Алфавитный список обыгрываемых слов (с иллюстрациями и комментариями)

Обыгрываемые слова приводятся в алфавитном порядке, в так наз. исходных формах: существительные — в форме им. падежа ед. числа (для слов pluralia tantum —мн. числа); прилагательные — в форме им.

Автор.

„воскресает образ моей детской кровати, с подъемными сетками из пушистого шнура по бокам, чтобы автор не выпал (В. Набоков, Другие берега).

Автор научной работы или художественного произведения (но не письма, не официальной бумаги и, пожалуй, не мемуаров) может именовать себя автором (автор считает вм. я считаю}. В романах В. Набокова подобные употребления вполне нейтральны при описании Набокова-взрослого, но наименование авто­ром младенца, помещение писателя в детскую кроватку производит комическое впечатление — видимо, потому, что нам трудно отрешиться от некоего общего представления об Авторе, в которое никак не укладывается опасение, что он (ав­тор) выпадет из детской кроватки. Слово автор уместно лишь в контексте про­фессиональной деятельности, обычно при описании лица с момента написания первого произведения. Допустимы, однако, фразы типа: Автор этого романа ро­дился и провел детство на Волге.

Безвременно:

Вампука (плачет):

Я плачу о зарытом В песках здесь мертвеце,

Я плачу об убитом Безвременно отце!.

(М. Волконский. Принцесса африканская).

Наречие безвременно и прилагательное безвременный имеют крайне ограни­ченную сочетаемость, они указывают на естественные и неизбежные печальные события, совершившиеся раньше нормального срока; даже еще уже: они указыва­ют на смерть человека {безвременная кончина'). Убийство вызывает смерть, но ее нельзя считать естественной и неизбежной. Отсюда аномальность приведенного примера.

Безрассудство см. Храбрость

Беседа

Беседа беседе тоже розъ, друзья! Иная беседа такая бывает, что от нее никако­го вреда, кроме как воняет. Какой же, значит, от этого вред? (М. Салтыков-Щед­рин, Современная идиллия, XI).

Нарушается (и, те^ самым, подчеркивается) важный смысловой компонент в значении слова беседа*, беседа «всегда предполагает установку на контакт, взаим­ную заинтересованность в общении» [Левонтина 1994]. У Салтыкова-Щедрина та­кой установки нет.

Больше

—Почему ты не пьешь больше чаю?— спросил заяц заботливо.

— Что значит «больше»?—обиделась Алиса.—Я вообще ничего тут не пила!

— Тем более! — сказал Шляпа.—Выпить больше, чем ничего,—легко и просто. Вот если бы ты выпила меньше, чем ничего,—это был бы фокус! (Л. Кэрролл, Алиса в стра­не чудес).

Бросаться (чем, кем):

—Вы только поглядите, старичок какой! Фигура какая самобытная, интересная! Как это мы будем такими старичками бросаться? (А и Б. Стругацкие, Сказка о тройке).

Бросаться Х-ом. X— обычно указание на социальный статус (профессия, зва­ние и т. п.) — бросаться опытными специалистами, учителями, женихами, но не возрастные характеристики (^бросаться старичками, старушками), не на­звания животных (^бросаться кошками) и, тем более, не названия предметов {★бросаться утюгами, помидорами)*, последние сочетания грамматически пра­вильны, но относительно другого смысла.

Буквально:

(1) Чаплин украл у Гитлера усы буквально из-под носа (А Кнышев, Уколы пера).

(2) [О команде, которая лишь чудом избежала поражения]: Московские динамовцы в матче с новороссийскими футболистами буквально ходили по лезвию ножа (ТВ «Время», 8 апр.

В приведенных примерах ярко проявляется значение слова буквально, как по­казателя языковой гиперболы (см. об этом в гл. Прагматика, с. 413—416).

Бывший:

(1) 1-й пожарный. Под печкой обнаружена бывшая женщина с проволочным

венчиком на затылочных костях (В. Маяковский, Клоп, IV).

(2) О комнате пропавшего летчика заговорили все: и бывший горский князь, а ныне трудящийся Востока гражданин Гигиенишвили, и Дуня, (...) и тетя Паша—торговка и горькая пьяница (И. Ильф—Е. Петров, Золотой теленок, ХПІ).

(3) Преддиванный стол, покрытый бывшей белой скатертью, украшался разби­тым стаканом с высохшими остатками чаю (А. Аверченко, Человеки).

В приведенных примерах комический эффект вызван нарушением правил сочетаемости прилагательного бывший, которые отмечались Т. В. Булыгиной и А. Д. Шмелевым: «бывший не сочетается с обозначениями свойств, полученных объектом “навечно” (^бывшая курица, 'бывший автор)» [Булыгина — Шмелев 1997: 380]. Впрочем, в XX веке сословные и даже половые характеристики пере­стали быть неизменными, «полученными навечно»: встречаются иногда не только «бывшие князья», но и «бывшие женщины», и «бывшие мужчины». Это, естествен­но, уменьшает аномальность приведенных фраз.

Ваш.

Соня хорошо готовила (...) требуху, почки, вымя, мозги — их так легко испортить, а у нее выходило—пальчики оближешь (...) Вкусно, и давало повод для шуток. Лев Адольфович, вытягивая губы, кричал через стол: «Сонечка, ваше вымя меня сегодня просто потрясает!» (С) А Ада сладким голоском говорила: «А я вот в восторге от ва­ших бараньих мозгов!» — «Это телячьи»,—не понимала Соня, улыбаясь (Т. Толстая, Соня).

Везти:

На сибирской реке встречаются две лодки:

—Куда едешь, однако? Сибиряк, сидя у руля, указывает трубочкой на гребущую против течения женщину:

—Везу жену в роддом, однако!

Конструкция X везет Y-a (когда и X, и Y—люди) предполагает определенное распределение физических усилий: везущий предпринимает большие физиче­ские усилия, чем везомый.

Вера; Веровать; Верить:

(1) Мы не говорим о вере, когда речь идет о том, что дважды два четыре или что земля круглая. О вере мы говорим лишь в том случае, когда хотим подменить до­казательство чувством (Б. Рассел, по: Суета сует).

(2) Во что верую? В Бога, если он есть (С. Лец). Вера в Бога ничем не может быть обусловлена: Лец не верит в Бога.

(3) Этот вождь ничего не знал, но обо всём сообщал. Поэтому люди ему верили (А. Платонов, Чевенгур). Платонов обращает внимание на важную сторону воз­никновения веры: можно верить тому, кто сообщает (хотя ничего не знает), но нельзя тому, кто знает, но скрывает знание.

(4) Эпитафия: Теперъ-то ты веришь, что я действительно был болен?

(5) Один из посетителей, увидев подкову, прибитую над дверью дома Бора, вос­кликнул: «Неужели такой великий ученый, как вы, может действительно ве­рить, что подкова над дверью приносит удачу?» — «Нет,—ответил Бор,—ко-

нечно, я не верю. Это предрассудок. Но, вы знаете, говорят, она приносит удачу даже тем, кто в это не верит» (Физики продолжают шутить).

Последний пример хорошо иллюстрирует интересное наблюдение М. Г. Се­лезнева: вера «несимметрична» по отношению к добру и злу, «предмет веры — ско­рее нечто хорошее, нежели нечто плохое»: во фразер верю, что Иван это сдела­ет слово это понимается, скорее всего, как что-то хорошее, а во фразе Я верю, что Иван не сделает этого — как нечто плохое [Селезнев 1988: 247—248]. Слова Я верю- «несут на себе печать “космического оптимизма”» [Селезнев 1988: 251], поэтому пессимизм (в частности, пессимизм Бора в отношении удачи, приноси­мой подковой) оформляется в виде не положительной, а отрицательной конст­рукции —Я не верю, что- Фразам верю, что подкова не приносит удачу выгляде­ла. бы странно, как и приводимая Селезневым пессимистическая фраза Верю, что нет будущей жизни. Хотелось бы подчеркнуть, однако, что в случае верить упот­ребление в оптимистическом контексте наиболее естественно, но это — не нор­ма.

Еще больший интерес приведенная шутка о подкове представляет в другом от­ношении — взаимодействие чужой веры и собственного неверия. Бор не верит в этот предрассудок, но он верит тем, кто верит в него, и, тем самым, он в него ве­рит (со всеми вытекающими отсюда последствиями —прибивание подковы над дверью).

Весь; Все.

(1) —А мы как раз проектировали с Громовым', я оставляю дома все свои деньги, Громов всю свою жену, забираем тебя и идем в наш старый притон «Золотой якорь» (А Аверченко, Подходцев и двое других, ч. И, XXI).

Аномальность примера связана не только с тем, что жену нельзя оставить дома частично: фраза Вся жена покрыта ссадинами и синяками также аномальна (нужно: Всё тело жены-).

(2) Все присутствующие члены [общества Арзамас] собрались немедленно, в числе двух. Председателем по жребию избран г-н Жуковский, секретарем я, сверчь (А Пушкин — П. А Вяземскому 14 авг. 1831).

Сочетание все члены, в числе трех было бы, видимо, уже допустимо.

(3) [Васисуалий Лоханкин — перед экзекуцией]

—Я не виноват!—запищал Лоханкин, вырываясь из рук бывшего князя, а ныне трудящегося Востока.

—Все не виноваты!—бормотал Никита Пряхин, придерживая трепещущего жильца.

—Я же ничего такого не сделал.

—Все ничего такого не сделали.

— У меня душевная депрессия.

— У всех душевная (...)

— От меня жена ушла! — надрывался Васисуалий.

— У всех жена ушла — отвечал Никита Пряхин (И. Ильф—Е. Петров, Золотой теленок, XIII).

(4) Я, конечно, вернусь весь в друзьях и мечтах.

Я, конечно, спою—не пройдет и полгода (В.

В этом значении местоименное прилагательное весь имеет крайне ограничен­ную сферу употребления, оно подчиняет группу: предлог в (во) + существитель­ное. Чаще всего это существительные типа грязь, кровь, болячки, долги (ср.: И бед­ный Сусанин весь в язвах упал (К. Рылеев)), однако, в нейтральном употреблении возможны и другие сочетания: весь в золоте, весь в заграничном (ср. у А. Галича: Вся в тюле и панбархате /В залЛеночка вошлаС).

Видеть; Глядеть:

(1) На днях, увидя в окошко осень, сел я в тележку и прискакал во Псков (А Пуш­кин — В. А Жуковскому, 6 окт. 1825).

(2) Лет тридцать тому назад, в вербное воскресенье, в день именин старухи-вербы, старик сидел на своем месте, глядел на весну и удил. (А Чехов, Верба).

В конструкциях видеть X, глядеть на X—в качестве Х-а может выступать не только конкретное, но и абстрактное существительное (Гляжу на всеобщее ожес­точение). В нейтральной речи здесь, однако, недопустимо существительное с признаком ‘время’.

Виновник; Виноват:

Бабушка спрашивает маленького Леву :

—Кто это разбил окно?

—Мама. Но виноват папа. Он пригнулся, когда тарелка летела ему в голову.

В словарях отмечается, что виновник—это тот, «кто виновен в чем-л.» или «яв­ляется причиной чего-л.» (MAC). Приведенный пример показывает неудовлетво­рительность этих толкований: отец мальчика является одной из причин события, но вряд ли может считаться его виновником.

Вместо:

Добрые, революционно настроенные парижане поймали как-то на улице аббата Мори. Понятно, сейчас же сделали из верёвки петлю и потащили аббата к фона­рю.— век свой прожили и не токмо что убивать, но и мыслей таких в голове не было.. (А. Чехов, Зло­умышленник).

В (2) Чехов тонко подмечает различие между каузацией прямой и кау­зацией непрямой, косвенной (см. [Булыгина — Шмелев 1997: 189]), и, в этой связи, разное понимание говорящими значения глагола убивать. Интересный пример обыгрывания разных видов каузации находим у В. Набокова:

(3) [Надежда Ильинична («одна из беднейших набоковских родственниц») наблюда­ет недоразумение между воспитателями Набокова — француженкой и одесским евреем]: ...при этом в Надежде Ильиничне, не жаловавшей Mademoiselle за со­жжение Москвы, а Ленского за распятие Христа, злорадство боролось с сочув­ствием («Другие берега»).

Необходимо отметить, что эта фраза грамматически правильна, но относи­тельно другого смысла, согласно которому гувернантка и гувернер — н е п о - средственные участники сожжения Москвы и распятия Христа. Что касается описываемой ситуации, то если даже видеть здесь так наз. косвенную каузацию, то и тогда фраза (3) аномальна; нейтральными были бы громоздкие выражения ти­па... не жаловала Mademoiselle за то, что она — француженка, а французы Москву сожгли.

Интересное наблюдение, касающееся каузации события, содержится в след, анекдоте:

(4) Бабушка спрашивает маленького Леву.

— Кто это разбил окно?

— Мама. Но виноват папа. Он пригнулся, когда тарелка летела ему в голову.

Уже.

В зоопарк пришла мама с ребенком,—Мама, это уже обезьяна?—Нет, сыночек, это еще кассирша (В. Ардов, Записные книжки).

В соответствии с детским пониманием, есть граница, за которой все встретив­шиеся живые существа — это звери.

Умирать.

Маня. ...как же играть, когда я роли не понимаю? (...) Хотела обратиться к авто­ру — оказывается, он умер естественной смертью: от недостатка гонорара (В. Шкваркин, Чужой ребенок, I).

Умереть можно от сердечной недостаточности; можно умереть также от голо­да и лишений (вызванных недостатком гонорара!), но не от самого недостатка гонорара непосредственно.

Участвовать.

[Иван Иванович] сделает надпись над бумажкою с семенами'. «Сия дыня съедена такого-то числа». Если при этом был какой-нибудь гость, то «участвовал такой- то» (Н. Гоголь, Повесть о том, как поссорился Иван Иванович...).

Можно участвовать в благовидных и неблаговидных мероприятиях (приго­товлении обеда, постройке дома, праздничном ужине, демонстрации, драке, кра­же), но не в поедании арбуза.

Хамить.

Сконфуженная Торопецкая повесила трубку и сказала'. «Из-за вас я нахамила не тому, кому следует!» (М. Булгаков, Театральный роман, 10).

Подчеркивается недопустимость хамства —ни при каких обстоятельствах. Спровоцированное, ответное хамство называется уже не хамством, а грубостью.

Хвалить.

Почтения, любви и нежной дружбы ради Хвалю тебя,мой друг, и спереди и сзади (А. Пушкин, Variantes en l’honneur de m-lle NN).

Хвалить можно за ч т о, но не г д е.

Хорошо.

Хорошо, что даже плохо жить на белом свете хорошо (пример из [Арупонова 1988]).

Хотеть.

— Что за псих! Хотел ударить меня по лицу!

— Откуда ты взял, что он хотел?

—А если бы не хотел, то не ударил бы!

В значение глагола хотеть входит представление о намерении, не достиг­шем к описываемому моменту или к моменту речи успешного результата.

Хотя (хоть) — союз:

(1) Он славный человек, хоть и женится (X Пушкин—Jl. С. Пушкину, 14 мар. 1825).

В комических целях Пушкин использует свойство союза хотя/хоть (X хотя

У, хотя X—Y) указывать на то, что сочетание X и Y—не нормально.

(2) — Так вам нужно жениться—очень просто! Могу вам предложить девушку— пальчики оближете! (...) Хотя брат шарлатан, но она такая брюнетка, что даже удивительно (А. Аверченко, Рыцарь индустрии).

В (2) аномально соединение с помощью союза хотя двух не связанных собы­тий; нейтральным было бы продолжение типа: .„но (сама) она очень хороший человек.

Хотя (хоть) — частица:

Пряхина [актриса) приложила кулак ко лбу и закричала резким, высоким голосом'. «Меня сживают со свету! (...) Да взгляни же хоть ты, пречистая матерь, что со мною делают в театре!» (М. Булгаков, Театральный роман, 10).

Пример хорошо иллюстрирует основной смысловой компонент частицы хо­тя (хоть) в одном из ее значений — указание на тот минимум, которым согласен довольствоваться говорящий или описываемое лицо.

Храбрость:

— Никогда не следует,—сказал Джордж,—смешивать безрассудство с храбро­стью. Храбрость,—продолжал он (...),—есть мудрость зрелого возраста, а безрассуд­ство-порок юности (Джером К. Джером, Мое знакомство с бульдогами, пер. М. Кол- пакчи).

Худший смЛучишй

Что (мест.):

Что посеешь, то и пожнешь. (Этим доказывается пустота и бессмысленность хлебопашеского занятия!) (Журн. «Сатирикон»).

Обычно конструкция ЧтоХ, то и /предполагает полное тождество элементов X и Y, в частности совпадение по количеству. Фраза Что ему заплатят в бухгал­терии, то он и домой несет означает, что он приносит домой все полученные деньги (а не какое-то их количество). Однако в некоторых условиях происходит отвлечение от количественных характеристик Так, буквальный смысл выражения Что посеешь, то и пожнешь — ‘Какую сельскохозяйственную культуру посеешь, ту и пожнешь’.

Шантаж.

Лакей похитил в доме ценную вещь и был уличен—Фердинанд,—говорит ему хо­зяйка,—если вы вернете то, что украли, я не буду заявлять в полицию.—Мадам, но ведь это смахивает на шантаж.

В MAC отмечается: «Шантаж— запугивание, угроза разглашения позорящих, компрометирующих фактов или сведений с какой-л. целью». Более точное толко­вание предлагается в [Гловинская 1993): ‘(1) X говорит Y-y, что сделает Р, плохое для Y-a; (2) то плохое, что X собирается сделать Y-у,— это разглашение какой-то информации об Y-e, плохо его характеризующей, которую он предпочитает скрывать’. Приведенный выше пример полностью укладывается в это толкова­ние — и, тем самым, указывает на его неточность. Не учтен важный компонент значения: позорящие шантажируемого обстоятельства не затрагивают шантажирующего, он и не сообщник, и не пострадавшее лицо (хотя его ин­терес — корыстный). Угроза выдать сообщников — не шантаж. И тем более не мо­жет квалифицироваться как шантаж угроза донести в полицию на ограбившего вас человека. Должно быть внесено уточнение во второй компонент предлагае­мого М. Я. Гловинской толкование: ‘(2) то плохое, что X собирается сделать Y-y,— это разглашение какой-то информации, не имеющей отношения к Х-у, но плохо характеризующей Y-a, который предпочитает ее скрывать’. Желательно и еще одно уточнение: речь идет об очень важной информации (вряд ли предметом шантажа может быть вчерашнее опоздание на работу).

Широкие массы.

— Это похвально—сказал Остап —Широкие массы миллиардеров знакомят­ся с бытом новой, советской деревни (И. Ильф — Е. Петров, Золотой теленок, VII).

В конструкции широкие массы Х-ов обычно X —крупные социальные группы (широкие массы трудящихся (рабочих, студентов)-, плохо: ¹ ...слесарей,- пенсио­неров).

Шпион см. Разведчик

Экземпляр.

[Американец] мистер Кук крикнул, — Иван! Чаю! Бутерброд! Четыре экземпляр! (В. Шишков, Угрюм-река).

Существительное экземпляр можел обозначать печатную или письменную продукцию (заявка в двух экземплярах) или же биологическую особь (редкий эк­земпляр водяного жука).

Экономить-.

—Дорогая, я сегодня сэкономил 20 пенсов потому, что не ехал на автобусе, а бе­жал за ним.

— Ну и дурень же ты! Почему же ты не побежал за такси, тогда ты мог бы сэко­номить целых два фунта!

Фраза Сэкономил 20 пенсов потому, что не ехал на автобусе, а шел пешком нейтральна и не могла бы спровоцировать ответную реплику жены.

Я.

(1) —я— я-. а мне говорят, будто я—не я, а какие-то «мы». Но позвольте—почему это? (А. Белый, Петербург, II).

(2) [Безенчук, владелец и единственный сотрудник похоронной фирмы «Милости просим»] ..я—фирма старая. Основан в тысяча девятьсот седьмом году. У меня гроб — огурчик, отборный, любительский (И. Ильф—Е. Петров, Двенадцать стуль­ев, I) — нейтральное употребление: Моя фирма—старая. Основана в-

Явно-.

Кочергу встретила некая остроносая, с плутовскими, по-мышиному бегающими глазками, личность, в старом, явно коричневом, крайне поношенном пиджачишке (А. Архангельский, пар. на А. Зорич).

ЯвноХ-овый. Обычно речь идет о некоем неафишируемом (иногда даже скры­ваемом), но достаточно очевидном для говорящего отрицательном событии или свойстве, ср.: явно ненадежный, явно вчерашний (суп), явно неопытный, явно ук­раденный, явно с чужого плеча, явно перешитый-, ср., с другой стороны, несколько странные сочетания: 'явно надежный,'явно высоконравственный, 'явно от хоро­шего портного (последнее сочетание возможно, но тогда речь идет о признаке, который говорящий считает отрицательным, например о склонности к щегольству).

2. Лексические синонимы

1. Комический эффект производит сочетание в одном высказывании разно­стильных СИНОНИМОВ, ср.:

Q) _ Господи! — ахает торговка —Личико-то! Личико-то. Харю-mo евонную посмотри! (Тэффи, Веселая вечеринка).

(2) — Рази господа поверят? Сколько их видела,—все такие. Стану их личики вспо­минать, так, может, рож пятьсот вспомню, и все такие (Тэффи, Крепостная душа).

(3) —Да вы всякого быка переживете, не то что мужа. Вон личность-то у вас ка­кая красная — рожа, тоись (Тэффи, Потаповна).

(4) [Девочка, басом]:

— Баба мылом морду моет!

— У бабы не морда,у бабылицо.

Пошла поглядеть опять.

— Нет, всё-таки немножечко морда (К Чуковский).

(5) [На гадании]

— Уж теперь истинно тебе скажу, Дуська: твое дело в шляпе!

— В Какой такой шляпе?..

— В божьей. То есть, безусловно, не в шляпе,—а в руце божьей. Одним словом, наладитсяу нас всё, как надо (В. Ардов, Угодники перед судом).

(6) «Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо»,—некогда сказал греческий поэт Менандр (...) «Ничто чужое нам не чуждо»,—расширили этот тезис больше­вики, когда проводили обобществление (Л. Лилов. «Крокодил», дек. 1991 г.).

В романе А. Белого «Петербург» два разностильных синонима сталкиваются в аппозитивной конструкции:

(7) У подъезда столкнулись они с хохлом-малороссом Липпанченко.

2. Комическое впечатление производит повторение адресатом грубо-просто- речного синонима, употребленного говорящим:

(8) Когда старушонка влезла на крыльцо [дома судьи], чупрастыймальчишка высу­нул голову и окрикнул строго. «Кто такова? Зачем прешь?» Старушка огляде­лась и сказала, таинственно приподняв брови: «По делу пру, батюшка. По делу пру». Она сразу поняла, что «прешь» есть выражение деловое, судебное (Тэффи, Взятка).

3. Говорящие обращают внимание на различия в употреблении членов сино­нимической пары, ср.:

(9) По вокзалу ходит человек и кричит: «Инфекция! Инфекция!» К нему подходит милиционер: «Почему сеете панику?»—«А что же, я должен жену, как дома, за­разой называть?»

(10) Две особы вели между собою грамматический спор. Одна полагала, что правиль­нее сказать: налейте мне пить, а другая — дайте мне пить. «Как вы думаете об этом?—спросили они академика,—будьте судьей!» —«Вы обе не правы, потому что должны бы сказать: сведите на водопой» (Энцикл. весельчака).

(11) Мужчина спрашивает в автобусе девушку. «Девушка, вы выходите?» — «Выхо­дят только замуж».—«Вы сходите?» — «Сходят только с ума!» —«А что же вы делаете?» — «Я вылажу».— «С днем рождения вас, девушка!»

(12) Кто-то спросил меня, глядя на X: «Как правильнее сказать', “осведомитель” или “доносчик??» (С. Лец, Непричесанные мысли).

4. Иногда авторы добиваются комического эффекта нагромождением сино­нимов, в том числе и окказиональных, ср.:

(13) У иного (...) пишущего даже не скоропись, а борзопись,резвопись, лихопись (3. Па­перный, Глагол времен).

Этот прием любили, например, И. Ильф и Е. Петров. Вот два примера из их по­вестей:

(14) [Васисуалий Лоханкин говорит о своих соседях, которые ввели для него телес­ные наказания]:

— Ведь в конце концов кто знает? Может быть, так надо. Может быть, именно в этом великая сермяжная правда.

— Сермяжная?—Задумчиво повторил Бендер.—Она же посконная, домоткан­ная и кондовая? Так, так («Золотой теленок», XIII).

(15) [Разговор Воробьянинова с гробовых дел мастером Безенчуком]:

— Умерла Клавдия Ивановна,—сообщил заказчик

— Ну, царствие небесное,—согласился Безенчук—Преставилась, значит, ста­рушка^. Старушки, они всегда проставляются» Или богу душу отдают,—это смотря какая старушка. Ваша, например, маленькая и в теле,—значит, пре­ставилась. А, например, которая покрупнее да похудее—та, считается, богу душу отдает»

— То есть как это считается? У кого это считается?

— У нас и считается. У мастеров. Вот вы, например, мужчина видный, возвы­шенного роста, хотя и худой. Вы, считается, ежели, не дай бог, помрете, что в ящик сыграли. А который человек торговый, бывшей купеческой гильдии, тот, значит, приказал долго жить. А если кто чином поменьше, дворник, например, или кто из крестьян, про того говорят: перекинулся или ноги протянул. Но са­мые могучие когда помирают, железнодорожные кондуктора или из начальст­ва кто, то считается, что дуба дают. Так про них и говорят: «А наш-то, слы­шали, дуба дал».

Потрясенный этой странной классификацией человеческих смертей, Ипполит Матвеевич спросил:

— Ну, а когда ты помрешь, как про тебя мастера скажут?

— Я—человек маленький. Скажут: «гигнулся Безенчук». А больше ничего не ска­жут («Двенадцать стульев», И).

Языковой разнобой даже в оформлении вывесок в Киеве во время Граждан­ской войны обыгрывает М. Булгаков:

(16) Нужно, наконец, условиться, как будет называться то место, где стригут и бреют граждан: «голярня», «перукарня», «цирульня» или просто-напросто «па­рикмахерская» («Киев-город»).

5. Еще один способ обыгрывания синонимии строится на незнании синони­ма, причем, конечно, именно того, который принят в литературном языке:

(17) [Свидетель в суде]: «Иду, вижу. двое е„ся». Судья поправляет'. «Совокупляются»,—Я и сам сначала так думал, господин судья!А потом вижу. нет, все-таки е~ся.

в. Иногда авторы обыгрывают квазисинонимию (неточную синонимию), в частности, градацию содержащихся в синонимах оценочных характеристик

(18) ..Кот выскочил к рампе и вдруг рявкнул на весь театр человеческим голосом'. «Сеанс окончен!Маэстро! Урежьте марш!!»

(...) и оркестр не заиграл, и даже не грянул, и даже не хватил, а именно, по омерзительному выражению кота, урезал какой-то невероятный, ни на что не похожий по развязности своей, марш (М. Булгаков, Мастер и Маргарита, 12).

(19) [Разговор мужа с женой]: «Ты не права!» — «По-твоему, я говорю неправду! Зна­чится вру! Брешу, так сказаться что, собака? Мама! Он меня сукой обозвал!»

7. Частным случаем лексической синонимии является перифразирование. Существуют два понимания термина перифраза: 1) равнозначное выражение;

2) описательное выражение, замещающее слово. Мы используем термин во вто­ром значении, как замену слова, обозначающего предмет или явление, непрямым, описательным обозначением этого предмета или явления.

Узуальные, общепринятые перифразы типа зеленый друг (лес), белая смерть

(соль) обыгрываются сравнительно редко. Комическое впечатление производит в фильме «Ирония судьбы, или С легким паром» недоуменная реплика пьяного ге­роя, который неожиданно для себя оказывается в Ленинграде: Неужели я в городе на Неве?

Гораздо чаще для создания комического эффекта используются перифразы индивидуальные, окказиональные. Примеры:

(20) Ужален небольшою Крылатой я змеей,

Которая пчелою Зоветсяу людей

(Г. Р. Державин; пример из: [Никитина—Васильева 1996]).

(21) Иван Тимофеич, которого в полночь я видел уже совсем готовым и который и после того ни на минуту не оставлял собеседования с графином, под утро начал постепенно трезветь (М. Салтыков-Щедрин, Современная идиллия, XI).

(22) На сытом рыле его написано корыстолюбие, в карманах позванивают плоды лихоимства (А. Чехов, Лист).

(23) [Половому]: —Дай-ка порцию главного мастера клеветы и злословия с кар­тофельным пюре (А. Чехов, Записная книжка I).

(24) Вставка Котельникову о шмуляхрискует быть ошикана-, половина театра все­гда у нас занята авраамами, исааками и саррами (А. Чехов — А. С. Суворину, 28 дек 1888).

(25) ...что поделывает Жан? Всё еще насилует Мельпомену? (А Чехов—А. Н. Пле­щееву, 3 авг. 1889).

(26) Кузьма показал на шамесаАбу.—Пускай поскулит,—проговорил дворник друже­любно,— служке кишку напихать—служка цельную ночь богу надоедать бу­дет. (И. Бабель, Первая любовь).

(27) —Уменя нет постоянного жилища—застенчиво ответил арестант [Иешуа Га-Ноцри].—Я путешествую из города в город.

— Это можно выразить короне, одним словом—бродяга —сказал прокуратор (М. Булгаков, Мастер и Маргарита, 2).

(28) ...обнаружилось, что ему надуло фотографическую карточку, и три недели он ходил с флюсом (М. Зощенко, Гости).

(29) [Остап Бендер, продавший американцам рецепт самогона —pervatsch’a]: —...я не только не нарушил законов, но даже сделал приятное (~.> утолил духовную жажду граждан страны, с которой мы, как-никак, имеем торговые связи (И. Ильф — Е. Петров, Золотой теленок, VII).

(30) Сцена из «Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова. На даче голодный инженер Брунс время от времени взывает к жене голосом шаловливого карапуза: «Мусик!!! Готов гусик?!» Вызовы гусика прерывает появление какого-то человека. Их встре­ча описывается так:

Человек приблизился и спросил приятным голосом'.

— Где здесь находится инженер Брунс?

—Я инженер Брунс,—сказал заклинатель гусика неожиданным басом.

(31) Чтобы не осквернять слово «римлянин», Дюкло всегда называл современных римлян «итальянцами из Рима» (Шамфор).

Многие перифрастические высказывания имеют эвфемистическую природу (ср.: Графиня, проснувшись поутру, полезла под кровать за известным предметам» «Графиня, не за то хватаетесь!» — загремел под кроватью голос знаменитого сыщика» («Чукоккала». А Толстой)), но они рассматриваются в дру­гой главе (см. с. 462—4б5).

3.