Проблема разграничения категорий «юридический процесс» и «юридическая процедура»

Анализ вышесказанного (в разделах 2.2- 2.3) можно выявить сходство процесса и процедуры, заключающееся в том, что и первый и вторая представлены некой этапностью, сменой проявлений.

Однако из определений вытекает и отсутствие синонимичности рассматриваемых понятий, которые различаются тем, что^5ї:

- если процесс относится к какому-либо явлению в целом, то процедура - всего лишь к поведению;

- процесс включает элемент последовательности просто по самой своей природе (именно поэтому применительно к нему и принято говорить о закономерном развитии явления), в то время как процедура носит более "рукотворный" характер, т.е. может и не быть последовательной (например, если в официально установленном порядке пропущено какое- нибудь логически необходимое звено);

- в отличие от процедуры у процесса сугубо официальная "привязка" отсутствует.

Отметим и то, что движение (развитие) любого явления представлено соответствующим процессом (порядком), а именно последовательной сменой органически взаимосвязанных этапов (стадий).

Таким образом, процесс представляет собой неотъемлемое свойство любого явления, а его характер и тип задаются особенностями такового.

Проекция сказанного на правовую область дает возможность говорить о нетождественност и процесса и процедуры в праве.

Исходя из определений можно сделать вывод, что оба эти понятия ассоциируются с движением, деятельностью, которая совершается в

определенном порядке, однако все же можно выявить некоторые отличия процедуры от процесса:

- для процедуры характерна официальность установления последовательности действий, что, предполагает наличие жесткой урегулированности и отсутствие непредусмотренных возможностей для свободы действий;

- процесс, напротив, предоставляет большую свободу и предполагает возможное, наиболее вероятное развитие событий, смену явлений состояний...

Несмотря на выявленные в ходе лексического сравнения отличия, все же невозможно выделить из данных определений порядок соотношения указанных понятий между собой, и поэтому можно согласиться с мнением... что с практической точки зрения необходимо отойти от проблемы лексического толкования слов "процесс” и ”процедура” и установить для них специальное юридическое значение, выражающее их нормативную, регламентирующую сущность”³¹.

В юридической литературе по вопросу о соотношении понятий "юридический (правовой) процесс" и "юридическая (правовая) процедура” бытуют три условно выделяемые основополагающие научные позиции. Они сформулированы главным образом па основе трудов в области общей теории права, процессуального права (различных направлений), административного, финансового (включая налоговое) и трудового права.

- первая из них свидетельствует в пользу более широкого значения юридической процедуры;

- вторая - о восприятии анализируемых понятий в качестве синонимов, а

- третья, к которой присоединяется и автор настоящей лекции- о превалировании (по сравнению с юридической процедурой) объема содержательного наполнения и, следовательно, смыслового значения правового процесса.

Согласно первой из названных правовых позиций юридический процесс выступает лишь разновидностью одноименной процедуры. Под процедурой следует понимать любой установленный юридический порядок по реализации соответствующих правовых предписаний органами - не только коллегиальными, но и единоличными - публичной власти.

В свою очередь, понятие юридического процесса, согласно указанному автору, является более узким, так как оно подразумевает лишь специальный, наиболее детально "зафиксированный" (зарегламентированный) порядок реализации юридических норм в правоприменительной форме, базирующейся и функционирующей на основе состязательности и использования согласительного (третейского, арбитрального) метода регулирования со от вет ст вующих (состязат ел ьно-процессуален ых, увязанн ых с правоприменительными мерами принудительного характера) правовых отношений.

Следует заметить, что не любая процедура публично-управленческой властной деятельности является юридическим процессом. Последний олицетворяет лишь наиболее совершенную форму первой, предполагающую наличие общих и конкретных (конкретизированных, вытекающих из общих), полных, четких и последовательных правовых положений. Бытие фрагментарных процессуальных норм нс может рассматриваться в качестве преобразования официальной процедуры в правовой процесс. Подобная цепочка рассуждений, за единственным исключением, представляется обоснованной и верной. Недостаток ее заключается в рассмотрении понятий "процесс" и "процедура" в разноуровневых аспектах.

Первое трактуется как специально-юридическое, а второе - как общесоциальное. Отсюда и вытекает вывод о более узком значении процесса.

Вместе с тем, если рассматривать указанные понятия в одной и той же плоскости (в качестве одноуровневых), пусть даже в общесоциальной, то понятие процесса будет более широким, так как оно характеризует любое явление, даже само бытие.

Этим и предопределяется специфика характерных черт "профильного” процесса, представленных:

- обязательным наличием в субъектном составе правового отношения публично-властного лица;

- подробным уровнем юридико-нормативной регламентации;

- наличием некоего "особого механизма увязанности" с материальной позитивной правовой областью.

В свою очередь, понятие "процедура” выступает у данного автора по отношению к ”процессу” в качестве родового, имеющего более высокий уровень обобщения.

Вместе с тем в специально-правовой плоскости подразделение процедуры представлено тремя разновидностями: материальной, процессуальной и правотворческой.

Особенности каждой вытекают из специфики тех правовых отношений, реализацию которых соответствующие процедуры и "обслуживают ”.

Таким образом, профильные понятия "процессуальная процедура” и "юридический процесс” отражают одно и то же явление, но в разных срезах, аспектах.

В восприятии правовой процедуры преобладающее значение отдается ее процессуальному характеру. Сам же юридический процесс интерпретируется в качестве имеющего родовое значение для всех корреспондирующих с ним материальных задающих - гражданской, арбитражной, уголовной и проч.

Здесь нельзя не согласиться с тем, что процедуры присущи не только процессуальным, но и материальным элементам компонентного структурно-правового строения.

Как видится, процедурные нормы действительно и могут, и должны содержаться нс только в процессуальной, но и в материальной правовых областях, в том числе нормативного юридического характера.

Второй подход представлен позицией отождествления (по крайней мере практического) процесса и процедуры в праве. Его представители используют оба понятия без разграничения смысловой нагрузки в отношении одних и тех же явлений. Иногда, правда, специально указывая на то, что проведение размежевывающей грани в данном контексте нс является необходимым.

Ес недостатки вытекают уже из этимологии слов "процесс” и "процедура" и выявляются посредством указания их отличительных черт.

Согласно третьему и, как представляется, наиболее адекватному в обобщенном восприятии подходу профильное понятие процесса наделяется по отношению к процедуре более широким значением. Соответственно процедура рассматривается в качестве части процесса, трактующего юридическую процедуру как такой структурный элемент (компонент, часть, подразделение) одноименного процесса, который представляет собой совокупность процессуальных правовых отношений, выделяемых в рамках какого-либо определенного корреспондирующего производства на основании специфики "материнских” материальных правовых нормативных установлений и отношений.

Негативным аспектом такой трактовки является то, что понятие процедуры увязывается только с сектором процессуального права и, как следствие, полностью "выводится за границы" области представленной материальным структурным элементом системы права.

При обращении к легальным установлениям можно обратить внимание на то, что и из них выводится более широкое по отношению к процедуре понимание юридического процесса.

І Іадо сказать, что, в основном, в отечественном правоведении выделяется узкое и широкое понимание юридического процесса. Например, можно

представить таковой в качестве юрисдикционной деятельности уполномоченных субъектов (лиц, органов), непосредственно связанной с судебным рассмотрением споров и, естественно, возможностью обеспечения действия соответствующего правоприменительного акта силой государства.

Данный подход представляется излишне зауженным, так как юридический процесс в нем увязываегся сугубо с публично-принудительной формой реализации права, с правоприменением. Тем нс менее именно в этом значении - видимо, по историко-временным причинам - понимание юридического процесса воспринимается по "традиции ".

Говоря о "традиционном юридическом процессе", указывается на следующие его характеристики⁴*:

- он(процссс) всегда, причем именно непосредственным образом, связан с "совершением операций" с нормами права на основе стадий правоприменительной деятельности;

- осуществляется исключительно компетентными лицами, наделенными правоприменительными полномочиями;

- непременно заключается в деятельности по рассмотрению конкретных юридических дел и принятию корреспондирующих правовых актов;

- представляет форму деятельности, объективно нуждающуюся в процедурной регламентации;

- в качестве правовой формы прямо увязан с юридико-техническими правилами, требованиями и приемами.

Недостаток увязки сугубо с публично-властным принуждением преодолевается в понимании юридического процесса как любой легальной деятельности, направленной на реализацию правовых норм; как системы обеспечения режима правозаконност и. Именно таковое и представляется наиболее адекватным и в этимологическом, и в правобытийном аспектах.

Юридическая процедура предстает в качестве особого установленного нормами права порядка юридической деятельности, гарантирующего ее соответствие мере права и результативность, а также

ориентирующего правоприменителя на достижение "заданной” профильной цели. Касательно данного видения возникают вопросы в отношении результативности и должной правовой ориентации (особенно с учетом того, что последняя так или иначе определяется в первую очередь правовыми сознанием, менталитетом и логикой).

В научной литера гуре встречается взгляд на юридическую процедуру как совокупность совершаемых по определенной этапности (ступенчатости) и имеющих юридическое значение поведенческих актов, каждый из которых способен вызывать "собственные”, локальные правовые последствия, влияющие па ход и действительность всей процедуры в целом.

Завершая этот параграф, резюмируем: сущность проблематики соотношения правового процесса и процедуры имеет значение и для гносеологии соответствующего явления, и для исследования и решения вопросов его действия.

Нельзя не учитывать того, что системное правовое воздействие не может быть осуществлено (по меньшей мере надлежащим образом) без "равновесия”, вне учета оптимального сочетания материальных и процессуальных правовых норм.

С правовых, равно как и с филологических позиций, понятия "процесс" и "процедура” не синонимичны. Процесс относится к какому- либо явлению (к целому), а процедура только лишь к "включенному” в него действию или бездействию (к элементу целого).

Процесс уже по самой своей природе предполагает последовательность, а процедура - всего-навсего официальность. При этом у процесса нет исключительной официальной "привязки ”.

Таким образом, понятие правового процесса в соотношении с одноименной процедурой представляется более объемным. Оно охватывает не только официальные порядковые, но и иные срезы правовых явлений, в том числе такие, что не исключают наличия материального компонента. Именно поэтому часть правовых общностей и получила наименование

процессуальных, а не процедурных отраслей права, образующих в своей упорядоченной совокупности такой структурный элемент системы права, как процессуальное право.

Выводы по второй главе. Понятие характеризует правовую систему общества одновременно и в онтологическом и в функциональном аспектах и отражает, таким образом, анатомию правовой действительности с её динамической стороны, обрисовывая субстанцию права, через которую осуществляется правовое регулирование. Очевидно, что подобная постановка вопроса позволяет комплексно решать многие "горячие" проблемы правоведения.

Следует отметить, что механизм правового регулирования- не просто случайный набор различных юридических средств, объединённых произвольно в единую категорию. Напротив, - это особая система, со свойственной ей внутренней организацией, особой логикой построения. Применение термина "механизм" здесь не случайно. Юридические средства, объединённые в эту систему, образуют именно механизм, т.к. они организованы особым образом, "выстроены" так, чтобы действовать согласованно, последовательно и поэтапно. Категория призвана показать прежде всего, как, посредством каких механизмов происходит специально-юридическое воздействие на общественную жизнь, какие этапы оно проходит. Из проведённого исследования мы увидели, что на каждой стадии правового регулирования начинает работать определённый набор правовых инструментов.

Анализ структурного строения показал, что данный механизм не есть какая-то искусственная, застывшая конструкция, случайный набор правовых инструментов. Напротив, главная отличительная черта - это его функциональная, динамическая сущность. Механизм правового регулирования есть механизм поэтапного "развёртывания” объективного права во вне, в область реальных общественных отношений. В правовой системе общества он играет роль своеобразного постоянно действующего "привода”, "регулятивной цепи”, связывающей право (должное) и жизнь (сущее),

идеальные модели и реальные процессы и явления. Каждое звено данной цепи занимает в ней своё особенное место, выполняет специфические задачи и функции и в то же время, включаясь в общую систему, способствует достижению целей механизма в целом.

Довольно разноплановые по своей природе и функциям юридические средства, объединяясь в, образую! целостный организм, единую, внутренне согласованную, непротиворечивую комбинацию элементов, назначение которой заключается в постоянном действии, в непрерывном "прокручивании" правовой энергии.

Регулятивная, динамическая сущность отличает от такого сложного, многоэлементного правового явления, как правовая система общества. На первый взгляд эти два феномена имеют довольно схожие определения. Так, под правовой системой общества нередко понимается совокупность всех юридических явлений, существующих в обществе, весь арсенал правовых средств, находящихся в его распоряжении.

Однако эти категории не совпадают и соотносятся как часть и целое (правовая система). Последнее понятие более широкое, включающее в себя наряду механизмом и право, юридическую практику, правовую политику, правовую идеологию и др. Механизм правового регулирования - лишь часть, регулятивное звено правовой системы.

Следует отметить, что правовое обеспечение юридического процесса в Российской Федерации основывается главным образом на положениях Конституции Российской Федерации, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, федеральных законах, а также иных нормативно­правовых актах.