Тема 20 Этнопсихолингвистика

Одним из современных направлений лингвистических исследо­ваний является этнопсихолингвистика - наука, изучающая психо­лингвистические типы представителей разных этносов. Эта наука имеет интегративный характер.

Определенная картина мира присутствует в сознании любого носителя языка. Это результат его субъективного восприятия и ва­риант некой общей модели мира данной языковой общности и ши­ре - этноса. Языковая картина мира отражается в языке и представ­ляет специфическую для этого языкового коллектива модель восприятия действительности.

В отличие от животных, поведение которых ситуативно и био­логически детерминировано инстинктами, человек для связи с окружающим миром нуждается в опорных, ориентирующих его структурах - языке, мифологии, искусстве, религии, науке, так как с их помощью он формирует свой образ окружающего мира.

Языковая картина мира создается:

• номинативными средствами языка (лексемами, устойчивыми сочетаниями);

• функциональными средствами языка (отбором лексики и фра­зеологии для общения);

• образными средствами языка, отражающими национально специфические особенности;

• дискурсивными средствами языка, формирующими модели национально ориентированного коммуникативного поведения.

В национальной картине мира отражается национальный ха­рактер и национальный менталитет. Причем национальный харак­тер связан с поведенческой и эмоциональной сферами, а нацио­нальный менталитет как устойчивый склад ума, совокупность мне­ний и представлений, свойственных определенной этнической группе, - с особенностями мышления.

Языковая картина мира отражает генетическую и культурную память народа, поэтому язык играет решающую роль в формирова­нии личности, национального характера, этнической общности, народа и нации.

Цель этнопсихолингвистики - исследование языкового созна­ния (национального менталитета) носителей различных культур, а ее объект - межкультурная коммуникация.

Очевидно, что этнопсихолингвистика изучает стереотипы, то есть инвариантные (упрощенные, усредненные) объекты, преувеличи­вающие сходства между отдельными элементами и игнорирующие различия. И тем не менее в стереотипах отражаются родовые черты этноса.

Каждая нация обладает определенным набором психологиче­ских и поведенческих стереотипов, в той или иной мере присущих всем членам данного исторически сложившегося социума. Кон­тент-анализ множества разнообразных текстов, значимых для куль­туры конкретного этноса, позволяет выделить прототипические (исходные, исконные) категории, характерные для конкретного национально-культурного сообщества.

В качестве примера можно привести результаты сравнитель­ного анализа русского и французского культурных стереотипов:

Этнопсихолингвистические исследования показывают, что нормы и особенности речевого поведения, коммуникативные стереотипы также обладают национально-культурной спецификой. Они исто­рически сложились в той или иной культуре и отражают ее систему ценностей. Например, можно сопоставить русский и французский коммуникативные стереотипы:

Русских отличает

• низкий уровень самоконтроля

• категоричность

• эмоциональная живость, об­щительность

• бескомпромиссность, кон­фликтность

• импозитивность, отсутствие табуированных тем

• низкий уровень этикетного общения

• соборность, коллективизм

Французов отличает

• высокий уровень самоконтроля

• некатегоричность

• эмоциональная сдержанность

• толерантность

• неимпозитивность, закрытость темы личной жизни

• высокий уровень этикетного общения

• партикулярность(признание своеобразия каждой личности)

Отдельные особенности речевого поведения проявляются на лексическом уровне.

Во французском языке присутствует смягчение мысли с ис­пользованием литоты - приема риторического умаления: Я купил себе халупу на побережье.

По-разному реагируют русский и французский официанты на нерасторопных посетителей ресторана:

Русский: Когда же они наконец рассчитаются?

Француз: Что-то они не спешат рассчитываться.

’ 268

Во французском язык одним из способов смягчения смысла вы­сказывания является антифразис (троп, состоящий в употребле­нии слова в противоположном смысле в сочетании с особым инто­национным контуром): Хорошенькая история! Занятный вопрос!

Соборность русского речевого поведения проявляется в частом использовании местоимения мы (Что это мы такие хмурые?); притяжательного местоимения наш (Почему наши ножки устали? — при обращении к ребенку); глаголов 1-го лица множественного числа при обращении к одному человеку (Загораем?). Сравните речевые формулы русских и французских правителей: Мы - Нико­лай Второй и Государство - это Я (Людовик XIV).

Культура может быть средством как общения, так и разобще­ния людей, и немалую роль в этом играет язык.

Понятие этноса, формированию которого способствуют при­родно-географические, социальные и исторические факторы, соот­носится с понятием локальной культуры. Следует помнить, что всем народам присущ этноцентризм, поэтому сопряжение моделей восприятия действительности не может быть бесконфликтным.

Расхождения (несовпадения) в языках и культурах являются объектом изучения отдельного лингвистического направления - межкультурной коммуникации, фиксируются на различных уровнях и описываются терминами: безэквивалентная лексика, темные места, дыры, random holes in patterns, лингвокультуроло­гически значимая лексика.

В рамках межкультурного общения выделяются лакуны - несовпадения образов сознания участников коммуникации, пробе­лы, белые пятна на семантической карте языка, текста и культуры. Лакуны незаметны для носителей языка, но выявляются при сопо­ставлении с речью носителей других языков в условиях диалога. При выборе тактик понимания чужой культуры необходимо разра­батывать стратегии совмещения своего и чужого.

Изучение лакун формирует особую область научного познания - лакунологию, или имагологию (англ, image - ‘образ действитель­ности’).

Лакуны как лингвокультурологическое явление делятся на куль­турологические и лингвистические.

Культурологические лакуны, к которым относятся лакуны ха­рактерологические, культурно-эмотивные, кинесические, поведен­ческие и этнографические, многочисленны. Их заполнение требует значительного времени и глубоких познаний.

Особого внимания заслуживают характерологические лакуны. В ходе межкультурного общения складываются некоторые стерео­типы. Например, принято считать, что главное в английском нацио­нальном характере - уравновешенность, во французском - страст­ность, в американском - прагматичность, в немецком - пунктуальное ь.

Но все характерологические лакуны относительны. Так, инва­риант трудолюбие обнаруживает определенную специфику в раз­личных национальных типах поведения: у японцев - это кропотли­вость, терпение, прилежание, упорство; у немцев - основательность, шаблонность, предусмотрительность, дисциплинированность; у аме­риканцев - размах, деловой азарт, инициативность, напористость.

Существуют кулътурно-эмотивные лакуны, возникновение которых вызвано особенностями проявления национального тем­перамента. К примеру, англичане считаются спокойными, невозму­тимыми и даже несколько флегматичными, а французы - пылкими, легко возбудимыми.

Выделяется подгруппа кинесических лакун (жесты и мимика). Например, улыбки американцев и китайцев или японцев отличают­ся внешне и по сути. На Востоке улыбкой принято сопровождать рассказ о постигшем человека горе, чтобы собеседники не расстра­ивались.

В китайской культуре улыбка может пониматься как средство маскировки реальных и опасных замыслов; коварного человека называют «улыбающийся тигр».

В дипломатическом подстиле имеется термин политика улы­бок , указывающий на двуличие в политическом поведении.

Существование поведенческих лакун создает трудности в об­щении. Для русских, например, непонятным может показаться обычай населения Бангладеш начинать театральные постановки в полночь: жители этой страны считают, что искусство лучше всего воспринимается именно в данное время суток. Но еще более стран­ным и неприятным для европейцев кажется обыкновение местных зрителей, ожидающих представления, чистить друг другу уши спе­циальными лопаточками.

Этнографическими лакунами могут становиться системы мер (в Англии - миля, фут, дюйм), цветовая символика: в Грузии белый цвет - символ добра и милосердия; в Корее, Китае белый цвет - символ смерти и траура; в России траурным является черный цвет..

К этнографическим лакунам относятся разные представления о красоте. Хотя внутри этносов могут быть варианты, стереотипы все же существуют. К примеру, в китайской культуре идеальным считается лицо в форме гусиного яйца или семечка арбуза, у неко­торых народов восхищение вызывает луноликая красавица, евро­пейцев же привлекает правильный овал лица.

Среди лингвистических лакун выделяются текстовые и соб­ственно лингвистические.

Текстовые лакуны обусловлены не различиями культур, к ко­торым принадлежат читатель и автор, а особой спецификой текста. Наиболее ярко такие лакуны обнаруживают себя в художественной литературе. Художественный текст - это модель некоторого куль­турологического феномена, в котором зафиксированы национально специфические особенности вербального поведения того или иного этноса.

Таким образом, текстовые лакуны - это базовые элементы национальной специфики лингвокультурной общности, существу­ющие в тексте и затрудняющие его восприятие инокультурным ре­ципиентом.

Собственно лингвистические лакуны связаны с непереводи­мой игрой слов, обусловленной многозначностью. К собственно лингвистическим лакунам относятся прецедентные имена - ши­роко известные имена собственные, которые используются в тексте не только для обозначения конкретного человека (ситуации, города и т. д.), но и в качестве культурного символа. Прецедентное имя может быть ядром прецедентного текста, то есть текста, значимо­го для данного языкового сообщества в познавательном и эмоцио­нальном отношении, широко известного современникам и предше­ственникам.

Прецедентные имена являются репрезентантами прецедент­ных концептов - ментально-вербализованных единиц, формиру­ющих языковую картину мира.

Необходимость пояснения прецедентных имен обусловлена их культурно-исторической значимостью для конкретного языкового сообщества. Среди этих слов выделяются названия важных куль­турно-исторических объектов: Кремль, Третьяковка, Волга, Эрми­таж и др.; имена видных деятелей науки и искусства, которые яв­ляются символами русской культуры: Чайковский, Рахманинов, Пушкин, Толстой и др.; имена правителей: Иван Грозный, Борис Годунов, Петр I и др. Прецедентными считаются наименования некоторых событий, имевших значительные последствия для исто­рии человечества, а также даты: Первая/Вторая мировая война, Норд-Ост, 11 сентября, 37-й год и др.

В эпоху глобализации прецедентные имена переходят террито­риальные и языковые границы и становятся основой для метафо­ризации собственных имен (Дон Жуан, Дон Кихот, Отелло,

Робин Гуд, Ромео и Джульетта). Это явление было впервые опи­сано еще в XVIII в. М. В. Ломоносовым и названо антономасией.

Прецедентные имена часто используются в составе перифраз: Шолохов - русский Гомер, написавший «Илиаду» гражданской войны на юге России и «Одиссею», где русская душа безнадежно странствует в поисках любимого берега. (А. Проханов.)

Иногда прецедентные имена выступают в качестве смыслооб­разующего ядра при создании художественного образа:

И на Монмартре Аполлон - Абориген и завсег.датай.

Жив «Современный Вавилон»,

Чуть не разрушенный когда-то...

(И. Северянин.)

Или при использовании аллюзии:

Здесь жить и я бы начал Писать по пастерначъи.

(В. Маяковский.)

К собственно лингвистическим лакунам следует отнести и линг­вокультурологически значимую лексику - слова, обозначающие культурно-бытовые реалии, присущие определенному националь­ному сообществу и позволяющие понять культуру народа (такие слова носят название лингвокультуремы). Лингвокультурема - это единица описания взаимосвязи языка и культуры с целью ис­пользования ее в лингвострановедческой методике, прежде всего в преподавании русского языка как иностранного, так как играет роль слова-сигнала для лингвострановедческого комментария. Лингво­культуремы требуют описательного перевода на другой язык.

Взаимодействие языка и культуры - это область научного ис­следования лингвокультурологии.

Формально лингвокультуремы могут быть представлены:

• одним словом: береза, Татьяна, щи, лапти, скоморох, вален­ки, каша, горница;

• словосочетанием: русская душа, русский характер, Иванушка- дурачок;

• пословицами и поговорками: Назвался груздем - полезай в ку­зов; Снявши голову, по волосам не плачут; Бросать слова на ветер;

• крылатыми словами и выражениями: Кто на нас с мечом при­дет, от меча и погибнет (слова Александра Невского, высеченные на его щите); Любви все возрасты покорны (А. С. Пушкин); И ка­кой же русский не любит быстрой езды? (Н. В. Гоголь);

• названиями фольклорных жанров: частушки, прибаутки;

• названиями популярных песен: «Подмосковные вечера», «Катюша»;

• произведениями художественной литературы в целом (напри­мер, романы «Война и мир», «Евгений Онегин» занимают особо значимое место в самосознании русских и в мировой литературе);

• отрывком из прозаического произведения или строфой стихо­творения:

Если крикнет рать святая:

«Кинь ты Русь, живи в раю!»,

Я скажу: «Не надо рая,

Дайте родину мою».

(С. А. Есенин.)

Лингвокультурема святости является составной частью более сложного культурно-смыслового образования Русь, которое линг­висты, ввиду его концептуального значения и места в языковом сознании русских, называют концептом (так же, как и лингвокуль- туремы русский характер и русская душа).

Лингвокультуремы хорошо усваиваются с помощью наглядных средств.

Интересно, что многие слова, которые относятся к лингвокуль- туремам и кажутся носителям языка исконными, могут в действи­тельности оказаться давними заимствованиями, например, привыч­ные тюркизмы в русском языке: башмак, богатырь, карман, пирог, сарай,, сарафан, сундук, терем,, тулуп,, шаль, шишка; заимствования из польского: булка, кролик, отвага, повидло, пуля; из украинского: бублик и др. Поэтому лингвокультурология предполагает глубокие знания истории, этнографии и этимологии.

Лингвокультурологически значимыми лексемами являются и советизмы - слова, отражающие реалии советской эпохи (парт­ячейка, продразверстка, целина, продотряд, кулак, партактив, стахановец, совнарком, комсомол, ЧК и др.), которые требуют се­рьезных исторических комментариев.

Центральная проблема теории перевода - проблема эквива­лентности, то есть подбора семантического эквивалента к слову. Поэтому изучение безэквивалентной лексики очень важно для пе­реводоведения.

Типы безэквивалентной лексики разнообразны. Среди них можно выделить:

• окказиональные эквиваленты, которые имеют варианты перевода. Окказиональный эквивалент появляется тогда, когда нет точных соответствий в языке перевода: casting - кастинг, подбор актеров; start-uper — стартапер, человек, который начинает но­вый бизнес в условиях кризиса; know-how — ноу-хау, авторская пе­редовая технология и др.;

• кальки: brain drain — утечка мозгов; headhunting agency — агентства по подбору высококвалифицированного персонала; standby credit — форма кредитования и др.;

• транслитерации: holding — холдинг; default — дефолт; columnist — колумнист; deja—vu — дежавю; manager - менеджер; streetracer — стрытрейсер и др.;

• термины: хотя в большинстве своем термины имеют посто­янные эквиваленты, но те из них, которые обозначают новые поня­тия, могут выступать как безэквивалентные.

Главные достоинства термина - краткость и однозначность. Широкое использование заимствований в терминологии обеспечи­вает сохранение этих характеристик: functional — функциональный; radial — радиальный; aberrant — аберрантный (‘отклоняющийся от нормы’); simultaneous — симультанный (‘одновременный’) и др.

Одним из способов перевода терминов является калькирование, то есть воспроизведение внутренней семантической структуры ис­ходного термина: aircraft carrier - авианосец, cardiovascular - сер­дечно-сосудистый.

Незнание терминологии приводит к полному искажению смыс­ла текста, поэтому есть словари терминов по различным отраслям знаний;

• индивидуальные (авторские) неологизмы. Эти слова со­здаются автором для данного произведения и существуют только в нем, имея определенную смысловую нагрузку: Айболит, Муха- Цокотуха (К. И. Чуковский), Чебурашка (Э. Н. Успенский). При этом неологизмами становятся не только собственные имена суще­ствительные, но и другие части речи.

Безусловным лидером в создании неологизмов, в том числе и словообразовательных, является В. В. Маяковский: Сливеют гу­бы с холода; // Верить бы в загробь. // Глядит в удивленье небесная звездь. // Дамьё от меня ракетой шарахалось. // Будут мести сту­пени лестниц бородьём лохматым. // Над дохлым лошадьём воро­ны. кружатся. // В чем сегодня буду фигурять я на балу в Реввоен­совете? // Заткните уши, глаза, заладоньте.

Немало неологизмов принадлежит перу С. А. Есенина: Мне в лице твоем снится другая, / У которой глаза - голубень. // Ты сердце выпеснил избе, /Но в сердце дома не построил;

• сложные слова (в частности, в английском языке), для кото­рых требуется описательный перевод: crowdmanship - умение управлять толпой; lifemanship - умение выживать, преодолевать трудности и др.;

• слова-фразы - в современном английском языке это особая группа сложных слов, представляющих собой препозитивно­атрибутивные сочетания слов, похожие по структуре на предложе­ния или словосочетания и выполняющие функцию слова, чаще определения: She was a motherly-looking woman of about forty; Some people are born boat-missers and train-missers; Can 't-do-with-it-a- thing (type of hair).

В этом направлении развивается и творческая мысль создате­лей современной отечественной рекламы. Ср.: Новогоднее наушах- стояние (объявление о детском празднике), «Крымнаш» (слоган), «Гонорар за всё-распровсё» (А. Рыбников). Изоморфность отме­ченных явлений отражает глобальный характер тенденций языко­вого развития;

• некоторые сокращении и аббревиатуры: vet - ветеран; loco - врач, заменяющий другого на его участке; МР - члены парламен­та; BSA — ассоциация бойскаутов; MBA - форма подготовки спе­циалиста в области бизнеса;

• слова с суффиксами субъективной оценки: Piggy, Pussy, Петруша, Танюша и др.;

• междометия: tut - ах ты (как выражение нетерпения, неудо­вольствия), wow - вау и др.;

• звукоподражания: clop - цок-цок (цоканье) и др.;

• жаргонизмы: беспредел, гнать волну, лох и др.;

• разговорно-фамильярные обращения: love - дорогуиш; ту duck - лапуиш; stranger - приятель, которого давно не видел; old bean, old thing, old son - старина, дружище и др.;

• фразеологизмы, крылатые выражения, афоризмы.

В рамках безэквивалентной лексики следует рассматривать семантические лакуны - отсутствие в языке перевода конкретного понятия, имеющегося в иностранном языке, например: beauty sleep - ранний сон до полуночи glimpse - ‘взгляд, брошенный мельком \

Феномен безэквивалентности особенно часто проявляется при переводе названий фильмов: «Some Like it Hot» - «В джазе толь­ко девушки», «Legally Blond» - «Блондинка в законе».

Самый очевидный слой безэквивалентной лексики - наимено­вания реалий, то есть слов или словосочетаний, называющих объ­екты, характерные для жизни и культуры одного народа: prime TV time - 18.00-20.00, drive time (17.00-19.00); modern Grades - в Окс­форде курс, включающий важнейшие дисциплины: современную философию, политику и экономику; fat cats - спонсоры президент­ской кампании, приглашенные кандидатом на обед, где они под видом платы за угощение делают пожертвования в фонд избира­тельной кампании; drive-in - автокинотеатр; black-out - радиоре­клама в форме диалога с элементами юмора; insider - журналист, имеющий доступ к закрытой информации; stringer - независимый журналист, передающий информацию тому, кто готов больше за­платить.

При переводе иностранных реалий часто используют калькиро­вание (bachelor of arts - бакалавр искусств) и транслитерацию (pub - паб). Погрешности при переводе реалий составляют наибольший процент ошибок.

К реалиям в безэквивалентной лексике относятся советизмы: стахановка, вражеские голоса, наркомат, враг народа, продналог, продразверстка, ликбез, трудодень, невозвращенец и др.

Следует отметить, что процесс политической и социальной де­советизации российского общества шел в языке по двум направле­ниям:

• устранение советизмов;

• появление новых слов в рамках приспособления к новым реа­лиям.

Глобализация, казалось бы, должна была привести к сокраще­нию безэквивалентной лексики. Оказалось, что это не так. Напро­тив, в русском языке наблюдаются массовые заимствования из западноевропейских языков. Необходимо отметить, что:

• заимствования иногда полностью или частично меняют свое значение. Так, в английском языке impeachment - ‘юридический про­цесс, где роль обвинителя выполняет нижняя палата парламента’; в русском импичмент - это ‘вотум недоверия’. Английское cottage - ‘маленький домик’; русское коттедж употребляется по отношению к частному загородному дому, который иногда бывает весьма внуши­тельных размеров, поэтому словосочетание огромный коттедж с точки зрения англоговорящих - бессмыслица;

• некоторые слова имеют различные значения в разных языках: аншлаг в немецком языке означает ‘объявление о проданных биле­тах’, в русском - ‘заполненный зал’. В английском языке holding - это ‘компания, которая владеет акциями другой компании, но сама не занимается производственной деятельностью’ (холдинг - хол­динговая компания); холдинг в России - ‘большая, разветвленная фирма’;

• при переходе слов из одного языка в другой могут иногда из­меняться их грамматические категории: creative (прилагательное) - креатив (существительное); shopping (герундий) - шопинг (суще­ствительное);

• заимствованная лексика свободно входит в русскую словооб­разовательную систему: запиаритъ, пропиарить; ваучеризация; демпиговать; шашлык-хаус; фейс-контролъ; бизнес-ланч (есть эк­вивалент в английском языке - business-lunch); бизнес-ужин (нет эквивалента, потому что в английских кафе и ресторанах не приня­то предлагать такую услугу);

• появляются ложные англицизмы: кейтеринг (в России - обед по предварительному заказу);

• создается новая терминология для новой российской дей­ствительности: рейтинговое голосование, политтехнолог, имидж­мейкер.

Расширение пласта безэквивалентной лексики в современном русском языке требует постоянного самообразования и стимулирует процессы взаимопонимания в условиях межкультурной коммуни­кации, обогащает новыми знаниями представителей разных этно­сов. Этнопсихолингвистика избавляет многих от великодержавного шовинизма и национализма, от пренебрежительного отношения к малым (по числу носителей) языкам. Замечательный аварский поэт Расул Гамзатов написал такие строки:

И если завтра мой язык исчезнет,

То я готов сегодня умереть...

Я за него всегда душой болею,

Пусть говорят, что беден мой язык,,

Пусть не звучит с трибуны ассамблеи,

Но, мне родной, он для меня велик..

В многонациональных государствах этнопсихолингвистические исследования имеют важное общественно-политическое значение.

Вопросы для самоконтроля

1. Что изучает этнопсихолингвистика?

2. Какие типы культурологических лакун выделяются в этнопси- холингвистике?

3. Что изучает лакунология?

4. Что такое прецедентные имена и лингвокультурологически зна­чимая лексика? Дайте определение лингвокультуремы.

5. Перечислите основные типы безэквивалентной лексики.

6. Почему в эпоху глобализации объем безэквивалентной лексики растет?

7. Как Вы думаете, влияет ли наличие безэквивалентной лекси­ки на процесс изучения иностранного языка? Следует ли издавать словари безэквивалентной лексики?

Домашние задания

1. Опираясь на собственный опыт, опишите различные типы лакун, которые, по Вашему мнению, нужно заполнить современ­ному молодому человеку, и лакуны, которые имеют вспомогатель­ное значение в межкультурной коммуникации.

2. Прочитайте стихотворение Эдуарда Багрицкого «Смерть пионерки». Какие лакуны необходимо заполнить Вам, а какие ино­странцу для понимания лирического пафоса автора?

Рекомендуемая литература

Обязательная литература

Вольский, Н. Н. Лингвистическая антропология / Н. Н. Воль­ский. - Новосибирск : НГПУ, 2007.

Морковкина, И. Ю. Культура и текст. Введение в лакунологию / И. Ю. Морковкина, Ю. А. Сорокин. - М. : ГЭОТАР-Медиа, 2008.

Язык. Культура. Этнос. - СПб., 2014.

Дополнительная литература

Встречи этнических культур в зеркале языка. - М.: Наука, 2002.

Леонтович, О. А. Русские и американские : парадоксы межкуль­турного общения / О. А. Леонтович. - Волгоград : Перемена, 2002.