Стратегии повышения конкурентоспособности

В экономической литературе не выработано общепризнанного определения конкурентной стратегии государства, а также единых конкретных подходов к стратегии, нацеленной на формирование конкурентных преимуществ на уровне национальной экономики.

Классическое различие между основными конкурентными стратегиями было сформулировано М. Портером на корпоративном уровне [271; 311, p. 61-78]. Затем это

определение было экстраполировано на национальный уровень в совместной публикации М. Портера, Хиротака Такеучи (Hirotaka Takeuchi) и Марико Сакакибара (Mariko Sakakibara) [274]. Для этих и других концепций, доминировавших в 1990-х гг., было характерно наличие общей черты: все стратегии были нацелены на создание односторонних преимуществ и допускался выбор только одной стратегии.

В конце ХХ в. условия конкуренции значительно усложнились, и это потребовало выработки новых научных рекомендаций. В конце 1990-х гг. был сформулирован принципиально новый подход к стратегии конкурентных преимуществ, в котором впервые признавалась паритетная важность, как конкуренции, так и сотрудничества, и, главное, возможность и необходимость их сосуществования [235]. Этот новый подход формировался поэтапно: сначала был совершен переход от стратегии создания односторонних преимуществ к стратегии установления тесных производственных связей с партнерами-конкурентами (суть стратегии - так называемый феномен «коэволюции», сочетающий влияние внешней среды, конкуренции и эволюции); затем получила широкое признание концепция «соконкуренции» (коопетиции); впоследствии - концепция движения к будущему (развития бизнеса с прицелом на будущее), согласно которой: КСП создается не в «решающем звене» цепочки создания потребительских ценностей (как считал М.

Таблица 5.3.1 - Матрица оптимального выбора стратегий

В левом верхнем углу матрицы - маргинальная позиция страны, находящейся на самой низкой стадии развивающейся экономики и реализующей исключительно ценовую стратегию с опорой на имеющиеся ресурсы и дешевую рабочую силу, протекционизм. В правом нижнем углу - маргинальная позиция страны, находящейся на самой высокой стадии развитой экономики, ориентированной на знания, конкуренцию, региональную кооперацию и интеграцию, и реализующей исключительно стратегию дифференциации с опорой на высококвалифицированную рабочую силу и ГЧП в форме советов по конкурентоспособности.

По мере повышения экономического уровня страны исключительно ценовая стратегия обогащается элементами стратегии дифференциации, первоначально сохраняя приоритет инструментов ценовой стратегии, а в дальнейшем переходя на приоритеты стратегии дифференциации. Преимущественно ценовая стратегия больше подходит для менее развитых стран с низким уровнем конкурентоспособности, преимущественно стратегия дифференциации - для более развитых стран с высоким уровнем конкурентоспособности. Рекомендуемые стратегии постепенно «продвигаются» по мере экономического развития страны из верхнего левого угла в правый угол, в ходе которого стратегии «смешиваются» и в каждый конкретный момент формируется оптимальный стратегический комплекс с элементами разных стратегий (optimal strategic mix). В теории Портера такой оптимальный «микс» невозможен - допустимо применение лишь одной единственной стратегии.

В зависимости от преобладающих в конкурентной стратегии факторов КСП, страны классифицируются в группы (Таблица 5.3.2). В Группу 1 включены страны, конкурентные стратегии которых в одинаково высокой степени опираются и на базовые, и на развитые факторы. В эту группу в IPS модели включены 12 стран, в том числе Австралия и США. В Группу 2 входят страны, в конкурентной стратегии которых преобладает высокий уровень использования развитых факторов и низкий уровень использования базовых факторов. В эту группу вошли 11 стран, в том числе все рассматриваемые восточноазиатские страны АТР: Сингапур, Гонконг, Тайвань, Южная Корея и Япония. Группу 3 составляют страны с низким уровнем использования развитых факторов и высоким уровнем использования базовых факторов. В эту группу включены 22 страны, в том числе Россия. Группу 4 сформировали страны с низким уровнем использования и развитых, и базовых факторов. Таких среди рассматриваемых нами стран нет.

При разработке конкурентных стратегий для разных групп стран в IPS модели была выявлена положительная корреляция между факторами КСП и показателями подушевого дохода, но разная степень корреляции между преобладанием в конкурентных стратегиях тех или иных факторов КСП, с одной стороны, и показателями подушевого дохода, с другой (Рисунок 5.3.1, Таблица 5.3.3).

Таблица 5.3.2 - Классификация стран в зависимости от приоритета факторов КСП

Примечание: В круглых скобках - число стран в группе.

Источник: Составлено по: Cho Dong-Sung, Moon Hwy-Chang. National Competitiveness: Implications for Different Groups and Strategies. Р. 7, 8; Moon Hwy-Chang. IPS National Competitiveness Research 2011-2012.

Для развитых стран с высоким подушевым доходом (преобладают в группах 1 и 2) роль так называемых «унаследованных» преимуществ (inherited advantages на базе дешевых факторных условий и низко квалифицированной рабочей силы) не является значимой в генерации ВВП на душу населения. Более того, бедные ресурсами развитые страны с высоким подушевым доходом богаче развитых странах с высоким подушевым доходом, наделенных природными ресурсами. Напротив, для конкурентоспособности развивающихся стран с низким подушевым доходом (преобладают в группах 3 и 4) роль «унаследованных» преимуществ в генерации ВВП на душу населения значительна

(Рисунок 5.3.1). Это и определяет эффективность разных конкурентных стратегий в разных группах стран.

Рисунок 5.3.1 - Корреляция уровня использования факторов КСП с показателями ВВП на душу населения

Источник'. Построено по: Moon Hwy-Chang. IPS National Competitiveness Research 2011­2012. Created Advantage as the Source of Competitiveness. Р. 27.

В качестве инструментов оценки эффективности применяемых конкурентных стратегий рассчитываются и сравниваются три индекса (Таблица 5.3.3): (1) индекс отсутствия конкурентной стратегии (No Strategy Index, NSI), или индекс нейтральной стратегии; (2) индекс ценовой стратегии (Cost Strategy Index, CSI) и (3) индекс стратегии дифференциации (Differentiation Strategy Index, DSI).

Таблица 5.3.3 - Изменение показателей КСП стран при изменении стратегии

Примечания: Последние на сегодняшний день опубликованные данные.

¹ Ранги: NSR - при отсутствии стратегии (нейтральной стратегии); CSR - при ценовой стратегии; DSR - при стратегии дифференциации.

² Индексы: NSI - Индекс нейтральной стратегии (при отсутствии стратегии); CSI - Индекс ценовой стратегии; DSI - Индекс стратегии дифференциации.

Источник: Составлено по: Cho Dong-Sung, Moon Hwy-Chang. National Competitiveness: Implications for Different Groups and Strategies.H.7,8; Moon Hwy-Chang. IPS National Competitiveness Research 2011-2012.Created Advantage as the Source of Competitiveness. Р.8.

Для выявления конкурентной позиции страны, достигнутой под воздействием применяемой конкурентной стратегии, при расчете индексов стратегий используются разные веса факторов конкурентоспособности. В проведении анализа используются метод анализа иерархий (метод аналитического иерархического процесса, analytic hierarchy process, AHP), а для определения относительной важности разного набора альтернатив - техника математического принятия решений. Эти инструменты анализа признаются в зарубежной деловой литературе наиболее важными для принятия решений при наличии многих критериев [276; 316, p. 22-33]. Данные об изменении относительной конкурентной позиции страны (ранга и индекса) при изменении конкурентной стратегии представлены в Таблице 5.3.3. В Приложении 5 в Таблице 5.1 показан вес каждого фактора, употребляемый в расчетах индекса конкурентной стратегии. Так, в ценовой стратегии наиболее высокий вес присвоен факторным условиям и категории работников; в стратегии дифференциации - условиям спроса и категории специалистов. На основании полученных данных проводится анализ корреляции индексов конкурентных стратегий с показателями размера территории и конкурентоспособности страны [333, p. 175-192]. Например, более высокое числовое значение индекса и рейтинга при применении исключительно стратегии дифференциации свидетельствует, что именно такая стратегия соответствует достигнутой конкурентной структуре экономики^[90]страны.

На основании анализа данных Таблицы 5.3.3 можно сформулировать общие рекомендации по выбору наиболее подходящей конкурентной стратегии для разных групп стран:

1. Для крупных по размеру территории стран. Среди рассматриваемых стран к таким в IPS модели отнесены Австралия, Япония, Россия и США. США демонстрируют уникальную ситуацию сохранения КСП как в случае нейтральных стратегий (1-е место), так и в случае гипотетического перехода на ценовую стратегию (небольшое снижение позиции до 2-го места) и на стратегию дифференциации (1-е место).

Рассчитанное значение стандартного индекса КСП NCI^[91]показало, что Австралия и Япония более конкурентоспособны при опоре на стратегию дифференциации. Например, Япония при отсутствии конкурентной стратегии (индекс нейтральной стратегии NSI равен 52,73) занимает 19-е место по уровню национальной КСП. При переходе на ценовую стратегию (индекс ценовой стратегии CSI равен 39,00) рейтинг Японии падает на 21 пункт, и страна перемещается на 40-е место по уровню национальной КСП. При переходе на стратегию дифференциации (индекс стратегии дифференциации DSI равен 69,20) страна перемещается к началу рейтинга КСП стран - на 2-е место. Аналогичным образом рейтинг Австралии изменится при изменении конкурентной стратегии с 16-го места на соответственно 29-е и 2-е место.

Россия при отсутствии конкурентной стратегии (индекс нейтральной стратегии NSI равен 41.62) и при переходе на ценовую стратегию (индекс ценовой стратегии CSI равен 42.16) сохраняет 34-е место, а при переходе к стратегии дифференциации (индекс стратегии дифференциации DSI равен 45.55) переместится вверх на 30-е место. Таким образом, и для нашей страны стратегия дифференциации предпочтительнее.

2. Для средних по размеру территории стран. Среди рассматриваемых стран к таким относятся Тайвань и Южная Корея. Как и для большинства других средних по размеру территории стран, для Тайваня и Южной Кореи предпочтительнее стратегия дифференциации. При переходе на ценовую стратегию рейтинг Тайваня снизится с текущего 20-го до 36-го, а в случае перехода на стратегию дифференциации повысится до 4-го места. Южная Корея при переходе на ценовую стратегию снизит рейтинг с 25-го места до 43-го места, а при переходе исключительно на стратегию дифференциации повысит рейтинг до 5-го места.

3. Для малых по размеру территории стран. Среди рассматриваемых стран к таким относятся Гонконг и Сингапур. Во всех малых странах повышение КСП достигается исключительно при стратегии дифференциации, но при различной степени этой дифференциации в зависимости от стадии развития. При гипотетическом переходе Гонконга и Сингапура на ценовую стратегию, их ранг упадет с текущего 5-го у Сингапура и 7-го у Гонконга до соответственно 28-го и 29-го, а при исключительном использовании только стратегии дифференциации вырастет до 2-го места для обеих стран.

Корреляция последствий перехода от одной конкурентной стратегии к другой, с одной стороны, и размера территории и КСП стран, с другой, отражена в Таблице 5.3.4, а графическая иллюстрация этой корреляции представлена на Рисунке 5.3.2. Целесообразно

подчеркнуть, что при всей своей значимости как драйвера развития, конкуренция имеет не только положительные, но и отрицательные стороны^[92], и подход к конкуренции как к универсальному средству повышения эффективности может привести к обратному результату. Поэтому в передовых странах АТР правительство и/или общественные органы управления берут на себя функции по устранению противоречия между тенденциями к монополизации и необходимостью поддержания конкурентного климата. Ход этой работы можно представить как комплекс последовательно решаемых задач. Во-первых, в каждом конкретном случае устанавливается при помощи рыночных механизмов оптимальное соотношение допустимого уровня монополизации и степени конкурентного напряжения.

Таблица 5.3.4 - Взаимосвязь конкурентных стратегий и показателей размера территории и

конкурентоспособности стран

Источник: составлено на основании выше изложенного текста.

Рисунок 5.3.2 - Изменение конкурентоспособности страны при изменении конкурентной стратегии в различных по размеру территории странах

а) в крупных странах б) в средних и малых странах

Примечание'.NCR (NCR Rankings) - ранг страны при отсутствии конкурентной стратегии среди 66 стран, охваченных обследованием IPS. CSR (Cost Strategy Ranking) - ранг при ценовой стратегии. DSR (Differentiation Strategy Ranking) - ранг при стратегии дифференциации.

Источник' Построено по: Cho Dong-Sung, Moon Hwy-Chang. National Competitiveness: Implications for Different Groups and Strategies // International Journal of Global Business and Competitiveness. 2005. Vol. 1. No. 1. Р. 6, 8.

Во-вторых, обеспечивается экономическая безопасность в масштабах страны на основе внерыночного регулирования посредством таких инструментов, как: контроль государства и/или общественности над частной монополистической компанией; реализации государственного права установления цен и стимулирования компаний к проведению стратегии социальной ответственности перед населением.

В-третьих, определяющими условиями достижения макроэкономической конкурентоспособности является в современных условиях формирование в частных монополиях стратегий социальной ответственности как основы социальной стабильности и экономической безопасности.

Помимо оптимального «микса» конкурентных стратегий в практике рассматриваемых страна АТР широко распространена упомянутая выше стратегия коопетиции, или соконкуренции, в соответствии с которой выгоды кооперации и конкуренции в случае их совмещения образуют синергетический эффект. Эта стратегия получила признание после того как ее эффективность была подтверждена в эмпирических исследованиях ученых этих стран. Так, в 2006 г. южнокорейские ученые Хвай-Чанг Мун (Hwy-Chang Moon) и Мин-Янг Ким (Min-Young Kim) проанализировал развитие соконкуренции между странами APEC [435]. Исследование показало, что при установлении взаимовыгодных отношений страны опираются на свои конкурентные преимущества в форме нисходящей или восходящей кооперации: менее развитые страны могут способствовать укреплению КСП более развитых стран своими преимуществами в факторных условиях и в категории рабочих (такая форма кооперации называется нисходящей кооперацией, downstream cooperation); более развитые страны способствуют укреплению КСП менее развитых стран преимуществами в развитых факторах КСП высшего порядка - в факторах условий спроса и в категории специалистов (такая форма кооперации называется восходящей кооперацией, upstream cooperation) [435, р. 54]. Если страны находятся на одинаковой стадии развития, то стране, имеющей конкурентное преимущество в каком-то факторе, целесообразно организовать нисходящую кооперацию (downstream cooperation) с другой страной в этом факторе и восходящую кооперацию (upstream cooperation) - в факторе, в котором партнер имеет конкурентное преимущество.

Например, кластерный анализ влияния коопетиции Южной Кореи и Японии на их экономическую и культурную КСП (Приложение 5, Таблица 5.4) позволил сформулировать сценарий повышения КСП обеих стран [435, р. 56] путем комплементарности (со-дополнения) экономических и культурных конкурентных преимуществ каждой из стран и проведения структурированной стратегии дифференциации (сфокусированной на самых сильных конкурентных сторонах этих стран). В ракурсе экономической КСП Южная Корея превосходит Японию в категории предпринимателей, а Япония Южную Корею - в факторах «Условия спроса», «Структура, стратегии фирм и соперничество между фирмами» и в категории политиков/чиновников. Поэтому в целях повышения экономической КСП обеих стран для Южной Кореи выгодно организовать нисходящую кооперацию (downstream cooperation) с Японией в категории предпринимателей и восходящую кооперацию (upstream cooperation) в категории политиков и чиновников. В контексте культурной КСП Южная Корея превосходит Японию в категориях «Фрондерство» (склонности к инновациям) и «Мотивация», а Япония Южную Корею - в привлекательности для ПИИ, дисциплинированности и ответственности работников.

Сильные стороны Японии в более развитой рыночной системе могут быть дополнены сильными сторонами Южной Кореи в способности адаптироваться к изменениям. Поэтому для повышения культурной конкурентоспособности обеих стран целесообразно организовать нисходящую кооперацию Южной Кореи с Японией в категории «Фрондерство» и восходящую кооперацию в категории «Дисциплинированность».

В категории предпринимателей Южная Корея может увеличить конкурентные возможности японских предпринимателей своими более сильными конкурентными позициями в категории «Фрондерство» в форме нисходящей кооперации. С другой стороны, Южная Корея может повысить свою КСП в категории политиков и чиновников на основе восходящей кооперации с Японией, благодаря более высоким позициям Японии в категории «Дисциплинированность» [435, р. 56].

Возможности повышения экономической и культурной КСП рассматриваемых стран АТР, США и России путем коопетиции (соконкуренции) отражены в Приложении 5 в Таблице 5.3. Как следует из этой таблицы, между Россией, рассматриваемыми странами АТР и США развиваются и нисходящая кооперация D (свидетельствующая о конкурентном превосходстве данной страны над страной-партнером в базовых факторах), и восходящая кооперация U (свидетельствующая о конкурентном превосходстве страны- партнера в развитых факторах), и отношения конкуренции C (устанавливающиеся при

равенстве конкурентных позиций стран-партнеров). Чем выше уровень конкурентоспособности страны-партнера, тем больше преобладание восходящей кооперации, и наоборот. Так, например, взаимоотношения России с США полностью строятся в форме восходящей кооперации, основанной на конкурентных преимуществах США во всех развитых факторах конкурентоспособности и во всех категориях совокупного человеческого фактора, включая категорию рабочих. Только в факторе «Факторные условия» развиваются отношения конкуренции. В этом факторе США также превосходят Россию, однако превосходство не столь значительно, чтобы помешать конкуренции.

5.4. Конкурентные преимущества и стратегии в разные периоды экономического развития

Базовые конкурентные преимущества. Среди рассматриваемых стран АТР только Австралия наделена природными ресурсами^[93]. Восточноазиатские страны АТР отличаются скудостью или полным отсутствием полезных ископаемых. В Сингапуре, например, который (как и Гонконг) не является страной в классическом понимании и вообще не имеет полезных ископаемых, нет не только сырья, но и пресной воды. К базовым конкурентным преимуществам Южной Кореи можно было бы отнести богатые ресурсы гидроэнергии, но они слабо используются, поэтому не реализуются как конкурентные преимущества.

К общим для всех «азиатских тигров» и Японии базовым конкурентным преимуществам относятся: (1) многочисленная дешевая исключительно

дисциплинированная трудолюбивая рабочая сила (с традиционным конфуцианским воспитанием - установки на дисциплину и конформизм, трудолюбие, готовность без ропота сносить лишения и беспрекословно выполнять приказы старших, ориентация на семейные ценности, культ образования и социального продвижения); (2) конкурентное местоположение: у Сингапура - транзитное местоположение в АТР; у Японии - в центре АТР у Гонконга (Сянгана) - стратегическое положение в Китае в качестве «окна в мир».

Помимо этих общих, базовыми конкурентными преимуществами являются: у Гонконга (Сянгана) и Сингапура - концентрация экономики в рамках города; у Южной Кореи - конфигурация территории, близкая к кругу (что в теории ИО признается преимуществом, в отличие от «вытянутости в длину» территории таких стран, как Япония

и Россия); у Японии - умение превратить недостатки в источник богатства и выживать в любых условиях в соответствии с буддистской философией (источник преимуществ, уступающий по своему значению только образованию).

Индустриальный период(1960 - 1980 гг.). Конкурентные преимущества «азиатских тигров», развитые в индустриальный период, можно подразделить на общие для всех этих стран и особенные для каждой страны (Таблица 5.4.1).

Таблица 5.4.1. Конкурентные преимущества стран АТР в индустриальный период

^[1]Меритократия - система, при которой власть осуществляется людьми, обладающими достижениями, способностями и профессиональной компетентностью, а не выделяющимися социальным происхождением или статусом, и всем гражданам обеспечиваются равные возможности для развития, признания и вознаграждения соответственно вкладу в общественное развитие.

⁹⁵Лидерство в судостроении (около 50% мирового производства судов), автомобилестроении (20% всех автомобилей мира), металлургии (14% мирового производства; в топ-10 стран по выплавке стали при отсутствии запасов железных и марганцевых руд), в морском рыболовстве, в урожайности сельскохозяйственных культур (основные культуры: рис, картофель, сахарный тростник и свекла, цитрусовые; хотя в полном объеме обеспечивает себя только рисом).

Источник: Составлено автором

Приоритеты в конкурентных стратегиях до 1980 гг. В конкурентных стратегиях всех рассматриваемых стран АТР преобладали в этот период базовые (естественные) преимущества, и страны развивались по экстенсивному пути.

Используя свои базовые (естественные, или так называемые в зарубежной экономической литературе «унаследованные») конкурентные преимущества, Австралия наращивала объемы добычи и экспорта сырья (в экспорте преобладали уголь, цветные металлы и шерсть, сырье поступало в основном на переработку в Японию), интенсивно развивала ключевую добывающую промышленность и транспортную инфраструктуру, которые находились в государственной собственности, а важнейшие отрасли экономики - под контролем правительства.

Все восточноазиатские страны, включая Японию, реализовали в этот период политику государственного капитализма, но для «азиатских тигров», в отличие от Японии, был характерен авторитаризм. Немаловажным фактором развития «азиатских тигров» в этот период, который был периодом «холодной войны», была экономическая и военно-политическая помощь от развитых стран.

В индустриальный период происходило углубление включенности «азиатских тигров» в японскую схему «стаи гусей», сущность которой составляли следующие черты: региональная кооперация в производстве продукции с относительно невысокой добавленной стоимостью; выстраивание компаний «азиатских тигров» в цепочку добавленной стоимости вслед за японскими корпорациями и в соответствии с достигнутым технологическим уровнем; экспорт капитала и технологий в третьи страны с более дешевой рабочей силой; отсутствие опережающего роста сектора исследований и инноваций. Пользуясь помощью развитых стран и возможностями «взрывного развития» благодаря включению в японскую модель «стаи гусей», «азиатские тигры» успешно проводили перестройку отраслевой структуры промышленности и экспорта: на первых порах индустриализации приоритет был отдан развитию эспортоориентированной трудоемкой легкой промышленности (одежда, ткани, мелкие бытовые изделия); в последующие годы индустриализации - развитию тяжелой и химической промышленности; впоследствии - развитию автомобилестроения и других отраслей обрабатывающей промышленности.

1960-е - 1970-е гг. был особым периодом в экономическом развитии Южной Кореи. Под руководством президента Пак Чон Хи происходил бурный рост экономики, названный в стране «Первый скачок». Главные инструменты индустриализации: создание

масштабной производственной сферы, массовый импорт, внедрение иностранных технологических решений.

В Японии одной из ключевых концепций менеджмента была концепция «кайдзен» - философия бизнеса как непрерывного совершенствования методов работы и личной эффективности. Впервые философия кайдзен была применена в ряде японских компаний в период восстановления после Второй мировой войны, затем получила широкое распространение в Японии и ее партнерах по «стаи гусей». Цель кайдзен - производство без потерь на базе улучшения стандартизованных действий и процессов. В соответствии с этой стратегией, при относительно небольших материальных затратах в процесс совершенствования вовлекаются все работники от менеджеров до рабочих, все процессы производства от разработки до вспомогательных бизнес-процессов и управления, все аспекты жизни.

Наряду с системой кайдзен, широко применялась система «канбан»^[94]- система организации производства и снабжения, позволяющая реализовать принцип «точно в срок». Эта система была разработана и впервые в мире реализована фирмой «Тойота» (Toyota), которая начала эксперименты с системой канбан в 1959 г., а в 1962 г. запустила процесс перевода всего производства на этот принцип. В основе организации производства - годовой план производства и сбыта автомобилей, на базе которого составляются месячные и оперативные планы среднесуточного выпуска на каждом участке, основанные на прогнозировании покупательского спроса. Суточные графики производства составляются только для главного сборочного конвейера, для цехов и участков, обслуживающих главный конвейер, графики производства не составляются (им устанавливаются лишь ориентировочные месячные объёмы производства). Философия «точно в срок» позволяет раскрыть не обнаруженные до сих пор дефекты: ежедневный контроль при уменьшении запасов продукции и деталей выявит проблемы на производстве, например, неисправности или простои.

В Японии уже в этот период осуществлялись крупные затраты государства на образование, а в 1970-х гг. был создан технопарк, способствующий стремительному развитию электроники. Началось проведение «экспортного конкурса» среди фирм в целях совмещения выгод от региональной кооперации и конкуренции («соконкуренции»). Развивались такие специфические формы организации экономической деятельности, как «перерабатывающая» торговля (производство в Японии товаров на основе переработки

импортируемого сырья), специфическая организация труда (система пожизненного найма; зависимость служебной карьеры от стажа работы и возраста работника), особая система заработной платы (сравнительно небольшая базовая ставка оплаты + превышающие ее премии и надбавки +отмена премий во время экономического кризиса и экономия на заработной плате).

Приоритеты в конкурентных стратегиях в 1980-е гг. В 1980-е гг. произошло изменение базы конкурентных преимуществ: снижение роли фактора дешевой рабочей силы и приоритет в государственной политике факторов развития капиталоемких и техноемких производств. В стратегиях развития «азиатских тигров» в этот период преобладали такие общие для этих стран инструменты, как:

(1) делегирование профессионалам-технократам функций по разработке реформ и управлению экономикой;

(2) благоприятная для развития бизнеса налоговая политика и налоговые стимулы;

(3) особый механизм налогообложения для привлечения иностранного капитала;

(4) стимулирование экспорта и жесткое ограничение импорта (кроме сырья и технологий);

(5) переход от приоритета трудоемкой легкой промышленности к приоритету

капиталоемких и техноемких производств - металлургии, судостроения, химической промышленности, а в конце 1980-х - начале 1990-х гг. - к приоритету

автомобилестроения;

(6) активизация и масштабирование внедрения передовых иностранных технологических решений.

Важно подчеркнуть, что конкурентные стратегии определялись видом конкурентного преимущества (низкие издержки или дифференциация) и рыночной нишей, на которую ориентировались национальные производители. Так, южнокорейские автомобилестроители ориентировались на выпуск автомобилей малого и сверхмалого класса, а судостроители - на производство дешевых судов обычного качества, поэтому в конкурентных стратегиях южнокорейских производителей преобладали стратегии низких издержек. Японские автомобилестроители ориентировались на выпуск автомобилей широкого диапазона и разного класса, а судостроители - на производство высококачественных дорогих судов высшего класса, поэтому в конкурентных стратегиях японских производителей преобладали стратегии дифференциации. Производители автомобилей и судов из других стран не могли конкурировать с южнокорейскими и японскими производителями, если издержки их производства были выше южнокорейских

или потребительные свойства ниже японских, т.е. у них не было конкурентных преимуществ.

Основываясь на конфуцианской традиции всеобщего внимания к образованию и «культе учебы», были проведены реформы образования, возведенные в ранг национальной идеологии, внедрены интенсивные внутрифирменные и внутриминистерские программы обучения, развивалось «обучения дома и в повседневной жизни». Это создало исключительно благоприятные условия для создания и быстрого качественного совершенствования человеческого капитала

В этот период началось создание свободных экономических зон (СЭЗ) - и укрепление конкурентных преимуществ за счет региональной кооперации и соконкуренции, а снятие финансовых барьеров для капиталовложений обусловило повышение привлекательности для иностранных инвесторов. Кроме того, в целях реализации принципа меритократии в Сингапуре в 1984 г. началась программа обучения одарённых детей навыкам, наиболее соответствующим их склонностям и способностям, что способствовало усилению преимуществ в человеческом капитале.

В 1980-х гг. Австралия также отказалась от модели развития преимущественно по экстенсивному пути, были проведены либеральные рыночные и инновационные реформы.

Период построения и развития ИО (1990-2000-е гг.). Конкурентные преимущества рассмотренных стран АТР, развитые в период построения ИО, сведены в Таблицу 5.4.2.

Таблица 5.4.2 - Конкурентные преимущества, развитые в период построения ИО

^[1] TIMSS (Trends in International Mathematics and Science Study, Тенденции в математическом и естественнонаучном образовании) измеряет тенденции в развитии учебных достижений школьников 4-х и 8-

Продолжение Таблицы 5.4.2

х классов, отслеживает изменения в учебных программах и выделяет многообещающие образовательные практики во всем мире. PISA (Programme for International Student Assessment, Программа международной оценки школьников) разработана и реализуется под эгидой ОЭСР (Организации экономического сотрудничества и развития, Organization for Economic Cooperation and Development, OECD) с целью определения готовности к самореализации в будущем учащихся 15 лет.

⁹⁸ В рассматриваемых восточноазиатских странах АТР реализуется весьма жесткая модель обучения, соответствующая конфуцианской традиции, и, несмотря на высокие достижения, перенять опыт этих стран в других странах, в том числе в России, проблематично.

⁹⁹ Первые в мире уникальные наземные и спутниковые услуги цифровой технологии радиопередачи данных, «мобильное телевидение», Digital Multimedia Broadcasting, через спутник S-DMB или через наземные устройства T-DMB, 2005. Первые в мире коммерческие услуги корпоративных сетей нового поколения, предоставляющих возможности широкополосного мультисервисного доступа и сенсорных сетей, Broadband convergence Network, BcN, 2006. Первые в мире коммерческие услуги беспроводного подключения к Интернету, разработанного южнокорейскими телекоммуникацион-ными компаниями Wireless Broadband, WiBro, 2006; первые в мире коммерческие услуги высокоскоростной пакетной передачи данных от базовой

Источник: Составлено автором.

станции к мобильному телефону, High-Speed Downlink Packet Access, HSDPA, 2006.

¹⁰⁰ Штатные головные устройства с мультимедийными функциями Intro для получения полного набора современных информационно-развлекательных функций кинотеатра в автомобиле, имеющие DVD проигрыватель, ТВ-тюнер, радио тюнер и GPS навигацию.

Южная Корея - уникальная страна, сумевшая при жизни одного поколения превратиться из слаборазвитой в высокоразвитую страну. Это достигнуто благодаря конкурентным преимуществам, развитым в ходе построения ИО. Развитые в ходе построения и совершенствования ИО конкурентные преимущества обеспечили глобальные лидирующие позиции южнокорейских компаний в электронике, автомобилестроении и судостроении; доминирование или существенную долю на международном рынке высокотехнологичной продукции.

Конкурентные преимущества, развитые Австралией в период построения ИО, обеспечили превосходство в темпах роста (3-е место среди развитых стран по темпам экономического развития, после Ирландии и Финляндии), темпах прироста реального ВВП (2-е место в мире по темпам прироста реального ВВП на одного занятого), в уровне жизни граждан Австралии по сравнению с большинством развитых стран, а также ведущие позиции в мире в электронике, в создании сложнейших изделий точного приборостроения, современных комплексов для нефтеперерабатывающей промышленности. Это превосходство можно условно назвать конкурентными преимуществами «второго порядка», поскольку они обусловлены вышеназванными. Развитые конкурентные преимущества способствовали тому, что экономическое положение Австралии (как и «азиатских тигров») оказалось в период современного экономико-финансового глобального кризиса гораздо лучшим, чем в большинстве стран, в том числе Японии и США. Австралия оказалась наиболее способной противостоять глобальной рецессии и признана самой устойчивой к циклическим изменениям страной в мире.

Приоритеты в конкурентных стратегиях в 1990-е гг. в начальный период формирования ИО. В 1990-е гг. для стратегий развития всех «азиатских тигров» был характерен двуединый подход к политике развития. Это означает ориентацию государственной политики на макроэкономическую стабильность и развитие человеческого капитала.

Эти приоритеты обусловило высокие темпы роста инвестиций вообще и растущие преобладающие вложения в человеческий капитал. Макроэкономическое управление сочетало инструменты фундаментальной и селективной политики. Размещение инвестиций и трудовых ресурсов происходило преимущественное в отраслях, приносящих наиболее высокую отдачу.

Целям развития человеческого капитала служило и создание высококачественных общеобразовательных систем первой и второй ступени. Например, в Сингапуре

реформирование сферы образования проходило под лозунгом “Thinking school, Learning Nation” («Думающая школа, Познающая Нация»).

Другим важнейшим инструментом совершенствования человеческого капитала была проводимая работа по воспитанию у населения повышенного внимания к производительности труда, эффективности и качеству, постоянной нацеленности на инновационное развитие (с приоритетом разработки и внедрения новых продуктов и процессов, новейшей техники и технологии) в сочетании с консерватизмом в методах управления (опирающимся на многовековые культурные традиции, патриотизм и трудолюбие населения).

В этот период наблюдался переход к приоритету автомобилестроения и наукоемких отраслей, электроники. Осуществляемая в этот период в «азиатских тиграх» стратегия догоняющего развития строилась на заимствовании самых передовых технологий, соответствующих уровню наукоемкости национального производства.

В Южной Корее 1990-е гг. названы периодом «новой индустриализации». Индустриализация Южной Кореи проходила на базе заимствованных иностранных техники и технологий условно в три этапа: (1) 1962-1966 гг., начальный период индустриализации, когда число и стоимость сделок передачи техники и технологий выражалась минимальными величинами; (2) конец 1960-х - 1970-е гг. - разгар индустриализации, обеспечивший «Первый скачок» в экономическом развитии страны, вызвавший резкое возрастание потребности в современных технологиях и сложной технике и максимальные величины стоимости сделок передачи техники и технологий; (3) конец 1970-х - 1980-е гг. «новая стадия индустриализации», подразумевающая

постепенный переход от трудоемкого к капиталоемкому и техноемкому производству. Период «новой индустриализации» в 1990-е гг. подразумевал постепенный переход от заимствованных к собственным оригинальным инженерным решениям. Тем не менее, в 1990-х гг. стратегии заимствования зарубежного опыта и технологий продолжали преобладать, потому что обеспечивали более дешевое оснащение передовых отраслей продвинутыми технологиями и импортным оборудованием.

Характерными чертами стратегии достижения КСП Южной Кореи в 1990-е гг. были: (1) координация правительственной стратегии с политикой крупного капитала («чеболей»); (2) акцент в государственной политике на стимулировании развития наукоемких отраслей; (3) особые налоговые стимулы экономическим направлениям, составляющим конкурентные преимущества. В конце 1990-х гг. страна столкнулась с утратой основного конкурентного преимущества в хорошо подготовленной дешевой рабочей силы. В качестве главного механизма создания новых конкурентных

преимуществ был отказ от заимствованных технологий, модели догоняющего развития и переход к стратегиям построения ИО в 2000-х гг.

Австралия стала одной из первых государств, принявших стратегию построения ИО. В качестве компонентов этой стратегии в 2000-х гг. осуществлялась государственная поддержка освоения нововведений и использования высоких технологий, активно внедрялась ЭК в ключевые отрасли - добычу полезных ископаемых и сельское хозяйство и в др. отрасли, проводились мероприятия по развитию электронного рынка, развивалось ЭП. В стратегиях развития Австралии в 1990-х гг. преобладали: усилия по извлечению выгод из природных богатств на базе сочетания государственных и рыночных инструментов; воспитание у населения восприимчивости к инновациям и способности внедрять новые методы производства; создание стабильного спроса. В целях укрепления внутреннего спроса были введены контроль за инфляцией, низкие процентные ставки, доступные кредиты для частного сектора под низкий процент, сокращались госрасходы, повысилась реальная заработная плата. Высокие инвестиции направлялись в человеческий капитал и в ИКТ (2-е место в мире по расходам на ИКТ в процентах от ВВП). Осуществлялись мероприятия по стабилизации финансовой системы (включая проведение прозрачной монетарной политики, постоянный профицит платежного баланса, постоянство общего налогового бремени и чистых активов). Для создания конкурентного преимущества в бизнес-затратах был введен гибкий режим регулирования, благоприятствующий инновациям, низкие арендные ставки в главных городах (составлявшие лишь половину аналогичных платежей в Сингапуре и Гонконге), низкие сроки регистрации бизнеса, прозрачность и надежность политических и правовых институтов. В целях укрепления связей с азиатскими соседями увеличивались австралийские инвестиции в азиатские страны, расширялся экспорт сырьевых товаров в азиатские страны, в обмен на который росли инвестиции азиатских стран в австралийскую добывающую промышленность, росли поставки бизнес-услуг в АТР.

Переход к построению ИО нашел непосредственное выражение в появлении новых концепций и технологий управления, в которых акцент делался не на количественные показатели, а на совершенствование качества. Так, в середине 1990-х гг. была разработана концепция управления производством, суть которой сводится к улучшению качества, минимизации дефектов и статистических отклонений в операционной деятельности. Эта концепция и стратегия получила наименование «Шесть сигм» (Six Sigma^[95]). Концепция

была разработана в 1980-е гг. в корпорации «Моторола» (Motorola), ныне упраздненной американской компании, а в то время бывшей одним из мировых лидеров в области интегрированных телекоммуникаций и встроенных электронных систем, но повсеместного признания получила в 1990-х гг. (после успешного применения в «Дженерал Электрик», General Electric). В конце 1990-х гг. более 60 % организаций, входящих в список Fortune 500 начали в том или ином виде применять «шесть сигм», в том числе в рассмотренных странах АТР, в которых концепция «шесть сигм» интегрировалась с системами кайдзэн и канбан, и эта интеграция составляет основу современных стратегий достижения КСП в странах АТР. В стратегии используются методы управления качеством, в том числе, статистические, которые предполагают использование измеримых целей и результатов. На предприятии создаются специальные рабочие группы по устранению проблем и совершенствованию процессов («чёрные пояса», «зелёные пояса»).

Приоритеты в конкурентных стратегиях в 2000-е гг. Развертывание процесса построения экономики знаний обусловило изменения в управленческой теории и практике и эволюцию стратегий управления знаниями. Истинную значимость управления знаниями можно понять, рассмотрев эволюцию базовых концепций менеджмента, направленных на поиск «корней успеха»: от финансово-ориентированного менеджмента в эпоху рынка производителя → к маркетинг-менеджмент на стадии рынка покупателя → к менеджменту качества в начальный период построения ИО → к новой японской модели менеджмента и к Новой маркетинговой модели (более точной и быстрой идентификации потребностей клиентов и оптимальной организации бизнес процессов) при переходе к экономике знаний на этапе зрелого ИО.

Японские методы управления отличаются от европейских и американских (при общей нацеленности на максимизацию прибыли с наименьшими затратами). Шесть характерных признаков японского управления: (1) гарантия занятости (уникальная система пожизненного найма) и создание обстановки доверительности, что ведет к стабильности трудовых ресурсов и уменьшают текучесть кадров; (2) гласность и ценности корпорации: при использовании общей базой информации о политике и деятельности фирмы на всех уровнях управления и всеми работниками развивается атмосфера участия и общей ответственности, улучшается взаимодействие и повышается производительность; (3) управление, основанное на информации: применяется система сбора информации показывает, когда продукт поступил в продажу, кто отвечал за исправность того или иного узла и т.д.; выявляет не только виновных за неисправность, но, главное, причины неисправности и меры для недопущения подобного в будущем; (4) управление

ориентировано на качество; (5) постоянное присутствие руководства на производстве; (6) поддержание чистоты и порядка на производстве в качестве гарантии качества продукции и направления повышения производительности. Главное отличие - упор на улучшение человеческих отношений: согласованность, групповую ориентацию, моральные качества, стабильность занятости, гармонизация отношений.

Во второй декаде 2000-х гг. наибольшее распространение получили стратегии «неосязаемого менеджмента» (Intangible Management) и корпоративной культуры - в противовес традиционному «осязаемому менеджменту», который измеряет лишь видимые сдвиги, успехи и недостатки. В управленческую терминологию были введены понятия «алых» и «голубых» океанов. «Алые океаны» — это уже сформировавшиеся отрасли, в которых правила конкуренции хорошо известны: в процессе конкурентной борьбы фирмы как безжалостные конкуренты режут друг друга и заливают океан алой кровью. «Голубые океаны» — это новые сегменты рынка, где есть возможности расти и получать высокие прибыли и конкуренция никому не грозит, поскольку правила игры еще предстоит установить, «первооткрыватели голубых океанов» могли рассчитывать только на интуицию, что создавало высокие риски для их компаний. У. Чан Ким (W. Chan Kim) и Рене Моборн (Rene Moborn) предложили бизнесу методику, облегчающую поиск новых возможностей и снижающую риски. Прокладывать путь в «голубой океан» предлагается : с помощью анализа ценности товаров и услуг для потребителя (это вызывает ассоциацию с японской системой кайдзэн) и выявления, где можно эту ценность повысить; на базе матрицы, получившей называние «упразднить-снизить-повысить-создать»; работы с коллективом по правилу трех Е: Engagement (вовлеченность), Explanation (объяснение), Expectation (ясность ожиданий).

В области проектного менеджмента система кайдзен развилась в японскую методологию управления инновационными проектами и программами - P2M («A Guidebook of Project and Program Management for Enterprise Innovation»). P2M - это система знаний, представленная в форме «Руководства по управлению инновационными проектами и программами предприятий», стандарт по управлению проектами, который позволил визуализировать проекты с большей добавленной стоимостью и инновационные программы. Первая редакция P2M была опубликована в ноябре 2001 г. Японской ассоциацией развития инжиниринга (ENAA), сейчас P2M поддерживается Ассоциацией проектных менеджеров Японии (PMAJ). На базе обобщения опыта японских компаний с 1980 г. сформирована методология управления ценностью и выздоровления компаний как новое направление развития. Главное преимущество Р2М - акцент на внедрение инноваций, на создание ценности в соответствии с миссией и ожиданиями

заинтересованных лиц. В конце 2000-х гг. кайдзен стал набирать популярность в области разработки программного обеспечения как процесс устранения помех (impediments) силами команды (а не одного проектировщика).

В 2000-е гг. широкое применение получило совместное применение концепций «шести сигм» и бережливого производства (lean six sigma). Один из подходов, применяемых в новой методологии, - подход SIPOC (акроним от supplier, input, process, output, customer - поставщик, вход, процесс, выход, заказчик), в котором предполагается составление диаграммы бизнес-процесса, на которой указаны связи от поставщиков до заказчиков: поставщики (пставляющие основные материалы, информацию или другие ресурсы) → входы (то, что поставлено) → собственно процессы (наборы операций, трансформирующих и добавляющих ценность ко входам) → выходы (результаты процесса или продукт) → заказчики (тех, кто получает результат процесса или продукт). Добавление двух дополнительных элементов - требований (requirements) ко входам и выходам - превращает аббревиатуру в SIRPORC. Диаграммы SIPOC часто используется в проектах шести сигм для определения границы проекта.

В настоящее время во всех рассмотренных странах АТР преобладают «зеленые» стратегии и стратегии, направленные на достижение преимуществ в человеческом капитале и в максимизации добавленной стоимости, и такие инстументы, как:

- «инвестиции в будущее»: в инфраструктуру + способности, талант, образование (особенно высшее) + исследования и разработки;

- совершенствование системы образования, в том числе внедрение Новой системы образования, которая предусматривает предоставление каждому ученику условий и возможностей учиться именно в том ритме, который больше всего ему подходит;

- особые налоговые стимулы экономическим направлениям, в которых реализуются конкурентные преимущества;

- продвижение «культурных и креативных отраслей», обеспечивающих в современных условиях наивысшую добавленную стоимость.

Ожидаемый в Южной Корее «Второй скачок» в экономическом развитии (под руководством г-жи президента Пак, дочери Пак Чон Хи) предполагает: (1) развитие на базе принципиального прорыва в инновационном секторе на основе собственных оригинальных инженерных решений; (2) создание собственной базы фундаментальной и прикладной науки; (3) отход от модели «стаи гусей» и, как следствие, - опережающий рост сектора исследований и внедрения инноваций; (4) развитие креативной экономики и экономики знаний; (5) сохранение экспортной ориентации экономики, но перенос акцента в государственной политике на достойном уровне жизни и оплаты труда граждан в

качестве условий стабильности внутреннего рынка. В случае достижения этих целей предполагается существенный отрыв от основных конкурентов в сегментах с высокой добавленной стоимостью. Установлена новая «планка» развития - 40 тыс. долл. ВВП на душу населения к 2020 г. Все эти установки реализуются при помощи таких инструментов, как: (1) активная поддержка правительством (финансово и организационно) отечественных НИОКР; (2) проведение единой системной промышленной политики в рамках партнерства государства и ведущих бизнес-групп; (3) долгосрочное обеспечение устойчивого лидерства в семи секторах промышленности: полупроводниковой индустрии, электронике, автомобилестроении, производстве мобильных телефонов, сталелитейной промышленности, судостроении и нефтехимии (национальные приоритеты последних 10 лет); (4) ускорение темпов технологического развития в судостроении (в связи с использованием Китаем тех же конкурентных преимуществ - дешевизны и организованности производства); (5) дополнение стратегических приоритетов атомной и оборонной промышленности и как следствие - отказ от зарубежных подрядов на поставку комплектующих к атомным станциям в пользу собственных изделий + увеличение экспорта вооружений (в Турцию, Австралию, Японию, Ин-донезию, ОАЭ, Новую Зеландию, Бангладеш)^[96]; (6) противодействие т.н. «эффекту сэндвича» - «зажатости» в высокотехнологичных областях - между западными и японскими конкурентами, в отраслях с меньшей добавленной стоимостью - китайскими компаниями (в судостроении и нефтехимии; ожидается китайский захват рынка в производстве полупроводников, электронике и сталелитейной промышленности).

В Японии сделан акцент на поддержку малого и среднего инновационного бизнеса и продвижение их продукции за рубеж; сохраняется ставка на партнерство государства и бизнеса (но социальный статус этого партнерства повысился: если раньше его главная функция заключалась в координации стратегий развития, то в 2000-х гг. осуществляется совместная разработка стратегий развития); реализуются стратегии построения креативных отраслей; делается «ставка» на коэволюцию «старых» и «новых» стратегий и «коэволюционное развитие» с США. По замыслу, коэволюция должна привести к тому, что японская технологическая система снова станет высоко конкурентоспособной, и японские ученые ожидают превосходство Японии над США в темпах роста. На наш взгляд, «коэволюционное развитие» лишает Японию самостоятельности, «привязывает» ее к США и никак не способствует повышению ее МКСП.