Битекстуальность
1. Многие авторы любят играть не отдельными словами или сочетаниями слов, а целыми текстами. Простое соединение двух текстов (вполне нейтральных или даже поэтически-возвышенных!) может привести к двусмысленности и производить комический эффект:
(1) Люди!Будьте взаимно вежливы до последней капли крови! (Журн.
«Огонек»).(2) — Пушкин, по его же собственному признанию, был вдохновлен нянькой на свои лучшие произведения. Вспомните, как отзывался о ней Пушкин: «Голубка дряхлая моя- голубка дряхлая моя- сокровища мои на дне твоем таятся-»
— Pardon,—вмешался молодой человек (...)—это как будто к чернильнице- (Тэффи, Нянькина сказка про кобылью голову).
2. Художественная и особенно поэтическая речь непроницаема и не допускает при воспроизведении вставок и комментариев, «болезненно» реагирует на пересказ. Нарушение правила, вкрапление прозаизмов дискредитирует текст и (в гораздо большей степени) самого цитирующего — даже если он восхищается цитируемым текстом. Ср.:
(3) ...в свое время прекрасно выразился наш славный поэт (...) Вот его слова:
Жизнь моя,—воскликнул он,—иль ты приснилась мне!
Словно, говорит, я весенней, гулкой ранью Проскакал на розовом коне
(М. Зощенко, Голубая книга. Неудачи).
(4) [Пересказ «Травиаты»] -при всем том я вас оченно люблю! Вот вам мой патрет на память, а я, между прочим, помереть должна- (И. Горбунов, Травиата. Рассказ купца).
Вот еще два примера — обыгрывание текста «Евгения Онегина»:
(5) [Онегин читает письмо Татьяны, «в письмо вставляя целый ряд /непозволительных цитат»}
Кто ты? мой ангел ли хранитель?
(Я ваш, сударыня, сосед!)
Или коварный искуситель?
(Вас искушать охоты нет.)
Никто меня не понимает (Кому понятна ерунда!) и т. д.
(Ц. Минаев, Евгений Онегин нашего времени).
(6) Как это /у вас / говаривала Ольга?.
Да не Ольга!/из письма /Онегина к Татьяне.
—Дескать, /мужу вас / дурак / и старый мерин, я люблю вас,/будьте обязательно моя,
я сейчас же /утром должен быть уверен, что с вами днем увижусь я (В. Маяковский, Юбилейное).