Вопрос о классификации сложноподчиненных предложений

Структурно-семантическая классификация сложноподчиненных предложений и ее разновидности

Вопрос о классификации сложноподчиненных предложений. Краткая история изучения сложноподчиненного предложения и его типология в историографическом аспекте.

Большое количество элементов строения, обусловливающих различия в значениях сложноподчиненных предложений, делает вопрос об их классификации очень сложным. Такая классификация, если исходить из сказанного выше, должна выявлять специфику сложноподчиненного предложения как такового, по сравнению с сочетанием слов или с распространением предложения тем или иным членом, и в то же время обнаруживать сходство между этими единицами. Необходимо, чтобы такая классификация давала возможность последовательно – от более общих формальных и связанных с ними семантических различий к более частным – описать все богатство моделей сложноподчиненного предложения и с точки зрения их структуры и с точки зрения их семантики. Наконец, важно, чтобы такая классификация была именно грамматической, чтобы грамматические значения не смешивались с содержанием, заключенным в главной и в придаточной частях. Таким образом, нужно, чтобы классификация сложноподчиненных предложений была последовательно структурно-семантической.

Однако необходимость именно структурно-семантического описания сложноподчиненных предложений далеко не сразу и не всем лингвистам стала очевидной. В зависимости от общетеоретических установок различных грамматических школ и отдельных лингвистов сложноподчиненные предложения понимались по-разному и, как результат этого, по-разному классифицировались.

Так, логическое направление в русской грамматике вызвало к жизни классификацию придаточных по их соответствию членам простого предложения. Начиная с Ф. И. Буслаева, в трудах которого эта классификация впервые была изложена систематически, и до нашего времени, т. е. на протяжении около ста лет, она пережила ряд модернизаций, уточнений, включила в себя много необходимого собственно грамматического, материала, однако суть ее осталась неизменной: придаточные классифицировались на основании их соответствия членам простого предложения. Отсюда – выделение придаточных подлежащных, сказуемных, определительных, дополнительных и т. д. (см. , например, «Грамматику русского языка», т. II, ч. 2. М. , 1960, а из учебных пособий курс А. И. Гвоздева «Современный русский литературный язык», ч. II. М. , 1973). Основным недостатком таких классификаций является то, что, вместо анализа сложноподчиненного предложения как сложного целого, обладающего своими специфическими структурными признаками и семантикой, в них рассматриваются внешние, чаще всего очень приблизительные аналогии придаточной части и членов простого предложения, т. е. игнорируется специфика именно сложноподчиненного предложения, существенные признаки заменяются несущественными. В результате такого подхода в одну группу предложений попадают различные по строению и значению предложения и, наоборот, близкие по строению и значению предложения попадают в различные группы. Например, к придаточным подлежащным относятся и такие предложения, как Кто хочет, тот добьется, и такие, как Мне послышалось, что кто-то поет. Основанием для их сближения служит лишь то, что в первом случае придаточная часть непосредственно связана с местоимением тот, являющимся в главной подлежащим, а во втором придаточную часть можно заменить существительным песня, которое будет также подлежащим при глаголе послышалась (ср. : Мне послышалась песня). Искусственность таких сближений очевидна, так как ни по своей структуре, ни по значению эти предложения не имеют ничего общего.

Несовершенство логических классификационных схем вынудило ученых-лингвистов искать другие пути классификации сложноподчиненных предложений.

Один из них связан с формальным направлением в лингвистике и представляет собой классификацию сложноподчиненных предложений по средствам связи, а именно союзам и союзным словам. Все сложноподчиненные предложения соответственно делятся на две группы:

1) с придаточными, присоединяемыми союзами;

2) с придаточными, присоединяемыми союзными словами.

Дальнейшее описание сводится к инвентаризации союзов, с более или менее полным указанием других признаков (см. «Русский синтаксис в научном освещении» А. М. Пешковского, а из более поздних пособий «Современный русский язык. Синтаксис». М. , 1958; автор раздела о сложноподчиненном предложении А. Б. Шапиро). Основным недостатком таких классификаций является односторонний подход к описанию сложноподчиненных предложений. Из всех специфических формальных признаков, от которых зависит значение сложного целого, здесь регулярно рассматривается только один – союзы и союзные слова. В результате характеристика сложноподчиненных предложений получается далеко не полной.

Второй путь – путь структурно-семантического описания, учитывающего всю совокупность формальных признаков, специфичных для сложноподчиненного предложения как особой цельной структуры, и в то же время связывающего эти формальные признаки с определенными значениями, – представляется в настоящее время наиболее продуктивным. Элементы структурно-семантического описания имелись уже в трудах Ф. Ф. Фортунатова и А. А. Шахматова, многое сделал в этом направлении В. А. Богородицкий (см. его «Общий курс русской грамматики». Изд. 5-е. М. –Л. , 1935), однако только в наше время в трудах Н. С. Поспелова, В. А. Белошапковой, С. Г. Ильенко и других лингвистов структурно-семантическое описание оформляется как особый подход. Но это отнюдь не означает, что уже создана последовательная и полная структурно-семантическая классификация сложноподчиненных предложений. В настоящее время существует несколько классификаций, созданных различными учеными на основе этого метода, но существенно отличающихся друг от друга: в одних больше внимания уделяется формальным характеристикам (см. , например, раздел «Сложноподчиненное предложение» в «Грамматике современного русского литературного языка». М. , 1970, а из учебных пособий раздел «Сложноподчиненное предложение» в курсе «Современный русский язык», ч. II. М. , 1964, написанные В. А. Белошапковой); в других больше внимания уделяется семантическим характеристикам (см. , например, учебник для педагогических училищ А. М. Земского, С. Е. Крючкова, М В. Светлаева «Русский язык». Под ред. В. В. Виноградова, Изд. 6-е, ч. II. М. , 1963).

1) По количеству предикативных частей различаются двучленные/многочленные предложения: Шел дождь¹, и от сильного ветра шумели деревья² (А. Чехов); Некоторое время он стоял у окна¹: небо было простоквашей²; изредка в том месте³, где плыло слепое солнце⁴, появлялись опаловые ямы³ (В. Набоков);

2) по наличию союзных средств связи противопоставляются союзные/бессоюзные сложные предложения: в союзных конструкциях предикативные части соединяются союзами (сочинительными или подчинительными) или союзными словами, бессоюзные предложения характеризуются отсутствием союзных средств связи: Ты запой мне ту песню¹, что прежде нам певала старая мать² (С.

В составе союзных конструкций далее выделяются сложносочиненные и сложноподчиненные предложения, противопоставляемые по характеру основной синтаксической связи;

3) по характеру модели (схемы) различаются предложения, построенные по свободным моделям, и предложения, построенные по несвободным (фразеологизированным) моделям (предложения фразеологизированной структуры). Предложения фразеологизированной структуры построены по особым несвободным моделям, которые характеризуются наличием дополнительных устойчиво воспроизводимых средств связи (частиц, особых лексем, повторов). Их признаками служат: а) моделируемость, основанная на устойчивости фразеосхемы и ее воспроизводимости; б) особо тесная связь предикативных частей; в) нередко фиксированный порядок частей; г) тенденция к идиоматичности значения; д) наличие разнообразных экспрессивно-оценочных смыслов: Чем больше пламени в моем давно бывалом¹, тем меньше впереди огня во мне усталом² (И. Северянин); Храбрись не храбрись¹, а храбрее мира не будешь² (Н. Лесков);

4) по возможности изменения порядка предикативных частей в составе сложных предложений выделяются гибкие и негибкие структуры. Гибкие структуры допускают разные варианты порядка частей: Если надо выбирать судьбу¹ – не обольщусь другою² (Н. Крандиевская). Негибкие структуры – это структуры, в которых невозможны перестановки предикативных частей и вставка одной из частей в другую: Поезд отходил в семь часов вечера¹, так что Михаил Иванович мог успеть пообедать . . . до отъезда² (Л. Толстой);

5) по признаку «соответствие/несоответствие количества пропозиций и предикативных частей предложения» различаются симметричные и асимметричные конструкции^[28]. В симметричных конструкциях количество пропозиций равно числу предикативных частей: Если тебе будет нужна помощь¹, позвони².

По функции (характеру целеустановки) выделяются функциональные типы сложного предложения. При этом различаются:

1) функционально однородные предложения – предложения, все предикативные части которых совпадают по целеустановке: а) повествовательное: Я шел медленно¹: мне было грустно² (М. Лермонтов); б) вопросительное: Почему. . . другие все могут¹, а я не могу²? (Л. Толстой); в) побудительное: Все отдай земле земное¹, и, как синий дым, восходи к нам в голубое, чист и невредим² (Ф. Сологуб);

2) синкретичные, объединяющие функционально разнородные части: а) повествовательно-вопросительное: Без сомнения, он был в жалком положении¹, но что было делать²? (Л. Толстой); б) повествовательно-побудительное: . . . Лучше не найдете¹: обратите нежный взгляд, девушки, к пехоте² (А. Твардовский); в) побудительно-вопросительное: Да забеги к уряднику¹ – чего он там прохлаждается²? (А. Чехов); г) побудительно-повествовательное: Пойми¹: несвобода от лжи доводит до зверства² (В. Корнилов).

Синкретичные функциональные типы представлены преимущественно в сфере сложносочиненных и бессоюзных сложных предложений, предикативные части которых характеризуются большей степенью самостоятельности, чем в сложноподчиненном предложении.

Традиционным является деление предложений на восклицательные и невосклицательные. Эти типы предложений различаются по наличию/отсутствию у синтаксической конструкции эмоциональной окрашенности и, таким образом, связаны с отражением позиции говорящего (автора высказывания), с передачей его эмоций и оценок. Средством выражения эмоций служит прежде всего восклицательная интонация, а также частицы, междометия и экспрессивная лексика: Как живо встают в моей голове незатейливые картины походных движений¹, и какую скромную прелесть они приобретают в воспоминаниях²! (А. Куприн). Невосклицательные и восклицательные предложения неравномерно распределены в системе сложных конструкций. Преобладают невосклицательные предложения, восклицательные же используются, как правило, в сфере двучленных конструкций, причем они тесно связаны с функциональными типами предложения: именно вопрос или побуждение часто выражает эмоции говорящего.

При всем разнообразии структурно-семантических и функциональных характеристик в современной русистике выделяются три основных признака, служащих основанием для последовательной многоуровневой классификации сложных конструкций: 1) наличие/отсутствие средств связи, объединяющих предикативные части. На этом основании разграничиваются классы союзных и бессоюзных предложений; 2) противопоставление сочинения/подчинения предикативных частей в сфере союзных конструкций: союзные предложения делятся на сложносочиненные и сложноподчиненные; 3) отнесение одной предикативной части к одному слову другой части или ко всей части как к единому целому (нерасчлененность/расчлененность). Последнее деление распространяется только на сложноподчиненные предложения. В результате возникает достаточно стройная классификация: каждое членение в ней позволяет выявить семантическое своеобразие выделенного класса или подкласса предложений, обусловленное структурными признаками, лежащими в основе классификации. Так, бессоюзные предложения отличаются от союзных диффузностью семантики, недифференцированностью отношений между частями. Сложносочиненные и сложноподчиненные предложения различаются степенью автономности частей и характером выражаемых отношений между ними. Делению сложноподчиненных предложений на нерасчлененные и расчлененные соответствует не только комплекс структурных признаков, их разграничивающих, но и существенные различия в характере отношений между частями, что находит отражение в установлении для первых аналогии со словосочетанием, для вторых (расчлененных) – с простым предложением с обстоятельственным детерминантом.

Дальнейшее же деление сложносочиненных и бессоюзных предложений носит преимущественно традиционный характер: сложносочиненные предложения дифференцируются в зависимости от типа сочинительного союза, а затем делятся на подтипы по характеру синтаксического значения, бессоюзные сложные предложения классифицируются в зависимости от отношений между предикативными частями (с учетом дополнительных средств связи).

Таким образом, общая классификация сложных предложений носит в целом гетерогенный характер.