Границы свободы (возможностей) в содержании субъективного гражданского права

Вопрос о пределах осуществления гражданских прав - это проблема борьбы со злоупотреблением гражданскими правами. Исследованию этой проблемы в советской правовой литературе посвящено значительное количество работ.

Если осуществление права может и должно происходить в полном соответствии с правовыми предписаниями, то и границы (пределы) осуществления нрава содержатся именно в конкретных правовых нормах, определяющих права и обязанности [51, с. 56-57].

Пределы осуществления субъективных гражданских прав - это законодательно очерченные границы деятельности управомоченных лиц по реализации возможностей, составляющих содержание данных прав.

Осуществление субъективных прав имеет временные границы. Законодательством устанавливаются сроки, в течение которых может быть осуществлено или защищено то или иное право.

Пределы осуществления субъективных гражданских прав могут определяться правилами о недопустимости или допустимости тех или иных способов осуществления. Так, запрещается использование предпринимателями методов недобросовестной конкуренции, запрещается бесхозяйственное обращение с принадлежащим гражданину на праве собственности имуществом, имеющим значительную историческую, научную, художественную или иную культурную ценность для общества, и т.д. Эти запреты однородны с запретами, устанавливающими недопустимость нарушения формы и процедуры осуществления субъективных гражданских прав. Например, запрещается отчуждение имущества граждан, находящегося в общей долевой собственности, с нарушением права преимущественной покупки; залог недвижимости без придания залоговой сделке нотариальной формы и последующей государственной регистрации сделки и т.п.

Границы осуществления субъективных гражданских прав выражаются также в том, что управомоченным лицам предоставляются строго определенные формы и средства зашиты.

Пределы осуществления гражданских прав также ограничиваются запретами использовать права для достижения социально вредных целей.

Очевидно, что главным средством установления пределов осуществления субъективных гражданских прав являются законодательные запреты на общественно вредные способы, средства и цели осуществления этих прав. Благодаря этим запретам становится ясным социальное назначение, цели того или иного субъективного гражданского права. Из этого следует, что применительно к случаям, когда социальное назначение и цели осуществления субъективных прав определяются конкретными запретами, принцип

осуществления гражданских прав в соответствии с их социальным назначением является не чем иным, как специфической формой принципа законности осуществления прав и исполнения обязанностей.

Пределы осуществления гражданских прав, по мнению В.П. Грибанова, устанавливаются в гражданском законодательстве:

- субъектными границами (определяемыми рамками дееспособности);

- временными границами (определяемыми сроками осуществления права);

- требованием осуществлять субъективные гражданские права в соответствии с их назначением;

- регламентацией способов осуществления права (способы реализации имущества: продажа, дарение и т.д.);

- предоставленными лицу средствами принудительного осуществления или защиты принадлежащего ему субъективного права (необходимая оборона, подведомственность спора и т.д.) [49, с. 37].

При оценке действий лица, осуществляющего субъективное право, с точки зрения их правомерности рассматриваются пределы, установленные субъективным правом, которое, по мнению большинства ученых, является

мерой дозволенного поведения. Эта мера представляет собой идеальную отрицательной реакции государства, более того, государство гарантирует защиту таких действии.

модель поведения, действия в границах

которой нс

влекут за собой

Будучи идеальной моделью дозволенного поведения, субъективное право представляет собой возможное поведение субъекта.

Сторонники введения в закон понятия пределов осуществления гражданских прав как чего-то отличного от субъективных прав исходят из того, что эти пределы установлены императивными нормами гражданского права,

устанавливающими субъектные, временные и другие ограничения, в то время как субъективные права определяются управомочивающими нормами. При таком подходе помимо субъективного гражданского права вводится еще одна идеальная модель поведения. В.П. Грибанов определяет понятие «злоупотребление гражданскими правами» как деяние, выходящее за границы одной модели поведения - пределов осуществления іражданского права, но находящееся в пределах другой модели - субъективного гражданского права. Таким образом, сторонники этого определения утверждают, что субъективное право до начала его осуществления есть мера возможного дозволенного поведения. Когда же субъективное право начинает осуществляться, мера дозволенного поведения становится иной: сокращается до размеров пределов осуществления гражданского права, из чего неизбежно следует вывод о том, что существует одна мера дозволенного поведения для потенциального, абстрактного субъективного права, а другая - для права осуществляемого. Значит, можно нарушить одну границу дозволенного, не нарушив другой. Занимая такую позицию, надо было бы признать, что действие может быть одновременно и правомерным, и противоправным. Невозможность такого положения очевидна.

Юридическую несостоятельность понятия «пределы осуществления гражданских прав» как чего-то отличного от пределов гражданских прав можно обнаружить, и не прибегая к длинным рассуждениям. Достаточно лишь перефразировать это словосочетание с учетом того, что субъективное гражданское право - это мера (пределы) дозволенного поведения, и тогда оно будет звучать следующим образом: «пределы осуществления действий в пределах дозволенного поведения».

Свобода осуществления гражданских прав, предоставленная субъектам управомочивающими нормами и правилом диспозитивности, не может быть безграничной. Она ограничивается интересами других лиц (физических и юридических), а также интересами общества. Поэтому объем субъективных гражданских прав определяется не только границами, установленными

управомочивающими нормами, но и совокупностью норм различных отраслей права, содержащих запреты и предписания, которые ограничивают субъективные права.

Субъективное право есть мера дозволенного поведения, определяемая всей совокупностью правовых норм, влияющих на его объем. Поэтому пределы осуществления субъективного гражданского права совпадают с пределами субъективного права. Действие может считаться правомерным только в том случае, если оно не выходит за пределы, установленные как управомочивающей правовой нормой, которая определяет исходный объем субъективного права, так и совокупностью обязывающих и запрещающих правовых норм, которые ограничивают это право. Если же действия находятся в пределах меры дозволенного поведения, установленной управомочивающей нормой, но при этом выходят за границы дозволения, уменьшенного различными запретами и предписаниями, то такие действия должны считаться совершенными уже за пределами права, то есть не осуществлением права, а правонарушением.

Таким образом, мы приходим к выводу о том, что введение в гражданское законодательство понятия пределов осуществления гражданских прав и запрета злоупотребления гражданскими правами является, во-первых, теоретически необоснованным, а во-вторых, потенциально опасным. Нежелательность наличия в законе нормы, закрепляющей недопустимость злоупотреблений гражданскими правами, заключается в том, что она устанавливает запрет и санкцию за его нарушение, не описывая признаков запрещаемого деяния, не раскрывая его содержания. Такое положение, как показывает практика, приводит к нарушению принципа законности правоприменительными органами, обращающимися к этой норме при разрешении конкретных дел.

Теоретический уровень познания начинается с формирования совокупности понятий, конструктов, а методологическая культура исследования предполагает постепенное продвижение от абстрактных,

емких, но содержательно бедных определении к конкретным, узким, но содержательно более богатым.

Исследовательская задача в настоящей главе состоит в анализе содержания и структуры субъективного гражданского права, синтезе на этой основе теоретического гражданско-правового определения категории «субъективное гражданское право», соотносимого с категорией «злоупотребление гражданским правом», а также установление местонахождения этих категорий в науке гражданского права¹³.

При этом основной акцент необходимо сделать на субъективные элементы гражданского права, поскольку предмет настоящего исследования составляют внутренние, т.е. субъективные пределы осуществления гражданских прав, а относящиеся к ним абстрактные понятия из неюридической сферы позволяют осуществить познание предмета исследования во всей его полноте и всесторонности.

Психологические феномены -воля, интересы, свобода, добро, ценности, блага - для гражданского права являются составными частями правотворчества, правоприменения и правореализации. Оказывают они неоценимое влияние и на доктрину о злоупотреблении правами.

Как юридическая категория, злоупотребление правом прежде всего тесно связано с понятием субъективного гражданского права, поскольку ци- вилистическая доктрина стоит на том, что субъективное право всегда есть средство для возможного злоупотребления'⁴.

Но идет ли речь о самом субъективном гражданском праве при злоупотребительном поведении, либо имеется дело с его отдельными элементами, частями, правомочиями, формой? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо исследовать сущность субъективного гражданского права.

Как известно, жить в обществе и быть свободным от него нельзя. Свобода не может существовать без определенных ограничений, поскольку «подлинная свобода осознает свои границы» .

Безграничная свобода не может отвечать интересам как отдельной личности, так и общества в целом и превращается в свою противоположность - произвол.

Ограничивая свободу каждого известными пределами, право «обеспечивает ему зато беспрепятственное и спокойное пользование своими правами, т.с. гарантирует ему свободу внутри этих пределов.

Свобода каждого человека простирается лишь до той границы, от которой начинается свобода других людей.

Стремясь установить эти границы, право содействует тому, чтобы в совместной жизни людей воцарил порядок, основанный на свободе»⁴¹.

В норме о свободе под цифрой один - статья 4 Декларации прав человека и гражданина Франции - было закреплено положение, не утратившее своей актуальности по сей день. Оно заключается в том, что «свобода состоит в возможности делать все, что не вредит другому: таким образом, осуществление естественных прав каждого человека ограничивается лишь теми границами, которые обеспечивают другим членам общества пользование этими правами»⁴¹.

Таким образом, движение к свободе возможно только в правовой форме.

В. И. Гойман выделяет два значения понятия права как свободы: общесоциальное и специально-юридическое.

В общесоциальном смысле свобода представляет собой состояние человека, отражающее его возможность действовать по собственному усмотрению. В этом смысле свобода представляет собой естественное право, не ограниченное нормами формального права. Это, ио его мнению, право в фактической форме.

В специально-юридическом смысле свобода (право) представляет собой официально признанную и легализованную меру возможного поведения человека, т.е. субъективное право.

В. К. Бабаев в этой связи определяет право как «систему нормативных установок, опирающихся на идеи человеческой справедливости и свободы, выраженных большей частью в законодательстве и регулирующих общественные отношения». Ю. В. Тихонравов⁴⁷видит право через систему регулирования поведения людей в обществе посредством норм, устанавливаемых теми или иными организациями, при условии, что исполнение этих норм обеспечивается санкциями, осуществляемыми теми или

~ 4Х

иными организациями в меру их реальной власти .

2.2.