ОТРАЖЕНИЕ ИЗМЕНЕНИЙ ПРАСЛАВЯНСКИХ СОЧЕТАНИЙ ГЛАСНЫХ С ПЛАВНЫМИ МЕЖДУ СОГЛАСНЫМИ В ДРЕВНЕРУССКОМ ЯЗЫКЕ

§ 88. В общеславянской фонетической системе в начале ее ис­тории были сочетания гласных с плавными

которые были получены этим языком из индоевропей­ского языка-основы и которые на протяжении развития прасла­вянского языка подверглись различным изменениям в определен­ных фонетических условиях.

При этом, попадая в положение перед гласным, плавный в этих сочетаниях отходил к следующему слогу, создавая открытость пре­дыдущего. Иначе говоря, в этом случае дифтонгических сочета­ний типаI и под. не было. Так, например, корень в о.-слав.сохранил последовательность [or] без из­

менений во всех диалектах праславянского языка, ибо слогораз­дел в этом слове проходил так, что образовывались открытые сло­ги: [pro / sto / гъ]; ср. ст.-слав.русск. простор, польск.

przestwor. Но если такие сочетания оказывались в положении меж­ду согласными, то они -являлись дифтонгическими, т. е. произно­сившимися в пределах одного слога: [*stor / па]. Это обстоятель­ство привело к тому, что в результате действия закона открыто го слога сочетанияперед согласными из­

менялись, ибо, так же как дифтонги, оканчивающиеся на несло­говой элемент, они образовывали чуждый праславянскому язы­ку закрытый слог.

Однако устранение дифтонгических сочетаний гласных с плав­ными [г], [1] шло в диалектах праславянского языка не путем мо­нофтонгизации их, а путем иных изменений, причем различных в разных этих диалектах.

Эти различные пути объясняются следующими причинами.

В языке же предков восточных и западных славян, где слого­вой плавный был долгим, после него стал развиваться вторичный гласный, подобный гласному перед плавным. Впоследствии этот вторичный гласный стал звуком полного образования, а гласный перед плавным утратился в языке западных славян и сохранился у восточных. Таким образом:

127

В отношении последних двух примеров (с сочетанием [*telt]) нужно отметить, что в восточнославянской области это сочетание подверглось изменению не в [telet], как ожидалось бы, а в [tolot]. Это явление объясняется тем, что в сочетании [*telt] согласный [1] в положении перед следующим согласным был лабиовеляри- зован, т. е. был твердым и несколько лабиализованным. Под вли­янием этого лабиовеляризованного [1] гласный переднего ряда [е] передвинулся назад и приобрел лабиализацию. Таким обра­зом, сочетание [*telt] изменилось в [*tolt], а затем развитие это­го нового [*tolt] шло указанным уже путем для исконного сочета­ния [ *tolt ].

Особый случай изменения, касающийся также сочетания [*telt], у восточных славян был тогда, когда перед [е] находился задне­язычный согласный [k], [g], [ch] (т. е. [*kelt], [*chelt], [*gelt]). В этом случае [к], [g], [ch] изменялись в более раннюю эпоху пе­ред [е] в [с’], [Г], [s’] в результате действия первой палатали­зации, что обусловливало невозможность наличия [о] перед плав­ным [1]: после мягких шипящих, как известно, гласного [о] не мог­ло быть. Однако после плавного все же развивался звук [о]. Та­ким образом, в развитии этого сочетания у восточных славян действовали две противоположные тенденции: невозможность на­личия [о] после мягких шипящих и влияние твердого велярного [1] на изменение сочетания [*telt] в [*tolt].

Итак: о.-слав. *сЬеІтъ — др.-русск.(ср. ст.-слав.

о.-слав. *geltrb — др.-русск. желобъ (ср. болг. жлъб, сербско- хорв. жлеб).

О том, что все эти славянские формы действительно восходят к сочетаниям [*ог], [*о1], [*ег], [*е1] между согласными в кор­не слова, свидетельствуют, во-первых, факты родственных славя­нам индоевропейских языков (ср. нем. Bart — „борода" и др.- русск. борода; лит. valgyti— „владеть" и др.-русск.; лат.

porcus — „свинья" и др.-русск. пороса— „поросенок"; нем. Gar­ten — „сад" и др.-русск. огородъ и т. д.); во-вторых, факты древ­нейших заимствований из древнерусского языка в финские (ср., например, финск. palttina и др.-русск. полотьно, финск. karsta и др.-русск. короста, эст. ѵагЫапе и др.-русск. воробей, эст. varten и др.-русск. веретено и т. п.).

Изменение сочетаний типа [*tort] и под., начавшись в послед­ний период праславянской эпохи, было живым процессом в началь­ный период развития отдельных славянских языковых групп.

Об этом свидетельствует, например, факт, что имя франкского короля Карла Великого, которое славянам стало известно в VIII— IX вв., превратившись в нарицательное существительное, пережи­ло в славянских языках все те изменения, какие переживали ело-

ва с сочетаниями типа [*tort]: ср. др.-русск. король, ст.-слав, крддь, польск. krol, сербск. krcub, чешек, krai. Таким образом, почти на глазах истории эта тенденция в изменении указанных сочетаний была еще живой.

ОТРАЖЕНИЕ ИЗМЕНЕНИИ ПРАСЛАВЯНСКИХ СОЧЕТАНИЙ ГЛАСНЫХ С ПЛАВНЫМИ В НАЧАЛЕ СЛОВА В ДРЕВНЕРУССКОМ ЯЗЫКЕ

§ 89. Близко к рассмотренному выше изменению праславян- ских сочетаний типа [*tort] и под. стоит происходившее не­сколько позже изменение сочетаний [*or], [*о1] в начале слова перед согласными ([*ort], [*olt]). Так же как и в середине слов, они, попадая в положение перед согласными в начале слова, явля­лись дифтонгическими и вызывали образование закрытого слога.

Освобождение от закрытости слога в сочетаниях [*ort], [*olt] шло в целом таким же путем, что и в сочетаниях типа [*tort] и под., и здесь тоже были различия по разным диалектам праславянско- го языка, причем они зависели, как предполагают, от интонации, характерной для данного слога (см. §§ 93—94).

Если сочетания [*ort], [*olt] находились под восходящей инто­нацией, то во всех диалектах праславянского языка освобождение от закрытого слога шло одним и тем же путем: в этом случае дол­гота в рассматриваемых сочетаниях сосредоточивалась на глас­ном, т. е. у славян здесь были сочетания [*drt] > [*art], [*olt] > [*alt]. Поэтому освобождение от закрытого слога, осуществив­шееся при помощи перестановки звуков, привело к образованию сочетаний [rat], [lat]: так, из о.-слав. *drd/o — „орудие пахоты" развилось ст.-слав, и др.-русск. рало, польск. radio, чешек, radio (ср. лит. arklas', совр. русск. диалектное орать — „пахать" сохра­няет [ор] без изменения, так как за [р] исконно следовал глас­ный); из о.-слав. *orka — „гробница" развились ст.-слав, и др.- русск. рака, чешек, rakev, серб.-хорв. рака', из о.-слав. *olkomb развились ст.-слав, и др.-русск. лакомъ, польск. takomy, болг. разг. лаком.

Если же сочетания [*ort], [*olt] были под нисходящей инто­нацией, то у южных славян возникли тоже [rat], [lat], так как в этих диалектах праславянского языка и здесь были долгие глас­ные в данных сочетаниях (т. е. здесь тоже были сочетания [*art], [*alt]); у восточных же и западных славян развились [rot], [lot], так как гласный в этих сочетаниях здесь был кратким. Таким обра­зом, из о.-слав. *ol!vbtb развились ст.-слав.

болг. лакът, сербск. лакат, но др.-русск. локоть, польск. tokiec, чешек. loket\ из о.-слав. возникли ст.-слав,

болг. раст, сербск. раст, но др.-русск. ростъ, польск.

др.-русск. ровьнъ, чешек, rovny, польск. rowny. Древний обще­славянский префикс *orz- переживал такие же изменения: ср. ст.-слав. рдзоѵ^мъ> болг. разум, сербск. разум, но др.-русск. розоумъ, польск. rozum.

Различная судьба сочетаний типа [*ort], [*olt] в древнерус­ском и старославянском языках получила своеобразное отраже­ние в истории русского языка. Как можно заключить из сказан­ного выше, начальные сочетания [ро], [ло] перед согласным в рус­ском языке, развивавшиеся в древности из сочетаний [*ort], [*olt], являются по происхождению восточнославянскими (ср. современные роспись, розлив, россыпь, как и приведенные ранее примеры с такими сочетаниями). В то же время вопрос о харак­тере начальных сочетаний [ра], [ла] из общеславянских [*ort], [*olt] намного сложнее: они могут быть и развившимися на древ­нерусской почве (например, совр. лакать, лакомый, диалектное рало), и такими, которые были усвоены восточными славянами под влиянием старославянского языка (например, равный, воз­раст, подударная приставка раз- в разум, развит и под.); решить этот вопрос можно лишь при условии привлечения сравнительно­го материала из разных славянских языков.

При этом произношение [ра], [ла] в начале слова из о.-слав. [*ort], [*olt] в современном языке, вообще говоря, может и не быть связано с влиянием старославянского языка, а возникнуть в позднюю историческую эпоху в связи с развитием аканья. Осо­бенно это относится к первому предударному слогу, где, например, произношение работа (ср. северное диалектное робота), расти (ср. рост) могло возникнуть тогда, когда развившееся аканье из­менило безударное [о] в [а]; закрепление акающего произноше­ния этих слов на письме обусловило современную их орфографию.

ОТРАЖЕНИЕ СУДЬБЫ ПРАСЛАВЯНСКИХ СОЧЕТАНИЙ РЕДУЦИРОВАННЫХ С ПЛАВНЫМИ МЕЖДУ

' СОГЛАСНЫМИ В ДРЕВНЕРУССКОМ ЯЗЫКЕ

§ 90.

В первом типе сочетаний — в случае, когда редуцированный предшествовал плавному, носителем слога в праславянском язы­ке был плавный, а редуцированный являлся неслоговым звуком:

и под. Однако на протяжении истории праславян- ского языка эти соотношения изменились, причем изменения были различны в разных диалектах этого языка.

У южных славян неслоговой редуцированный ослаб и посте­

пенно утратился, а слоговой плавный стал произноситься с глас­ным призвуком после [г], [1]:

Таким образом, в старославянском языке, например, возник­ло из общеславянского

в результате чего слог оказывался открытым. Поэтому такие со­четания не изменились и имели вплоть до относительно позднего исторического периода одинаковую судьбу у всех славян. Эта оди­наковость судьбы данных сочетаний отразилась в наличии одина­ковых написаний в памятниках старославянского и древнерусско­го языков.

И лишь в дальнейшем, в зависимости от сильного и слабого положения редуцированного в слове, эти сочетания по-разному изменились в различных славянских языках.