§ 2. Реорганизация политической полиции и учреждение Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии

В годы правления Николая I каких-либо существенных преобразова­ний системы полицейских органов не произошло. Однако именно в этот период, с созданием в 1826 г. Третьего отделения Собственной Его Импе­раторского Величества канцелярии, из компетенции Министерства вну­тренних дел были изъяты функции политической полиции, что породило на более чем полувековой период (до 1880 г.) постоянное соперничество Третьего отделения и Министерства внутренних дел.

В первые дни своего царствования Александр I подписал ряд манифе­стов и приказов, ликвидировавших учреждения, которые не вписывались в представления императора о справедливом и законном государственном

устройстве. 2 апреля 1801 г. особым манифестом была упразднена Тайная экспедиция и отменена пытка. В созданном в 1802 г. МВД также была Осо­бенная канцелярия, занимавшаяся политическими делами.

Александр I с особым интересом присматривался к устройству французской полиции. При всей нелюбви к Наполеону он признавал, что император Франции твердо и решительно расправлялся с врага­ми с помощью Министерства полиции знаменитого Фуше. 13 янва­ря 1807 г. был создан новый орган — Комитет охранения обществен­ной безопасности. Постоянными его членами стали министр юстиции князь П. В. Лопухин, тайные советники и сенаторы Н. Н. Новосильцев и А. С. Макаров, профессионал в области тайной полиции (при Пав­ле он фактически руководил Тайной экспедицией, снискав себе до­брую славу на этом посту). Кроме того, на заседаниях Комитета долж­ны были присутствовать министры военно-сухопутных сил, внутрен­них дел и главнокомандующий в столице. Возникший как межведом­ственное совещание министров, Комитет вырос в самостоятельную ор­ганизацию и завел собственную канцелярию, но не стал основой для единой и единственной структуры высшей полиции. Александр I соз­давал и другие ведомственные органы политического сыска.

Особый взгляд на роль и обязанности самодержавного монарха, с одной стороны, недоверие к обществу и чиновничеству — с другой, вы­

разились в самом начале царствования Николая I в способе производства по тем делам, которые он считал важными и трудными. Рассмотрение та­ких дел он хотел изъять из общей бюрократической рутины и сосредото­чить в собственном ведении. Для непосредственного заведования таки­ми делами император стал создавать особые отделения собственной кан­целярии. После восстания 14 декабря 1825 г. и выяснения всей истории образования и роста тайных обществ организация высшего полицейско­го надзора в стране стала одним из важнейших государственных дел. Им­ператор решил выделить ее из ведения МВД, оставив в нем заведование одной лишь общей наружной полицией. Сначала он хотел вновь создать Министерство полиции, но остановился на образовании нового учреж­дения под своим личным руководством и непосредственным заведовани­ем Бенкендорфа.

3 июля 1826 г. был издан Императорский указ «О присоединении Особой канцелярии Министра внутренних дел к Собственной Его Вели­чества канцелярии». Создается Третье отделение Собственной Его Им­ператорского Величества канцелярии. При образовании Третьего отделе­ния в него вошли: Особенная канцелярия МВД, тайная агентура и жан­дармерия. Структура последней также была сложной. Отдельный кор­пус жандармов сложился из двух элементов: жандармского полка, несше­го военно-полицейскую службу при войсках, и жандармских частей Кор­пуса внутренней стражи. Жандармы при войсках впервые появляются в 1815 г. 25 июня 1826 г. Высочайшим приказом была учреждена должность шефа жандармов. Ему подчиняются все жандармские подразделения Кор­пуса внутренней стражи, но жандармский полк при войсках он мог толь­ко инспектировать. Отдельный корпус жандармов, образованный Указом 28 апреля 1827 г. (№ 1062), предоставил в распоряжение Третьего отделе­ния не только вооруженную силу, но и хорошо разветвленную сеть мест­ных жандармских управлений. Координация действий этих двух органи­заций осуществлялась единым руководством: начальником Третьего от­деления и шефом жандармов в 1826-1844 гг. был граф А. Х. Бенкендорф. В результате Третье отделение широко развернуло свою деятельность и продолжало ее без существенных изменений до 1880 г.

В круг ведомства Третьего отделения, заслужившего себе впослед­ствии мрачную репутацию, входили:

«1) все распоряжения и известия по всем вообще случаям высшей полиции;

2) сведения о числе существующих в государстве разных сект и рас­колов;

3) известия по открытиям о фальшивых ассигнациях, монетах, до­кументах и пр.;

4) сведения подробные обо всех людях, под надзором полиции со­стоящих, так и все по этому вопросу распоряжения;

5) высылка и размещение людей подозрительных и вредных;

6) заведование наблюдательное и хозяйственное за всеми местами заключения, где находились государственные преступники;

7) все постановления и распоряжения об иностранцах;

8) статистические сведения о происшествиях, касающиеся поли­ции» ^[65].

Третье отделение было невелико: первоначально численный состав определялся в 16 человек, которые должны были обслуживать 4 экспеди­ции (позже 5). Руководили отделением главноуправляющий (он же шеф жандармов) и управляющий (он же начальник штаба Корпуса жандар­мов). Исполнительными органами отделения были учреждения и воин­ские части Отдельного корпуса жандармов.

Аппарат отделения состоял из экспедиций, общего архива, 2 секрет­ных архивов, типографии. Первая экспедиция ведала наблюдением за ре­волюционными и общественными организациями и деятелями, проводи­ла дознание по политическим делам, составляла для царя ежегодные об­зоры общественного мнения и политической жизни страны. Вторая вела надзор за религиозными сектами, изобретателями, фальшивомонетчи­ками, заведовала Петропавловской и Шлиссельбургской крепостями, штатами отделения. Третья осуществляла наблюдение за проживавши­ми в России иностранцами, накапливала информацию о политическом положении, революционных партиях и организациях зарубежных госу­дарств. Четвертая собирала сведения о крестьянском движении и меро­приятиях правительства по крестьянскому вопросу, о всех происшестви­ях в стране, о видах на урожай и др. Пятая экспедиция (1828-1865 гг.) ве­дала цензурой и надзирала за периодическими изданиями. По мере на­добности при отделении создавались специальные комиссии и комите­ты. К концу николаевского царствования в его штате числилось 40 чи­новников.

На местах делами политической полиции занимались местные жан­дармские управления. Вся страна была разделена на 5 (позже 8) жандарм­ских округов. Округа распадались на отделения, охватывающие 2-3 гу­бернии, начальниками назначались жандармские штаб-офицеры.

Полицейское наблюдение было организовано довольно примитив­но. Внутренней агентуры, поставлявшей впоследствии столько ценных для охранки сведений, не существовало. Данные наружного наблюде­ния, перлюстрация писем, доносы и материалы, получаемые при обысках раскаивавшихся, — вот чем располагало Третье отделение.

Систему политического сыска организовать должным образом не удалось. Местные представители жандармской власти должны были по­лагаться на свою наблюдательность, на случайные открытия агентов и, главное, на доносительство. Последнее вызывало финансовые издержки, потери времени и сил на проверку сведений, вводило руководителей жан­дармского ведомства в заблуждение, стимулировало подозрительность, недоверие к обществу. В итоге «полицейское око» видело общественную жизнь в России совсем иначе, чем большинство современников, даже не подозревавших о непрерывных угрозах государственной безопасности. Этим и объясняется мелочный контроль, установленный жандармами над самыми безобидными проявлениями общественной жизни. Под над­зором находились дворянские балы, дружеские пирушки, собрания лю­бителей карточной игры. Поэтому жандармская опека казалась такой не­выносимой русским интеллигентам, а жандармы — всеведущими. Одна­ко самое крупное политическое дело николаевского периода (кружок пе­трашевцев) было раскрыто не жандармской агентурой, а конкурирующей организацией — Министерством внутренних дел ^[66].

Жандармы также должны были бороться с бюрократизмом. В еже­годных отчетах они давали картину общественного мнения и в своей критике высокопоставленных чиновников были весьма резки.

Бенкендорф фактически играл незначительную роль в жандарм­ских делах. Движущей пружиной Третьего отделения являлся помощник шефа жандармов, их за период царствования Николая I сменилось трое: М. Я. фон Фок, Н. С. Мордвинов, Л. В. Дубельт.

Возвысив политическую полицию до роли высшего государственно­го органа страны, Николай I стремился придать ей некоторое благообра­зие. Сохранился анекдот о платке для утирания слез обездоленных, кото­рый был вручен императором Бенкендорфу в качестве инструкции.

мы имеем дело с вымыслом, обращают внимание на глубинную суть ле­генды о жандармах как утешителях обездоленных. В условиях, когда за­кон не защищал простого человека от произвола, Третье отделение вы­глядело органом высочайшей опеки подданных, ежегодно туда поступа­ло до 5 тыс. просьб и жалоб ^[67].

В 1836 г. был создан Отдельный корпус жандармов, подчиненный шефу жандармов, являющемуся одновременно начальником Третьего от­деления Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Жан­дармские части выводятся из состава Отдельного корпуса внутренней стражи. Корпус жандармов распределяется на семь округов, из них 6 дис­лоцировались в России и один — в царстве Польском. В состав округов входили: губернские жандармские штаб-офицеры, жандармские диви­зионы, жандармские команды губернских, портовых и других городов. Управления Корпуса жандармов подразделялись на Главное, Окружное и Губернское.

Серьезная реорганизация полицейской системы осуществлена в 1880 г., когда 6 августа было упразднено Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии, а его функции были пере­даны МВД. Это решение было выработано Верховной Распорядительной Комиссией под председательством министра внутренних дел М. Т. Лорис- Меликова, созданной 12 февраля 1880 г. Просуществовав более полувека, Третье отделение все хуже справлялось с возложенными на него функци­ями, а самое главное, ничего не смогло противопоставить небывалой вол­не революционного террора.

Член комиссии И. И. Шамшин, проведя ревизию Третьего отделе­ния, отмечал крайнюю неэффективность его деятельности, связанную с отсутствием притока свежих сил, запущенностью делопроизводства, об­щую атмосферу застоя, устаревшие методы сыска, волокиту, слабое зна­ние положения дел в революционных организациях. К тому же после проведения судебной реформы 1864 г. все более стали осложняться от­ношения между Третьим отделением и судебной властью, стремившей­ся следовать букве закона и в ряде случаев препятствовать произволу по­литической полиции. М. Т. Лорис-Меликов сумел убедить императора в том, что «вся полицейская часть в империи должна нераздельно ведать­ся одним центральным учреждением...», а именно МВД, поскольку «при розыскных полицейских действиях, особенно по делам политического

свойства, требующим быстрых и верных мероприятий, весь успех неред­ко зависит от своевременного сообщения местным полицейским властям сведений о происходящем в других местностях, а также о лицах разыски­ваемых и о всем касающемся этих лиц; но этого можно достигнуть только при содействии такого центрального установления» ^[68].

В результате было образовано новое учреждение — Департамент го­сударственной полиции, ставший высшим органом политической поли­ции. Практически весь состав сотрудников Третьего отделения остался «за бортом». Лорис-Меликов стремился к тому, чтобы новое учреждение состояло из «законников», т. е. гражданских лиц, имеющих юридическую подготовку. Указом от 15 ноября 1880 г. на Департамент государственной полиции было возложено руководство органами как политической, так и общей полиции. Дальнейшим планам Лорис-Меликова по централиза­ции управления полицейской системой помешали последствия трагиче­ского события 1 марта 1881 г. ^[69]

Департаменту государственной полиции подчинялся и Отдельный корпус жандармов, который с 1871 г. был органом дознания по полити­ческим преступлениям. Министр внутренних дел стал одновременно и шефом жандармов. Еще 9 сентября 1867 г. было принято новое Положе­ние об Отдельном корпусе жандармов. Основным звеном его структуры были губернские управления. По Положению 1867 г. существовали жан­дармские управления Московской губернии, губернии первой и губернии второй категории, различия основывались на размерах губерний, этно­графических и экономических условиях.

Судебная реформа 1864 г. существенно повлияла на функции жан­дармерии. Так как судебные уставы вообще не упоминали о корпусе, он оказался на некоторое время в правовом вакууме. В 1871 г. были приняты Правила о порядке действий чинов Корпуса жандармов по исследованию преступлений, которые вводили жандармерию в число участников уго­ловного процесса, предоставляя ей право производства дознания по го­сударственным и уголовным преступлениям. Жандармы имели право со­вершать следственные действия — осмотры, освидетельствования, обы­ски, выемки.

На жандармский корпус была возложена обязанность борьбы с пре­ступностью на железных дорогах. Жандармское полицейское управление

железной дороги создавалось на 2000 верст, отделение — на 200 верст. Бурное железнодорожное строительство привело к тому, что жандарм­ское полицейское управление железной дороги превратилось в самое многочисленное подразделение полицейского корпуса.