1.3. Родь государства в формировании инновационной социальной политики

Формирование социального государства, получившее мощный теоретико- политический импульс в период 30 - 40-х годов XX века, вступило в практическую фазу с середины столетня и происходило в результате дсйстпия двух важнейших факторов развития: длительного периода экономического роста и формирования социально равновесного механизма распределения национального дохода.

Это требовало развития теории государственной политики. Методы регулирования, определенные в кейнсианской концепции, позволили разрешить противоречия развитых стран Запада в условиях острого кризиса, носившего системный характер. Основная идея Дж. Кейнса заключается в том, что государство должно активно' воздействовать на макроэкономическую динамику, прежде всего путем регулирования платежеспособного спроса. [40] Постановка этой проблемы как центральной в социально-экономической политике, необходимой для обеспечения полной занятости, открыло новую эпоху, когда государство стало активно использовать мощные инструменты политического воздействия на различные стороны социально-экономического развития, в том числе на рост заработной платы, личных доходов, снижение уровня бедности и социальной дифференциации, обеспечение социальных гарантий. 11а основе выявленных взаимозависимостей (между потреблением и накоплением'} была сформулирована другая важная цель политики государства, которая должна направлять экономическое развитие к ситуации полного использования инвестиционного потенциала путем воздействия на ставку банковского процента в рамках диапазона инвестиционной привлекательности. В і о же время в качестве основных механизмов государственного регулирования имелось ввиду использовать бюджетную и кредитно-денежную политику.

В равной мерс в концепции оказался заложен большой потенциал социальной трансформации. Учитывая, что обеспечение полной занятости и рост платехісспособного спроса в ней рассматриваются в качестве приоритетных целей экономической политики, она стала важным источником новой стразе ги и

дня государства, во многом определившей его приверженность базовым социальным целям.

На базе ксйсианской концепции были сформулированы социальные реформы в Великобритании, в частности. новой системы социального страхования. Суть их сводилась к следующему:

- всеобщий и обязательный характер и участие в финансировании;

- определение уровня взносов и пособий по единой ставке для всех граждан, при этом размер пособия устанавливается на уровне не ниже прожиточного уровня;

- законодательно установленные пособия должны быть дополнены частными сбережениями, которые формируются на добровольной основе и должны стимулироваться правіггсльством. [118, C.79J

Предложения Бевериджа У, о реформе социального страхования основывались на том, что рыночные механизмы неспособны решить проблемы общей социальной эффективности, равновесия и динамики развития. Он считал, что система, ориентированная на прибыль, не отвечает этим требованиям, в то время как государство придаст необходимую гибкость системе социального управления обществом и способно более адекватно реагировать на изменения социальной ситуации. Однако главное достоинство проекта - эго характер построения системы на основе социальной солидарности и взаимопомощи, что объединяет общество, ослабляет социальные конфликты и обеспечивает социальную стабильность. По мнению Аткинсона Л.Б. [107, С. 106.], обязательность и солидарность - основные принципы этого революционного по тому времени проекта, целью которого было положить конец бедности, причем решение этой проблемы рассматривалось во взаимосвязи с мерами, необходимыми для борьбы с болезнями, невежеством и безработицей. Очень важно, что в проекте формулировалось право гражданина па пособие в размере прожиточного минимума, а принцип всеобщности означал переход к общенациональной системе социальных гарантий. [118, С.75-88]

Этот проект оказал большое влияние на характер социальных реформ и

принципы формирования социальной политики государства не только в Великобритании, но в других странах.

Исследования специалистов в этом направлении позволили сделать важный вывод о том, что социальное государство во многом представляет собой конечный и естественный результат процесса модернизации. Один из наиболее существенных аспектов данного процесса - возрастание роли государства. Причем эта тенденция развивается по мере усложнения общества и формирования технологически более совершенной и производи тельной экономики.

По мнению Нлэка К. [108, С.81-821, процесс модернизации означает глубокий технолого-социальный переворот грансисгоричеекого масштаба, выражающийся в переходе к развитой индустриальной модели, дифференцированный по следующим этапам.

Первый из них предполагает первоначальный импульс, или «вызов модернизации», суп» коюрого состоит во внутреннем конфликте традиционной системы знаний с новыми идеями и институтами и формирование социального потенциала модернизации.

Второй - политический - знаменует приход к власти сторонников модернизации.

Третий - осуществление социально-экономической трансформации общества.

Четвертый - достижение социальной интеграции, в рамках которой происходит глубокая реорганизащш социальной структуры. Таким образом, в этом коїгтексіс модернизация означает постепенное преодоление дезинтеграции общества, теряющего динамику развития, и осуществление перехода через ряд этапов к новой социальной интеграции более высокого, эффективного и справедливого типа. Причем закономерность такова, что чем более развита и технически оснащена экономика, тем более чувствительно общество к парализующим формам дезинтеграции. При этом основным механизмом является процесс социальной мобилизации, выражающийся в значительном выравнивании уровня жизни, образования и других социальных возможностей развития.

Согласно концепции, эффективность политики модернизации определяется тем, насколько успешно происходит формирование новой .модели социальной интеграции, которая должна превосходить (по качественным характеристикам благосостояния и политической демократии) предыдущую модель.

В этом плане наиболее существенны два момента, которые можно интерпретировать как критерии эффективности стратегии и политики модернизации. Во-первых, успех модернизации во многом зависит от интеллектуальных и политических факторов, роста потенциала знании и способности политических лидеров мобилизовать ПОЗИТИВНЫЙ и инновационный потенциал. Во-вторых, модернизация должна способствовать более справедливому распределению доходов. В долгосрочном плане от этой политики, как считает, Блэк К., с мнением которого мы полностью солидарны, должны выиграть прежде всего лица, располагающие небольшими доходами, по сравнению с наиболее обеспеченными категориями. Только традиционное общество может развиваться в рамках модели высокой социальной концентрации и дифференциации богатства. В то же время такая модель недопустима в высокоразвитом обществе.

В соответствии с этим сторонниками концепции повышения роли государства была по-новому поставлена проблема целей и средств государственной политики. В ней центральное место отводится стратегическим вопросам - проблеме обеспечения долговременных стабильных темпов роста, в рамках которой социальные аспекты рассматриваются на этом этапе как производные, зависимые переменные. Достижение устойчивости развития предполагает перманентную модернизацию в экономике, а в социальной сфере - формирование ннтсірациоиноП модели. Для обеспечения этой проблемы государство должно обес печи ваті» постоянный приток инвестиций (т.с. норму накопления капитала), а с другой стороны,, стимулировать потребление и целях более полного использования производственного потенциала. Во-вторых стимулировать научно-технический npoipecc и производительность капитала и труда. Отсюда вытекает необходимость приоритетного развития социальной

сферы (образование, здравоохранение, социальное обеспечение). Основополагающими проблемами модернизации теории и практики управления в новых условиях постиндустриального общества являются: 1.

Мобилизация ресурсов (спроса) осуществляется в рамках инвестиционной политики через институциональный механизм влияния на поведение субъектов экономической деятелыюеги и позиции социальных партнеров. В этом отношении большую роль сыграла политика ускоренной амортизации, которая должна проводиться государством для стимулирования внутренних резервов развития в связи с НТП. В равной мере играет и сбалансированная налоговая политика как инструмент стратегии социально-экономического роста, благосостояния, социального равновесия и политической стабильности. При этом одним из главных компонентов «институциональной революции» является процесс формирования механизмов структурной политики.

Между тем привнесение в социальную модель фактора предсказуемости и стабильности основано иа ценностях не только эконом и чес Kt) го, но и социального роста, в условиях которого при формировании политики в равной мере принимаются во внимание проблемы социального положения всех слоев общества, по особенного среднего класса, который рассматривается специалистами как главный социальный, экономический и политический, фактор. В основном эта политика затрагивает дпа фактора роста (стимулирования инвестиционного-процесса), а именно текущего и (множенного потребления (сбережений), эффективность которых во многом связана с характером социальных приоритетов. Срединные социальные группы как субъекты и объекты такой полігтики находятся в особом положении. Так, у малообеспеченных социальных групп относительный уровень текущего потребления выше, чем у более состоятельных категорий. Закономерность

такова, что чем выше потенциал доходов и социальный статус той или иной группы, тем ниже относительный уровень текущего потребления и тем выше относительный уровень отложенного спроса (сбережений) и инвестиционный потенциал этой группы.

Еще одной моделью социально-экономической политики государства является неолиберализм, представленный, в частности, трудом Эрхарда Л. [105]. Авторы концепции «социального рыночного хозяйства» первоначально фактически отвергали принцип более активной экономической роли государства, который отстаивает кейсканство (политика «полной занятости»), не говоря уже о сторонниках более активного государственного вмешательства, как это имеет место в политике, основанной на концепции «дирижизма». По существу ставилась проблема оптимизации государственной политики, но на принципах, не допускающих активные «интервенционистские» методы регулирования. Речь, по мнению Люблинского В.В. [51, С.39], шла о том, что государе і во должно способствовать максимизации использования потенциала, заложенного в системе рыночного хозяйства. Отсюда следовало, что политика государственных институтов должна сводиться к тому, чтобы не допускать нарушений базовых механизмов функционирования этой системы, тем самым обеспечивая поддержание эффективности и рост социального благосостояния. Характерно, что в этот период один из авторов концепции социального рыночного хозяйства» Л. Эрхард фактически выступал против всеобъемлющей системы социального страхования, считая, что она являлась фактором неэффективности и ограничения свободы. Социальное обеспечение - не означает социальное страхование для всех. Он распространял на социальную сферу конкурентные механизмы - «принцип индивидуальной ответственности». [105. С. 238, 244] Такая позиция автора противоречила декларированной в названии социальной направленности концепции, а также расходилась с принципами формирования социальной политики. Со временем позиции иеолнбералов были скорректированы А.Мюллером-Армаком, [93, С.265], который отдавал равный приоритет социальных и экономических целей

государственной политики. В этом виде данная концепция допускает большую экономическую и социальную роль государства, что было связано во мноюм с проблемами, возникшими в условиях НТП, хотя первоначально речь шла о косвенном регулировании. Недопустимым считалась трансформация в традицию социально-экономических систем многих западноевропейских стран, нинример, Великобритании (национализированный сектор и государственная система здравоохранения. Швеции (всеобщая государственная система социальных услуг) и т.д. Однако в 60-е годы неолибераламм было признано, что государство не может уходить or решения стратегических проблем экономического развития, а это требует обновления социальной концепции. По сути, приверженцы данного подхода рассматривали синтетический подход дирижнетко-кейнсианского типа. Исходной стала идея глобального регулирования, предполагавшая в том числе и меры активной политики. Наиболее полно меры прямой и активной политики выражены в модели социального государства, в основу которой положена идея дирижизма, во многом опирающаяся иа труды таких исследователей, как Перу Ф., Бартоли Л., Маршал Л. и др.. Суть концепции - общество построено на основе принципа господства и власти, который рассматривается как естественный, а государство стоит над интересами социальных, экономических и политических групп, пс дает столкновению их интересов выплеснуться сверх допустимого уровня, поддерживает механизм рыночной экономики в эффективном состоянии. Дирижизм - концепция и политика, рассматривающая общество в целом, а не только сферу экономического развития, а следовательно исходящая из широкой интерпретации социальной ответственности государства.

Из этого вытекают следующие принципы политической стратегии.

Во-первых, в силу тою, что государство рассматривается как центральное звено социально-политической системы, которое обеспечивает ее прочность и системную упорядоченность, устойчивый динамичный баланс в рамках всего спектра экономических и социальных взаимосвязей, оно должно возглавлять, во многом направлять и организовывать процесс развития общества и экономики.

Во-вторых, эта модель предполагает управление социальным развитием нс только средствами денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики. Большое место в ней отводится политике прямого воздействия на

ценообразование, занятость, безработицу и доходы, а также таким институтам, как планирование и национализация. как это практиковалось на определенных этапах развития в ряде стран.

Сторонники концепции активной социальной роли государства понимали, что стратегию социального компромисса и преодоление конфронтационной модели невозможно осуществить, не меняя характера политики распределения. Л это предполагало установление системы прогрессивного налогообложения доходов и страхования социальных рисков, а также проведение политики, направленной на постепенное выравнивание возможностей доступа различных социальных ірупп к системе образования (в том числе высшего) и улучшение жилищных условий. В отношении экономических субъектов в политике государства стали использовать важные специфические инструменты реализации этих целей: корпоративные налоги, налоги на добавленную стоимость, многочисленные социальные взносы обязательного и факультативного характера. Одним из важных инструментов этой стратегии явилась долговременная политика, направленная на приоритетное повышение минимальной заработной платы.

С тех пор, как государство стало проводить политику, связанную с регулированием доходов, малообеспеченнью социальные группы в значительной степени получили своего рода «иммунитет» от воздействия неизбежных для рыночной экономики циклических спадов производства, которые для малоимущих в предыдущий период означали ухудшение условий жизни. Иными словами, сбалансированная модель считается сформированной, когда происходит параллельный рост эффективности основных факторов социального развития. Только на такой основе может действовать тенденция к оптимизации стимулов роста и качественного обновления, и именно решение этой проблемы является ценгральным моментом формирования эффективной социально- экономической политики. [9]

С ростом НТП, производительных сил и трансформацией социально­трудовых отношений постепенно происходит перераспределение основных факторов развития, а в центр іюлиіичсской стратегии все больше перемещается проблема согласования іруиповьіх интересов в масштабах всех сегментов

социальной структуры. Первостепенным станови гея с начала новейшей фазы технологической революции фактор человеческого капитала, который требует значительно большей относительной и абсолютной величины ресурсов для развития новой индустриально-информационной экономики.

Формирование социального государства вступило в практическую фазу с середины XX столетия и происходило в результате действия двух важнейших факторов развиїия: длительного периода экономического роста и формирования социально равновесного механизма распределения национального дохода.

Это требовало развития теории государственной политики. Методы регулирования позволили разрешить противоречия развитых стран Запада в условиях острого кризиса, носившею системный характер. Государство стало активно использовать мощные инструменты политического воздействия на различные стороны социально-экономического развития, в том числе на рост заработной платы, социальных доходов, снижение уровня бедности и социальной дифференциации, обеспечение социальных гарантий. 11а основе выявленных взаимозависимостей (между потреблением и накоплением) была сформулирована другая важная цель политики государства, которая должна направлять экономическое развитие к ситуации полного использования инвестиционного потенциала. В то же время в качестве основных механизмов государственного регулирования имелось ввиду использовать бюджешую и кредитно-денежную политику.

Революционными явились предложения Бевериджа У. о реформе социального страхования, которые основывались на том, что рыночные механизмы неспособны решить проблемы общей социальной эффективности, равновесия и динамики развития и предлагал переход к общенациональной системе социальных гарантий.

С ростом НТП, производительных сил и трансформацией социально­трудовых отношений первостепенным становится с начала новейшей фазы технологической революции фактор человеческого капитала.