Понятие экономики информационного общества

Вместе с теорией ИО разрабатывалась концепция экономики этого общества. Концепции информационной экономики изменялись по мере выдвижения на передний план новых нюансов в экономике под воздействием процесса развития ИО.

Одной из первых была концепция первичного информационного сектора, выдвинутая австро-американским экономистом Фрицем Махлупом (Fritz Machlup), затем появились теория вторичного информационного сектора М. Пората (Mark Uri Porat) и М. Рубина (M. RubinJи многочисленные концепции информационной экономики (ИЭ). Последняя получила наконец свое название, благодаря публикациям сотрудника Стэнфордского центра Марка Пората в 1976 г., впервые предложившего термин «информационная экономика» для обозначения кластера отраслей, производящих современные базы данных и средства, обеспечивающие их функционирование и применение. Впоследствии ИЭ стала условно подразделяться на четыре сектора: (1) сферу отраслей, где создается, обрабатывается и распространяется информация (производство научно-технической, коммерческой, деловой и иной информации); (2) образовательную систему, в которой формируется человеческий капитал; (3) системы здравоохранения и социальной защиты, необходимые для поддержания

человеческого капитала. (4) материальное производство, без которого не может существовать ни одно общество, но удельный вес которого в ИО гораздо ниже, чем в индустриальном и аграрном обществах.

Вместо термина «информационная экономика» часто используется термин «цифровая экономика» (Digital economy), под которой понимается экономика, осуществляемая с помощью цифровых телекоммуникаций (ТЛК). Ключевую роль в цифровой экономике занимают информационные системы, в том числе системы, позволяющие обеспечить быструю реакцию информационного пространства на изменение бизнес-процессов BPM-системы (Business Process Management Systems). Одним из признаков цифровой экономики является высокая скорость, которая многократно сокращает жизненный цикл услуг.

В России широкое распространение получил термин «новая экономика». Этот термин был введен в теорию и практику построения ИО в 1996 г. в США в связи с появлением Интернет-компаний и развитием электронного бизнеса (ЭБ), но не получил в этой стране большого распространения, уступив в популярности термину «цифровая экономика». В России, напротив, этот термин применяется наиболее часто (хотя до сих пор не выработано единого общепризнанного определения и можно насчитать несколько подходов к этому феномену) для обозначения высокотехнологичного производства, включающего микроэлектронику, электронное машиностроение, приборостроение, робототехнику, производство телекоммуникационного оборудования (ТЛК- оборудования), средств связи и т.д., а также производств и услуг, которые непосредственно относятся к сфере информации и коммуникации, называемой медиаиндустрией.

С повышением роли ресурса «информация, основанная на знаниях» и выдвижением на передний план категории «знание-интенсивность» (knowledge intensity) в мировой aкaдемической вдуке сложилась концепция «экономики знаний». Термин «экономика знаний» (knowledge еconomy) был введен в экономическую теорию Фрицем Махлупом, который, исследуя экономику США, в американский сектор экономики знаний включил виды человеческой деятельности, объединенные в пять групп: образование; научные исследования и разработки; средства массовой информации (СМИ: радио, телевидение, телефон и т.д.); информационная техника и информационные услуги [47, с. 35]. С тех пор в концепцию экономики знаний привнесено много нового, однако до сих пор не выработано ни общепризнанного термина, ни единого подхода, ни общепризнанной теории экономики знаний.

Обобщая многочисленные определения экономики знаний (ЭЗ), можно сформулировать вывод, что под экономикой знаний понимается тип экономики, в котором доминирующую роль в развитии играют знания и инновации, ставшие полноценным рыночным товаром, которые при условии их интенсивного использования становятся источником повышения конкурентоспособности.

Одной из самых популярных в первой декаде 2000-х гг. стала концепция «креативной экономики» (“creative economy”). Понятие «креативной (творческой) экономики» вошло в экономическую теорию из практики, впервые появившись в Великобритании в ходе избирательной компании лейбористской партии Тони Блэра (Tony Blair) в конце 1990-х гг. Эта категория получила признание после публикации в 2001 г. книги британского писателя Джона Хоукинса (John Howkins, объединившего в эту категорию 15 отраслей искусства, науки и техники, и оценившего глобальную креативную экономику в 2000 г. в 2,2 трлн. долл. США, а ее ежегодный темп роста в 5 % [344, р. 19­20]) и книги Ричарда Флориды, посвященной концепции «креативного класса»^[10]. На практике понятие креативной экономики было успешно апробировано первоначально при разработке государственной культурной политики Австралии в 1990-х гг., а затем в Отделе по делам культуры, СМИ и спорта Соединенного Королевства (Department for Culture, Media and Sport of the United Kingdom) [344, р. 19-20].

В настоящее время категории «креативная экономика» или «креативные отрасли» прочно внедрились в процесс формирования государственной политики всех передовых стран. Стратегии их формирования увязаны со стратегиями построения ИО (постинформационного общества) и устойчивого развития: во-первых, они основаны на платформе интеллектуальных ИКТ, позволяющих перевести культурные и научные

ценности в цифровую форму, объединить всех творческих людей страны прочными каналами обмена информацией и опытом и создать тем самым необходимую творческую атмосферу в масштабах всей страны; во-вторых, стимулирование творчества и инноваций направлено на достижение устойчивого роста и развития.

Несмотря на уже десятилетний срок существования теории и реализации ее на практике, единой общепризнанной концепции и единообразного термина для обозначения этой новой «новой экономики» пока не выработано (как и других выше упомянутых теорий экономики в условиях построения ИО). Для отражения современных реалий в трудах одних ученых говорится о «креативной экономике», в публикациях других - о «когнитивно-культурной экономике» (“cognitive-cultural economy”), в работах третьих - о «контенте на основе авторского права или отрасли авторского права» (“content-based or copyright industries”); в исследованиях четвертых - лишь о «креативной индустрии» и «креативных отраслях» (“creative industries”) или только об «индустрии/отраслях культуры» (“cultural industries”). Проблематика этой концепции представлена, например, в работах Джона Хокинса (John Howkins), посвященных теории креативной экономики в целом [259], Ричарда Флориды (Richard Florida), раскрывающих понятие «креативного класса» [55], Чарлза Лэндри (Charles Landry), освещающих проблемы «креативного города» [43], Тайлера Коуэна (Tyler Cowan), поднимающих вопросы «креативного разрушения» [252], и в других. Этот широкий разброс мнений ученых отразился и на широте подходов государственных решений.

В специальном докладе ЮНЕСКО 2013 г., посвященном креативной экономике, обобщены различные взгляды на этот феномен, но четкого определения не дается. Креативная экономика определена как сложная система, получающая «экономическое значение» («экономическую ценность») благодаря содействию экономической эволюции;

это система, которая производит дополнения к первичному ресурсу творчества, - внимание, сложность, идентичность и адаптацию [343, р. 15; 344, р. 21].

В концепцию креативной экономики входят понятия «креативные отрасли» (“creative industries”) и «отрасли культуры» (“cultural industries”), которые различаются между собой. К отраслям культуры отнесены такие области культуры, как музыка, искусство, мода и дизайн, а также медийные отрасли - радио, издательское дело, кинопроизводство и телевидение. «Креативные отрасли» (“creative industries”) - более широкая категория и, помимо выше названных, включает такие отрасли, в которых товары и услуги зависят от инноваций, например, «креативные исследования» и программное обеспечение. Классификация креативных отраслей представлена в таблице 1.1.1.

Таблица 1.1.1 - Классификация креативных отраслей

Creative Economy: towards Informed Policy-Making.

Как видно из таблицы, креативные отрасли объединены в четыре домена - искусства, СМИ, функциональных творений (functional creations) и наследия, внутри которых выделены девять секторов [343, р. 13-14]. Взаимосвязь между ними проиллюстрирована в Приложении1на Рисунке 1.1. Отличительные характеристики

креативных отраслей: (1) включают материальные продукты и нематериальные интеллектуальные или художественные услуги с творческим содержанием, экономической и рыночной ценностью, при производстве которых творческий потенциал и интеллектуальный капитал выступают в качестве первичных ресурсов (так называемых «параметров входа», primary inputs); (2) комплекс действий, основанных на знаниях и ориентированных на искусства (но не ограниченные ими), на генерирование доходов от торговли и реализации прав интеллектуальной собственности; (3) находятся на пересечении искусства, услуг и отраслей промышленности [343, р. 13]. Креативные отрасли формируют тенденцию к образованию кластеров в городах. Лидирующие позиции среди этих городов занимают глобальные города (ведущие города мира, центры мировой экономики), в которых доля творческих работников (в процентах от общей численности занятых) значительно выше, чем в других городах (в настоящее время это традиционные лидеры: Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Лондон, Париж, Токио, Пекин и Шанхай, плюс некоторые города, которые, как предполагается, станут глобальными в будущем; ни одного российского города в этом списке потенциальных городов ныне нет, тогда как в 1990-х гг. в него входила Москва).

Креативная экономика является одним из самых быстрорастущих секторов экономики, продолжает расти во всем мире, обгоняя другие сектора, и имеет трансформирующий (преобразующий) характер в плане получения доходов, увеличения добавленной стоимости и создания рабочих мест. Вследствие этого она признается драйвером развития, инвестиции в который могут дать мощный толчок развитию, а сами отрасли культуры и творческая индустрия - стать ключевыми элементами инновационной системы [344, р. 9 - 10, 16, 20-21].

Некоторые ученые противопоставляют «креативную экономику» экономике знаний, и эту точку зрения можно условно обозначить символом борьбы «джинна стандартизации» и «джинна вариативности». Например, по мнению скандинавских ученых Нордстрема К. и Ридденстрале Й., экономика знаний, которая развивалась в последние 20-25 лет, ушла в прошлое, потому что экономике знаний свойственна стандартизация, а ныне востребована креативность, в основе которой - разнообразие и вариативность. Стандартизация должна уступить место вариативности: это «джинн, который вырвался из бутылки» [184]. В ответ на высказывания этих исследователей российский ученый Г.Б. Клейнер предложил разрешение противоборства «джинна вариативности» с «джинном стандартизации» в рамках предложенной им новой системной парадигмы экономики институтов. По Г.Б. Клейнеру, стадия экономики знаний, в которой главным фактором и результатом экономической деятельности

являются знания, наступает вслед за развитием «репликационной» стадии экономики, в которой роль основного фактора и результата производства играют товарно-материальные ценности (в настоящее время именно эта стадия имеет место в России). Движение из этой исходной точки может осуществляться по двум сценариям. В первом сценарии после «репликационной» стадии экономики следует имитационная экономика и экономика самоповтора, затем - экономика застоя. Во втором сценарии последовательность фаз выглядит так: экономика материальных благ - экономика знаний - экономика институтов - экономика культуры - экономика мысли. Ближайшей последовательницей «экономики знаний» служит «экономика институтов». Путь от экономики знаний к экономике институтов связан с достижением такой степени развития экономики знаний, при которой запас знаний будет позволять решать основную часть практических задач жизнеобеспечения, хотя бы на уровне простого воспроизводства жизненных благ (в настоящее время мировая экономика не достигла этой фазы) [157].

В подавляющем большинстве публикаций «креативная экономика» не противопоставляется экономике знаний, но соотношение этих экономик не обозначено. По нашему мнению, креативная экономика - это экономическая система, образованная в результате конвергенции (на платформе интеллектуальных ИКТ) отраслей, производящих продукты с высокой добавленной стоимостью, содержание которых может быть переведено в цифровую форму и продвинуто на внутренний и внешний рынок, - отраслей науки, культуры, СМИ и ИКТ-сектора. На наш взгляд, это важный шаг на пути к экономике знаний. В такой трактовке экономика знаний и креативная экономика содержат много схожих черт. Обе новые «новые экономики»: (а) отражают уровень человеческого и социального капитала страны, т.е. суммы знаний, накопленных в обществе, и взаимодействия экономических акторов; (б) имеют общую технологическую базу - интеллектуальные ИКТ; (в) развиваются в условиях зрелого ИО, благодаря созданным возможностям для реализации человеческого капитала в инновациях; (г) становятся драйвером развития при достижении прибыльности соответствующего бизнеса.

Вместе с тем, эти понятия различаются. Во-первых, понятие «экономика знаний» в бОльшей степени является академической, нежели практической категорией, включает различные виды деятельности (а не отрасли) и нуждается в конкретизации, потому что эти виды деятельности затруднительно внести в программы экономического развития. Креативная экономика выстроена из конкретных отраслей и представляет «шаг» в конкретизации экономики знаний. Формирующие креативную экономику отрасли легко включаются в программы развития этих отраслей, имеют потенциал для коммерциализации и в случае достижения прибыльности бизнеса вносят большой вклад в

экономическое развития и благополучие страны. Во-вторых, в академической категории экономики знаний делается упор на видах интеллектуальной деятельности. Категория «креативная экономика» «на равных» включает не только отрасли интеллектуального труда, но и отрасли навыков и умений (где отрасле-образующим фактором является умение работать руками, при наличии интеллекта, разумеется).

Вместе с концепцией ЭЗ и креативной экономики в мировой теории появились и другие концепции, отражающие также современные реалии, но выделяющие другие нюансы. Так, в мировую экономическую теорию было внедрено понятие «инновационная экономика», акцентирующее внимание на усилении значимости инноваций. Этот термин часто используется как синоним понятий «новая экономика» и «экономика знаний». В дальнейшем возможно появление все новых «новых экономик», в том числе предложенной Г.Б. Клейнером экономики институтов как ближайшей последовательницы «экономики знаний» [157], затем экономики мысли и т.д.

Что касается причинно-следственной связи между ИО, с одной стороны, и экономики знаний, креативной экономики, экономики институтов и всех прочих «новых экономик», с другой, то, на наш взгляд, она такова: категория ИО - наиболее широкая, универсальная, многоплановая и многоуровневая категория, которая в силу своей обширности не только не противоречит всем «новым экономикам», но дает прочную базу для развития каждой из них, обеспечивая необходимые интеллектуальные технологии, каналы коммуникаций и перелива информации и знаний в масштабах всей страны (в дальнейшем - в глобальном информационном пространстве). По мере роста значимости знаний, умений, институтов (и т.д.) как экономических ресурсов в рамках ИО зарождаются элементы каждой «новой экономики» - экономики знаний, креативной экономики, экономики новых институтов и т.д. И для каждой из них ИО предоставляет условия и технические (технологические) средства для создания необходимой инфраструктуры, новые возможности для инноваций, новые бизнес-модели. Без этих средств и каналов связи (т.е. вне ИО) формирование всех «новых экономик» не представляется возможным. В то же время каждая из «новых экономик» отличается своими нюансами и приобретает новые черты, но при этом не изменяет типа экономической системы и сущности общества, основанного на информации и знаниях, свободно переливающихся (благодаря ИКТ) и охватывающих всех членов этого общества - информационного общества.

1.3.