациях Н.С. Кавакиты (Проблема архетипа в творческом опыте М.И. Цветаевой. - М., 2004), Н.А. Афанасьевой, О.Ю. Шишкиной (статья «Мифологема и архетип в языковой модели мира М. Цветаевой». - М., 2002), К.Б. Жогиной (статья «Я столько раз хотела жить и столько умереть! (Тема смерти в ранних стихотворениях Марины Цветаевой)». - М., 2002) и др. Своеобразная, часто продиктованная «музыкальностью» стиха, пунктуация в произведениях М.И. Цветаевой исследована в работах И.П. Сафроновой (Эстетические функции пунктуации в поэзии Марины Цветаевой: На материале циклов «Стихи к Блоку» и «Стихи к Пушкину. - Ижевск, 2004), В.В. Жильцовой, А.А. Набебина^[44] и др.

Также уделено должное внимание проблеме циклизации в поэзии М.И. Цветаевой в работах Г.П. Козубовской (статья «М. Цветаева: цикл как миф». - Бийск, 2001), В.А. Колотаева (статья «К описанию процессов самоорганизации в поэтическом цикле М.И. Цветаевой ’’Кармен”». - СПб.; Ставрополь, 1996), Т.Г. Петковой^[45], М.В. Серовой (Поэтика лирических

циклов в творчестве Марины Цветаевой. - Ижевск, 1997), В.Ю. Александрова (Фольклоризм М. Цветаевой (Стихотворная поэтика, жанровое своеобразие). - М., 1989), С.А. Безменовой (статья «Поэма М. Цветаевой «На красном коне»: (К проблеме жанра)». - Томск, 1985), О.В. Осиповой (статья «Символические представления в художественной системе цикла М. Цветаевой “Стихи к Блоку”». - М., 2008), Р. Войтеховича (статья «Еще раз о Сивилле Цветаевой». - Тверь, 2000) и т.д.

Философская лирика М.И. Цветаевой, в том числе религиозные, онтологические ее аспекты, рассматриваются в работах Т. Венцловы^[46], Т. Суни (Композиция «Крысолова» и мифологизм М.И. Цветаевой, Хельсинки, 1996), О.А. Клинг^[47], Г.В. Романовой (Использование библеизмов в поэзии Марины Ивановны Цветаевой, Воронеж, 2003) и др.

Жанрологических исследований творчества М.И. Цветаевой не так много, но, тем не менее, различные жанры в ее творчестве рассмотрены в работах Е.К. Соболевской (Ранние поэмы М. Цветаевой в контексте лироэпических жанров конца 10 - начала 20-х годов, Одесса, 1989), Т.Ю. Максимовой (статья «’’Бессонная моя душа.”: (“Бессонность” как свойство лирической героини М.И. Цветаевой)», М., 1993), Н.О. Осиповой (статья «Поэмы М. Цветаевой 1920­х годов: жанровое своеобразие и историко-культурный контекст», М., 1997) и др., В.Ю. Александрова «Фольклорно-песенные мотивы в лирике Марины Цветаевой» (Волгоград, 1983).

Об Анастасии Ивановне Цветаевой собрано достаточно много биографического материала, вышла книга воспоминаний «Последний луч

Серебряного века»: Воспоминания об Анастасии Цветаевой (М.: Дом-музей Марины Цветаевой, 2010. - 776 с.: илл.), написано несколько

биографических статей^[48]. Однако остается практически не освещенным творчество писательницы, за исключением знаменитых «Воспоминаний». В 2009 г. в г. Иванове Е.А. Касатых была защищена кандидатская диссертация по прозаическому творчеству А.И. Цветаевой «Мир творчества А.И. Цветаевой: художественное, онтологическое, событийное».

Ценность данной работы велика для современного цветаеведения. Диссертация Е.А. Касатых является одним из наиболее обстоятельных и целостных исследований, подробно рассматривающая прозаическое творчество А.И. Цветаевой. В работе освещены такие произведения, как «Воспоминания», роман “Amor”, повесть «Моя Сибирь», книга «Неисчерпаемое». Автор исследования показывает путь духовных и творческих исканий писательница. Однако в этом исследовании о поэтическом творчестве Анастасии Цветаевой упоминаешь лишь вскользь, в связи с романом “Amor”, указывая, что поэтические произведения позволяют более полно и объемно представить читателю главных героев.

Кроме этого опубликованы статья В. Битюцкого «Воронежская дворянка. Анастасия Цветаева» (Москва, 2007) о получении дворянства А.И. Цветаевой и ее сыном Андреем, и статья М. Смирнова «”Я люблю живую ткань жизни”: Из устных рассказов А.И. Цветаевой» (Москва, 2007), в которой приведены устные рассказы А.И. Цветаевой последних 11 лет ее жизни, в том числе о М. Горьком и Б.М. Зубакине.

Существует ряд работ отечественных исследователей, посвященных изучению синтеза литературы и музыки в творчестве поэтов Серебряного века, а также современных писателей: Л.В. Гармаш (Художественное своеобразие симфоний Андрея Белого, Харьков, 2000), А.Г. Сидорова

(Интермедиальная поэтика современной отечественной прозы (литература, живопись, музыка), Барнаул, 2006), Р.Г. Крауклис (Музыка в философско- поэтическом мире О.Э. Мандельштама, СПб, 2005), С.В. Овсянникова (Книги лирики А. Ахматовой 1910-х годов в свете художественного новаторства Серебряного века, Москва, 2004), Б. Кац и Р. Тименчик (Анна Ахматова и музыка: Исследовательские очерки, М., 1989), А.Ю. Полторацкая (статья «Романсы в составе поэмы-мистерии Иосифа Бродского “Шествие”», М., 2007) и др. В том числе в 2007 г. опубликована статья О. Щербиной «Цветаева. Живой звук», в которой автор утверждает, что особенностью звуковой организации стиха Цветаевой является «осмысление звука как символа, подчеркивание смыслообразующей роли звука»^[49].

Обозначенные выше работы охватывают широчайший спектр научных проблем в области цветаеведения. Однако среди массива исследований всё еще остаются значительные лакуны в разработке темы синтеза искусств. Также недостаточно изученным остается творчество А.И. Цветаевой, особенно - поэтическое.

Отсюда можно сделать вывод об актуальности данного исследования, систематизирующего имеющиеся научные результаты, а также выявляющего ранее не замеченные явления жанрообразования, в том числе в лирике М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой. Работы, посвященные философской и религиозной лирике М.И. Цветаевой, дают необходимый базис для изучения аллюзий на псалмы, канонов псалменного построения стихотворений и т.п. Статьи и диссертация, рассматривающие вопросы поэтического языка и средств его выразительности, облегчают анализ поэтического текста, в том числе и в плане звукового строя, мелодики. Вопрос циклизации, затронутый в ряде работ, помогает лучше понять процессы, происходящие в лирике М.И. Цветаевой под влиянием музыки, философии и т.д.

До сих пор в области изучения взаимодействия различных видов искусств наблюдаются значительные лакуны. Глубоко и всесторонне изучены симфонии А. Белого, но оставлены без внимания подобные эксперименты многих других поэтов. Существует значительный корпус работ в области жанровых трансформаций в поэзии, но нет глубоких и всесторонних исследований этого явления в творчестве Марины и Анастасии Цветаевых. Следовательно, научная новизна работы состоит в том, что в ней системно рассмотрено явление синтеза музыкальных и литературных жанров в поэзии М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой. В работе показаны внешние факторы, повлиявшие на формирование сестер Цветаевых, сделавшие их многогранными личностями, открытыми для искусства, новизны и экспериментов. В работе дана подробная классификация синтетических жанров в лирике сестер Цветаевых, а также исследование затрагивает повлиявшие на них схожие жанровые феномены в творчестве других поэтов (А. Белый, А.А. Ахматова, Б.М. Зубакин и др.). Также работа освящает творческий диалог Марины и Анастасии Цветаевых, а также М.И. Цветаевой и некоторых композиторов, создававших песни и романсы на ее стихи.

Структура работы. Диссертационное исследование состоит из введения, 3 глав, заключения и списка использованных источников, включающих 261 позиции.

Теоретическая значимость исследования заключается в расширении научных знаний в области взаимодействия различных видов искусства, жанра поэтического произведения как системы, а также в научном осмыслении поэзии А.И. Цветаевой.

Научно-практическая значимость исследования состоит в возможности применения полученных данных в изучении жанровой структуры лирических произведений, проблем взаимоотношения литературы и других видов искусства (живопись, музыка). Результаты исследования могут быть использованы в вузовских и школьных курсах по истории 22

русской литературы ХХ в., теории литературы, в спецкурсах и спецсеминарах, посвященных теоретическим проблемам автора и жанра, а также творчеству М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой.

Апробация работы

1. Ежегодная студенческая научная конференция. Тверь. 22 апреля 2010 г. («Сюита в творчестве А.И. Цветаевой как литературный жанр»).

2. XVIII Международная конференция студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». Москва. 11-15 апреля 2011 г. («Синтетические жанры в лирике А.И. Цветаевой»).

3. Всероссийская научная конференция с международным участием «Гумилевские чтения». К 125-летию со дня рождения Н.С. Гумилева. Тверь - Бежецк. 20-21 мая 2011 г. («Синтетизм как средство выражения «шестого чувства» в лирике Н.С. Гумилева и М.И. Цветаевой).

4. Всероссийская научно-практическая конференция «Баталистика в русской литературе: к 70-летию освобождения города Калинина от немецко- фашистских захватчиков». Тверь. 16-17 декабря 2011 г. («Белое движение в лирике М.И. Цветаевой 1917-1921 гг.»).

5. Научные чтения «Наследие И.С. Соколова-Микитова: феноменология творчества» (К 120-летию со дня рождения писателя). Тверь. 18-19 мая 2012 г. («Тоска по родине.» (творчество И.С. Соколова- Микитова и М.И. Цветаевой периода эмиграции)»).

6. «Мысленное древо Льва Гумилева»: международная научная конференция (К 100-летию со дня рождения Л.Н. Гумилева). Тверь - Бежецк. 12-13 октября 2012 г. («Мне на этом свете плохо и с тобой и без тебя.» (Комментарий к «Мадригалам» Л.Н. Гумилева и «Вчера еще в глаза глядел.» М.И. Цветаевой)»).

7. Всероссийская научно-практическая конференция «Русская литературная баталистика: научно-практическая конференция к 200-летию Отечественной войны 1812 года». Тверь-Ржев. 13-15 декабря 2012 г. («Ты не

знаешь, что такое Наполеон? Да ведь это же в воздухе носится!» (Образ Наполеона в поэзии Цветаевой)»).

8. Межрегиональная заочная научно-практическая конференция «Социально-политические проблемы современной России». Москва. 4 марта 2013 г. («Методологические особенности изучения синтеза искусств в литературе рубежа XIX-XX вв.»).

9. XX Международная конференция студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». Москва. 8-12 апреля 2013 г. («Жанр псалма и отсылки к Псалтири в лирике М.И. Цветаевой»).

Положения, выносимые на защиту:

1. Жанровый и межвидовой синтез, межродовые взаимодействия и циклизация (например, книга-цикл М.И. Цветаевой «Лебединый стан») являются одними из основных тенденций жанрообразования в русской лирике первой половины ХХ в. Жанр рассматривается как трехмерная система координат, состоящая из трех векторов: проблемно-тематического, родового и «синтетического».

2. Обращение к фольклору и ориентация на традиционные музыкальные жанры - факторы, изменившие жанровую основу песенно­музыкальной лирики первой половины ХХ в.

3. В творчестве М.И. Цветаевой широко представлены жанры песни, романса, колыбельной. Песенно-музыкальная лирика в большинстве случаев у М. Цветаевой объединена в циклы или даже книги стихов («Комедьянт», «Лебединый стан»).

4. Жанр сюиты нашёл отражение в поэзии А.И. Цветаевой (в авторском именовании), в основном на уровне архитектоники.

5. В лирике М.И. Цветаевой неоднократно используются аллюзии на псалмы, особенности структуры и мотивы псалмов - часто встречающийся феномен творчества, требующий особого осмысления.

6. Творческий диалог М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой реализован не только в стихотворениях, адресованных или посвященных друг другу, но и в общих темах, музыкальных реалиях, упоминаемых в произведениях.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих публикациях:

1. Головей М.Г. Синтетические жанры в лирике А.И. Цветаевой // Филология // Материалы Международного молодежного научного форума «ЛОМОНОСОВ-2011» / отв. ред. А.И. Андреев, А.В. Андриянов, Е.А. Антипов, М.В. Чистякова. [Электронный ресурс] - М.: МАКС Пресс, 2011. - С. 205-207. (Тезисы). - 0,13 п.л.

2. Головей М.Г. Синтетизм как средство выражения «шестого чувства» в лирике Н.С. Гумилева и М.И. Цветаевой. (в печати)

3. Головей М.Г. Творчество А.П. Чехова в восприятии М.И. Цветаевой // Чеховские чтения в Твери: сб. науч. трудов / отв. ред. С.Ю. Николаева. - Твер. гос. ун-т, 2012. - С. 261-265. - 0,25 п.л.

4. Головей М.Г. Сюита в творчестве А.И. Цветаевой как литературный жанр. (в печати)

5. Головей М.Г. «Белое движение» в лирике М.И. Цветаевой 1917-1921 годов. (в печати)

6. Головей М.Г. Музыка в бытийном пространстве М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой // Вестник ТвГУ. Серия «Филология». 2011. Выпуск 3. - С. 177-180. - 0,4 п.л.

7. Головей М.Г. М. Цветаева Цикл «Скифские»: песенная традиция // СЛОВО: сб. науч. трудов студентов и аспирантов. - Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. - Вып. 9. - С. 51-55. - 0,25 п.л.

8. Головей М.Г. Методологические особенности изучения синтеза искусств в литературе рубежа XIX-XX вв. - М.: Эдитус, 2013. - С. 12-15. - 0,4 п.л.

9. Головей М.Г. Жанр псалма и отсылки к Псалтири в лирике М.И. Цветаевой. // Филология // Материалы Международного молодежного научного форума «ЛОМОНОСОВ-2013» / отв. ред. А.И. Андреев, А.В. Андриянов, Е.А. Антипов, М.В. Чистякова. [Электронный ресурс] — М.: МАКС Пресс, 2013. - С. 212-213. (Тезисы). - 0,13 п.л.

10. Головей М.Г. Творческий диалог М.И. Цветаевой и А.И. Цветаевой. (в печати).

Всего - 1,56 п.л.