ДРЕВНЕЙШИЕ ЛЮДИ. ПАЛЕОАНТРОПОЛОГИЧЕСКИЕ И АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ НАХОДКИ В ВОСТОЧНОЙ АФРИКЕ

Около 20 лет тому назад считалось общепризнанным, что древнейшим обезьяноподобным человеком был питекантроп, кости которого найдены на о-ве Ява в Индонезии и который жил около 800 тыс.

Весь этот пересмотр устоявшихся, вошедших в учебники поло­жений связан в значительной степени с археологическими и па­леоантропологическими открытиями, сделанными за последние годы в Олдувайском ущелье в Танзании (рис. 6). Важные дополне­ния к олдувайским материалам доставили также раскопки в Кении и Эфиопии. Впрочем, эти открытия не имели бы столь далеко иду­щих результатов, если бы не возможность применить к ним калий-аргоновый метод абсолютной датировки (см. выше, с. 16).

Олдувайское ущелье, расположенное на севере Танзании, в 36 км к северо-востоку от оз. Эяси, имеет около 40 км длины, 100—130 м глубины и прорезает мощную толщу озерных и субаэ­ральных отложений, чередующихся с прослоями вулканических туфов и пеплов, особенно пригодных для датировки калий-аргоно­вым методом. Остатки ископаемых животных были обнаружены в Олдувайском ущелье начиная с 1911 г. Но очень примитивные, бесформенные палеолитические каменные изделия, залегавшие здесь же, не привлекли к себе внимание проводивших работы естествоиспытателей.

смерти Л. Лики раскопками руководит его жена Мэри Лики. За последние 15 лет раскопки в Олдувайском ущелье доставили черепа и другие кости человекообразных обезьян и древнейших обезьяноподобных людей, а также остатки деятельности последних [Иванова, 1965; Урысон, 1970, 1976; Кларк, 1977; Leakey, 1971]. Современные средства сообщения, в частности реактивная авиа­ция, делают раскопки большого научного значения, где бы они ни проводились, доступными для посещения исследователей со всех концов мира. Работы в Олдувайском ущелье превратились за последние годы в подлинно международное научное предприятие. Там побывали, приняли участие и смогли проверить как строгость методики работ, так и обоснованность заключений руководителей раскопок многие археологи, антропологи, геологи из самых разных стран. Таким образом, наблюдения и выводы, сделанные в Олду­вайском. ущелье, а также в Кении и Эфиопии, проверены и в значи­тельной степени апробированы мировой наукой.

Озеро (или какой-то водный поток), существовавшее на месте нынешнего Олдувайского ущелья до 2 млн лет назад, привлекало на свои берега многочисленных животных, а также древних людей. В ряде пунктов остатки охотничьих стойбищ последних сохрани­лись в геологических отложениях в непереотложенном состоянии, примерно так, как их побросали древние охотники: разбитые кости животных, являвшиеся пищевыми отбросами, осколки камня, получившиеся в процессе изготовления орудий, законченные каменные орудия.

Стратиграфия Олдувайского ущелья следующая (снизу вверх):

Пачка слоев I (Bed I)^[15]— мощность до 40 м, содержит несколько культурных слоев, относящихся к олдувайской эпохе палеолита.

Пачка слоев II (Bed II) — мощность 20—30 м, содержит в нижней части несколько олдувайских культурных слоев, выше залегают древнеашельские слои, на отдельных участках чередующиеся со слоями развитого олдувая.

Пачка слоев III — мощность 10—15 м. Археологические остатки редки, ашельского типа.

Пачка слоев IV — мощность около 45 м, содержит несколько ашельских культурных слоев. ,

Пачка слоев V — содержит позднепалеолитические культурные остатки.

Для нас интерес представляют пачки I и II, описанные в фун­даментальной монографии М. Лики [Leakey, 1971]. В 1959 г. в пачке I Л. и М. Лики был открыт череп обезьяноподобного существа, не отличавшегося от австралопитековых. Его объем мозга (530 см³) не превосходил средний объем мозга последних. Но залегание в этом же слое примитивных каменных орудий дало основание для утверждения того, что череп в действительности принадлежит не австралопитековой обезьяне, а более раннему, чем яванский питекантроп, обезьяноподобному человеку. Этому чело­

веку было присвоено название «зинджантроп». Однако в 1960 и в последующие годы в пачке I были найдены кости гораздо более развитого, чем зинджантроп, существа. Первые его остатки об­наружены глубже черепа зинджантропа. Поэтому он первона­чально получил название «презинджантроп». Последующие на­ходки сделаны на разных глубинах: на том же уровне, что и зинд­жантроп, и несколько выше. Всего в настоящее время из пачки I известны остатки не менее пяти особей этого существа. Именно его деятельности и приписывают теперь залегающие здесь же камен­ные орудия олдувайской эпохи. Это существо получило название Homo habilis и большинством исследователей рассматривается как древнейший из ныне известных обезьяноподобных людей, более древний и примитивный, чем яванский питекантроп.¹¹ Зинджантроп считается австралопитековой обезьяной, являвшейся охотничьей добычей Homo habilis, подобно ряду других животных, разбитые кости которых залегат в том же слое. Калий-аргоновые даты Homo habilis многочисленны, хорошо проверены и достоверны. Они определяют его древность в 1.75—1.85 млн лет. Продолжи­тельность существования поколений Homo habilis в Олдувайском ущелье примерно 50—100 тыс. лет.

Над остатками Homo habilis в средней и верхней частях пачки II в 60-е гг. найдены кости нескольких особей так называе­мого олдувайского питекантропа, близко напоминавшего яван­ского питекантропа. Достоверные абсолютные даты для него от­сутствуют. Не установлена твердо и связь олдувайского питекант­ропа с археологическими остатками определенной эпохи. Однако эта находка исключительно важна, ибо документирует более позднее положение питекантропа по сравнению с Homo habilis. В нижней части пачки II вместе с каменными орудиями олдувай­ской эпохи найдены также остатки нескольких особей, причисляе­мых рядом исследователей к Homo habilis. Но значительная часть специалистов относит их к примитивным питекантропам. В пачке II на разных глубинах встречены и остатки австралопитековых (парантропов), вероятно, подобно зинджантропам, являвшихся охотничьей добычей древних людей.

Homo habilis представлял собой двуногое существо ростом 122—140 см. Объем его мозга, по Тобайэсу, 675—680 см³ (в более поздней работе Тобайэс опустил эту цифру до 657 см³), т. е. больше, чем у австралопитековых, но меньше, чем у питекантропов [см.: Howells, 1973]. Верхняя и нижняя челюсти меньше, чем у австралопитековых, но в пределах вариаций челюстей питекант­ропа и современного человека. Кости руки демонстрируют сочета­ние очень примитивных особенностей, резко отличающих их от ^[16]

костей руки современного человека, с признаками, характерными ∣⁴для последнего. Кисть Homo habilis способна к силовому зажиму огромной мощности. Об этом, в частности, свидетельствуют нео­бычайно широкие ногтевые фаланги и общая массивность труб­чатых костей кисти [Хрисанфова, 1967]. Обладала ли она в равной степени способностью к тонким движениям, характерным для руки современного человека, — неясно. Во всяком случае рука Ното habilis была вполне способна к изготовлению грубых каменных орудий, найденных в пачке I Олдувайского ущелья.

Кости стопы по большинству особенностей находятся в преде­лах их вариаций у современного человека.

Таким образом, о промежуточном положении Homo habilis между австралопитековыми обезьянами и питекантропами свиде­тельствуют его физическое строение, стратиграфическое место, а также абсолютные даты.

За измеряемый сотнями тысячелетий промежуток времени, в течение которого существовали Homo habilis, их физическое строение почти не изменилось. Это контрастирует с более быстрыми изменениями морфологии питекантропов, неандертальцев и мо­жет рассматриваться как специфическая особенность самого начального этапа развития людей, особенность, напоминающая развитие австралопитековых.

Каменные орудия, происходящие из пачки I Олдувайского ущелья, техника, хозяйство и образ жизни древнейших людей _λбудут охарактеризованы ниже (с. 58—67). А сейчас надо отметить, ; что приведенная интерпретация остатков Homo habilis, хотя и раз­деляется большинством антропологов и археологов, не является бесспорной. Нет оснований сомневаться в намеренной обработке найденных в пачке I каменных изделий. Но некоторые исследова­тели — В. П. Якимов, В. И. Кочеткова и др. — считают, что они еще не представляют собой настоящих орудий человека и что изго­товлявший их Homo habilis еще не был человеком в соб­ственном смысле слова, а лишь стоял на пороге очеловечения. Такой скепсис вызван весьма примитивным строением Ното habilis, тем, что он по своей морфологии тесно примыкает к австра- лопитековым. Названные исследователи относят Homo habilis к австралопитековым обезьянам. Но и среди ученых, признающих Homo habilis человеком (к ним принадлежит и автор этой книги), , одни рассматривают его как древнейшего архантропа, более древ­него и примитивного, чем также относящиеся к архантропам пите­кантроп и синантроп. Другие же выделяют Homo habilis в особый вид, предшествующий Homo erectus.^[17]К последнему они относят

яванского и олдувайского питекантропов, синантропа, атлантропа и т.

Homo habilis, вероятно, был распространен достаточно широко [Урысон, 1966, 1976; Pilbeam, 1972, 1975]. На территории Респуб­лики Чад, в 600 км к северо-востоку от Нджамены, в 1961 г. найден обломок черепа чадантропа, имевшего, судя по сопровождающим фаунистическим остаткам, древность около 1 млн лет. Физическое строение чадантропа обнаруживало признаки как австралопите­ковых, так и питекантропов. С ним не найдено каменных орудий, но изделия олдувайской эпохи в этом районе встречаются.

Выдающиеся открытия в Олдувайском ущелье явились толчком для развертывания в конце 60-х и в 70-х гг. широких разведок и раскопок в Кении, на берегах оз. Туркана, и в Эфиопии (рис. 6). Они проводились международной экспедицией под руководством французских, американских и кенийских археологов, антропологов и палеонтологов (К. Арамбур, И. Коппен, Ф. К. Хауэлл, Р. Лики и др.). Эти работы доставили важные материалы для разрешения проблемы распространения первых людей, их возраста и культуры.

В Кении, в местонахождении Кооби-Фора, в 1970 г. обнаружен культурный слой, имеющий калий-аргоновую дату 2.6 млн лет и содержащий каменные изделия олдувайской эпохи. Эти древней­шие из известных человеческих орудий почти на-1 млн лет старше орудий из самых нижних слоев Олдувайского ущелья. Находки в Кооби-Форе, таким образом, позволяют утверждать, что люди выделились из животного состояния уже 2.6 млн лет назад, если не раньше. В Кооби-Форе найдены кости австралопитековых обезьян. Часть костей, возможно, принадлежит Homo habilis.

В долине р. Омо, на юго-западе Эфиопии, изучены древние отложения, достигающие общей мощности 1000 м и охватывающие период продолжительностью более 3 млн лет. В этих отложениях открыты олдувайские каменные орудия, имеющие древность от 1.9 до 2.2 млн лет, а также большое число костных остатков различ­ных австралопитековых обезьян, возраст которых 2—4 млн лет. Некоторые из них, относительно более поздние, тоже могут принадлежать Homo habilis.

Вполне вероятны находки в будущем остатков Homo habilis и их культуры и в других частях Африки, а также на юге Азии и Европы.

ПИТЕКАНТРОПЫ (HOMO ERECTUS]

И ИХ РАСПРОСТРАНЕНИЕ. ЯВАНСКИЕ ПИТЕКАНТРОПЫ. СИНАНТРОП. НАХОДКИ КОСТНЫХ ОСТАТКОВ ДРУГИХ АРХАНТРОПОВ В АЗИИ, ЕВРОПЕ И АФРИКЕ

В 70-х гг. XIX в., после того как работами Ч. Дарвина было доказано происхождение человека от ископаемых обезьян, последователь Дарвина Э. Геккель построил родословное древо

Рис. 10. Питекантроп. Реконструкция А. П. Быстрова.

животного мира от простейших животных до человека. Чтобы заполнить разрыв между ископаемыми человекообразными обезьянами и человеком, Геккель поместил в него промежуточную переходную форму, названную им обезьяночеловеком, или пите­кантропом. Какие-либо остатки такого питекантропа не были известны, но Геккель исходя из учения Дарвина доказывал, что питекантроп должен был существовать. Костные остатки обезьяно­человека Геккель рекомендовал искать на юго-востоке Азии, в тех районах, где в настоящее время водятся человекообразные обезьяны и где можно было предположить наличие на рубеже четвертичного периода наиболее благоприятных условий для очеловечения обезьян.

К гипотезе Э. Геккеля присоединился голландский исследова­тель Е. Дюбуа. В 1887 г. он отправился на юго-восток Азии на поиски остатков предсказанного Геккелем обезьяночеловека — этого недостававшего звена (распространенный в науке англий­ский термин — missing link) в общей цепи развития живых су­ществ. Сначала Дюбуа поехал на Суматру, но там ему не удалось обнаружить древних геологических слоев. И в 1890 г. он перенес работы на Яву. Здесь и произошло знаменательное событие — Дюбуа нашел то, что искал. В 1891 и 1892 гг. им были открыты близ Триниля в геологических отложениях, относящихся к началу четвертичного периода, черепная крышка, два коренных зуба и бедренная кость существа, совмещавшего признаки человека и обезьяны, того самого питекантропа, находки которого были предсказаны Геккелем (рис. 10). Открытие остатков питекан­тропа явилось настоящим триумфом материалистической науки.

В 1936—1941 гг. кости еще нескольких питекантропов были обнаружены и изучены на о-ве Ява Г. Кенигсвальдом. В их ис­следование внес также крупный вклад Ф. Вейденрейх. На новый этап разработка проблемы питекантропов перешла в 1951 г., после того как поисками и исследованием остатков питекантропов заня­лись индонезийские антропологи, геологи и археологи — С. Сар- тоно, Теуку Якоб и др. Ими было открыто и изучено значительное число черепов и других костей питекантропов, а также впервые получены калий-аргоновые даты для последних. В результате в настоящее время на Яве известны костные остатки нескольких десятков питекантропов, в том числе не менее девяти черепов [Иванова, 1965; Урысон, 1966; Нестурх, 1970; Jacob, 1972, 1973; Koenigswald, 1973а, 1973b; Sartono, 1973].

Наиболее древние из яванских питекантропов относятся к эо- плейстоцену и, судя по новейшим калий-аргоновым датировкам, имеют возраст 1.5—1.9 млн лет. Они представлены черепом ребенка из Моджокерто и черепом «питекантропа IV», найденными вместе с эоплейстоценовой яванской фауной джетис. Этот моджо- кертский питекантроп по своему физическому строению был при­митивнее других яванских питекантропов, занимал в общем про­межуточное положение между ними и Homo habilis. Его объем мозга был несколько меньше 800 см³. Подобно тому как в Восточ­ной Африке Homo habilis и олдувайский питекантроп сосущество­вали с австралопитековыми обезьянами, на Яве моджокертский питекантроп сосуществовал с мегантропами, которые представ­ляли собой форму, близкую к австралопитековым. Кости мегантро- пов найдены в тех же слоях вместе с фауной джетис; одна из челюстей мегантропа была раздавлена зубами большого кроко­дила.

Большая же часть яванских питекантропов относится к ниж­нему плейстоцену и связана с тринильской фауной Явы. На основа­нии калий-аргоновых определений она датируется 500 тыс. — 1 млн лет назад. Их средний объем мозга 860 см³, с колебаниями у от-

Рис. 11. Карта распространения важнейших находок костных остатков австралопитековых обезьян и древнейших людей.

/ — австралопитековые; II —Homo habilis. Homo erectus и близкие к ним формы. / — южноафриканские находки; 2 — находки в Олдувайском ущелье (Танза­ния), в Кении и Эфиопии; 3 — чадантроп; 4— Тернкфин; 5 — Сиди-Абдеррах- ман; 6— Вертешселлёш; 7 — Гейдельберг; 8 — Араго; 9 — Азыхская пещера; 10— питекантроп; 11— находки в пещерах Лаоса; 12 — Ланьтянь; 13 — Чжоукоудянь.

дельных особей от 775 до 975 см³. Климат на Яве был тогда при­мерно на 6°С холоднее, чем в настоящее время. Основная масса растительных остатков, найденных вместе с тринильской фауной, принадлежит субтропической флоре. Питекантропы жили в леси­стой местности, по берегам рек, озер и моря, но не в самой гуще леса. Впрочем, тропические джунгли здесь в нижнем плейстоцене и не были распространены.

На Яве вместе с костями питекантропов не было найдено камен­ных орудий. Вероятно, это в значительной степени связано с тем, что кости питекантропов были перенесены и переотложены пото­ками лавы, разрушившими остатки их стойбищ. Есть основания думать, что часть яванских питекантропов, кости которых дошли до нас, даже погибла в результате вулканического извержения, если не была съедена тиграми. Во всяком случае физическое строе­ние яванских питекантропов в сопоставлении с физическим строением других азиатских, африканских и европейских архан- тропов, вместе с остатками которых найдены принадлежавшие им каменные орудия, позволяет утверждать, что яванские питекан­тропы уже систематически изготовляли орудия. Многие исследова­тели предполагают, что древнепалеолитические патжитанские

Рис 12. Синантроп. Реконструкция Μ. М. Герасимова.

каменные орудия, напоминающие древнеашельские и найденные на Яве без сопровождающих палеонтологических и палеоантропо­логических остатков, были изготовлены питекантропами или их не очень отдаленными потомками. В последнее время Г. Кенигсвальд выдвинул предположение, что питекантропам принадлежала сангиранская каменная индустрия Явы; обычно ее датировали более поздней эпохой, временем существования неандертальского человека.

Архантропы (Homo erectus), к которым относятся яванские питекантропы, были распространены в эоплейстоцене и в нижнем плейстоцене далеко за пределами Индонезии и Восточной Африки, Один из наиболее известных и выразительных их представите­лей — синантроп, иначе — питекантроп пекинский или китайский питекантроп.

Остатки синантропа открыты на севере Китая, у сел. Чжо- укоудянь, примерно в 50 км к юго-западу от Пекина (рис. И). В холмистой местности, в скальных расщелинах и пещерах, распо­лагается ряд разновременных местонахождений костей ископае­мых животных. Пять из них содержат также первобытные камен­ные орудия. Наиболее достопримечательно местонахождение № 1

Рис. 13. Синантроп.

/ — общий вид местности Чжоукоудянь; 2 —раскопки местонахождения синантропа; 3— разрез местонахождения синантропа (косая штриховка — скала, точки — заполнение скальной расще­лины, черные кружки — находки костей синантропов, черные волнистые линии — слои с остат­ками культуры синантропа); 4— череп синантропа; 5 — женщина-синантроп (реконструкция Μ. М. Герасимова); 6— каменные орудия синантропа.

(«Локус 1»), представляющее собой огромную открытую пещеру на склоне холма. Здесь в 1927—1937 и в 1949—1966 гг. проводи­лись систематические раскопки под руководством Пэй Вэнь-чжуна, Ян Чжун-цзяня, Цзя Лань-по, Д. Блэка, П. Тейяр де Шардена и других исследователей [Ефименко, 1953; Пэй Вэнь-чжун, 1954; У Жу-кан, Чебоксаров, 1959; Иванова, 1965; Урысон, 1966; Нестурх, 1970; Ларичев, 1969, 1972]. Раскопки обнаружили черепа и другие кости более чем 40 синантропов, а также остатки их куль­туры. По своему физическому развитию синантроп близко напа- минал яванского питекантропа, но ушел вперед от него (рис. 12; 13, 4, 5).Объем мозга колебался от 915 до 1225 см³, составляя в среднем около 1050 см³. Средний рост мужчин был 162—163 см, а женщин 152 см.

Синантроп являлся одним из самых поздних архантропов. Часть исследователей относит его ко второй половине минделя (конец нижнего плейстоцена) и датирует до 500 тыс. лет назад. Другие же относят его к миндель-риссу (начало среднего плей­стоцена) и датируют 200—300 тыс. лет назад. Для местонахожде­ния № 1 Чжоукоудяня имеется только одна недавно полученная [Howells, 1973] и недостаточно проверенная абсолютная дата — 300 тыс. лет назад.

Синантропы жили в большой пещере, впоследствии разру­шившейся. Вероятно, эту пещеру они занимали десятки, а может быть, и сотни тысячелетий; только за такое длительное время здесь могли накопиться отложения мощностью до 50 м. В отложе­ниях найдено много приготовленных к использованию синантро­пами грубых бесформенных каменных орудий. Обращает на себя внимание то, что орудия, найденные в основании толщи, не отли­чаются от орудий, найденных в ее самых верхних слоях. Это сви­детельствует об очень медленном развитии техники в начале человеческой истории, о том,, что у древнейших людей орудия и техника их изготовления изменялись на протяжении десятков и даже сотен тысячелетий настолько медленно, что современные научные методы не позволяют отметить эти изменения.

Орудия изготовлялись синантропами главным образом из кварца, а также из известняка, песчаника и изредка из кремня. Гальки песчаника и кварца, которые подвергались обработке, брались из русла протекавшей по соседству реки. Кварц при раскалывании не дает осколков с таким прямым лезвием, как у кремня, обсидиана или кварцита. Но он хрупок и при наличии в нем трещин легко ломается. Поэтому обрабатывать его легко. Эти свойства, возможно, и привлекали древнейших людей, делав­ших самые первые шаги на пути обработки камня и еще не пол­ностью освоивших ценные качества кремня как материала для орудий. Орудия, найденные в местонахождении Кв 1 Чжоукоудяня (рис. 13, 6),представляют собой в большинстве крупные и мелкие бесформенные куски и осколки неправильных очертаний, имеющие по краям или на конце с одной или с обеих поверхностей выщср-

бины — следы заострения рукой человека, а иногда следы грубой оббивки. Отдельные экземпляры можно обозначить как острия, инструменты для скобления, рубящие орудия и т. д. Но устойчивых серий похожих друг на друга экземпляров выделить нельзя. Да и эти грубые орудия попадаются единицами среди многих тысяч бесформенных осколков, отколотых в поисках наилучших. Начи­ная обрабатывать камень, человек, видимо, еще не знал, какие из осколков будут более пригодны для работы.

Большинство орудий синантропов настолько примитивно, что производит впечатление естественных осколков камня. Если бы они не были найдены в палеолитическом культурном слое вместе с костями синантропов и другими остатками культуры последних, их вообще нельзя было бы отнести к категории орудий. Но встречаются и хорошо выраженные отщепы со всеми призна­ками намеренного откалывания рукой человека (см. выше, с. 26— 28) — это так называемые клектонские, нелеваллуазские отщепы, принадлежащие к группе наиболее архаичных примитивных отще- пов и характеризующие в основном олдувайскую и древнеашель- скую технику раскалывания. Отщепы типа леваллуа и мустьерские, имеющие ударные площадки со следами фасеток, здесь отсут­ствуют.

В литературе встречаются указания на наличие у синантропов примитивных костяных орудий — расколотых костей и рогов, заостренных на конце путем натачивания и оббивки. Среди иссле­дователей Чжоукоудяня нет единого мнения по поводу этих пред­метов. Пэй Вэнь-чжун считает, что в действительности здесь речь идет о необработанных костях и что нет оснований говорить о су­ществовании костяных орудий. В противоположность этому Цзя Лань-по признает наличие у синантропов небольшого числа очень примитивных костяных орудий, часть которых могла употребляться для выкапывания из земли корней и клубней диких растений. Отметим, что в Олдувайском ущелье в пачке II вместе с остатками олдувайского питекантропа и в очень небольшом количестве в пачке I вместе с остатками Homo habilis тоже встречены облом­ки костей животных со следами оббивки и заглаживания на конце.

Несомненно, что синантропы пользовались и простейшими деревянными орудиями — палками и дубинами. Но они до нас не дошли.

Важнейшим элементом культуры, сыгравшим огромную роль в развитии первобытного человечества, был огонь. В Олдувайском ущелье, где культурные слои хорошо сохранились и не являются переотложенными, ни с костями Homo habilis, ни с костями олду­вайского питекантропа остатков огня не найдено. Видимо, он еще не был известен. Отложения, в которых залегают остатки яванских питекантропов, переотложены, подверглись разрушению, и поэтому нельзя сказать определенно, знали здесь огонь или нет. А в Чжоукоудяне найдены следы костров — угли, зола, обожжен-

нье камни. Скопление золы достигало на одном участке 6 м в толщину; очевидно, на этом месте в течение очень длительного времени непрерывно горел костер. В качестве топлива еще не использовались ни стволы деревьев, ни кости. Костры поддержива­лись, как об этом свидетельствует анализ происходящих оттуда угтей, мелкими ветками, вероятно собранными или отломанными. Едва ли синантропы умели искусственно добывать огонь. Это достижение более высокой ступени развития. При употреблении в пищу трупов животных, погибших во время лесных или степных пожаров, при собирании корней и клубней на месте пожарища люди могли почувствовать преимущества приготовленной на огне пищи, а также ценные свойства огня. Полученному при пожаре или вулканическом извержении огню не давали угаснуть. Поддержива­ние неугасающего огня подготовило переход людей на следующей ступени развития к его искусственному добыванию. Трудно предпо­ложить, что все группы архантропов, стоявших на той же ступени развития, что и синантропы из Чжоукоудяня, пользовались огнем. Вероятно, первоначально с огнем знакомились лишь некоторые из них.

Важную роль в хозяйстве синантропов играло собирание расти­тельной пищи — плодов, ягод, корней и т. д. В частности, синан­тропы питались маленькими ягодами, напоминавшими вишню; остатки этих ягод найдены в основании отложений Чжоукоудяня. Вместе с тем очень важную роль в хозяйстве синантропов играла охота. В Чжоукоудяне с каменными орудиями и золой перемешаны кости животных, на которых синантропы охотились. Некоторые из костей расколоты для добывания мозга. Основным объектом охоты были гигантские олени, которым принадлежит 70% всех найденных костей. Синантропы охотились также на мелких грызу­нов, медведей, саблезубых тигров, диких лошадей, кабанов, буйво­лов. Иногда добычей становились даже слоны и носороги.

Бесформенность, атипичность каменных орудий синантропа, то, что большая их часть изготовлена из кварца, делает очень затруднительной его точную археологическую датировку. Он бес­спорно относится к начальным этапам палеолита, примерно одно­временен самому концу олдувайской археологической эпохи, древнему ашелю, может быть, началу среднего ашеля (см. выше, с. 17). Более точная археологическая датировка синантропа пока невозможна.

В местонахождении № 1 Чжоукоудяня в настоящее время рас­копана примерно лишь треть культурных напластований, содержа­щих остатки синантропа. Еще не исследованная толща отложений в дальнейшем может доставить много нового и неожиданного для понимания происхождения человека и его древнейшей культуры.

Что касается других археологических местонахождений Чжоу­коудяня, то пункт № 13 немного древнее местонахождения синант­ропа, а № 15—более поздний. Они доставили некоторое коли­чество грубых каменных орудий. Так называемая верхняя пещера

Чжоукоудяня содержит культурные остатки и кости ископаемых людей, относящиеся к позднему палеолиту.

Остатки архантропа, более примитивного по своему физиче­скому строению и более древнего, чем синантроп из Чжоукоудяня, найдены китайскими археологами в 1963—1964 гг. в Ланьтяне, примерно в 900 км к юго-востоку от Пекина (пров. Шэньси). Это так называемый ланьтяньский синантроп, сближаемый с древней­шими, моджокертскими питекантропами, которые сопровождаются фауной джетис. Его предположительно относят к нижнему плей­стоцену и датируют 500—600 тыс. лет назад. Однако новые калий­аргоновые даты, полученные для моджокертского питекантропа (1.9 млн лет), вероятно, заставят удревнить и ланьтяньского пите­кантропа. Объем его мозга был меньше 800 см ³; возможно, при­ближался к 750 см ³. С ним найдены многочисленные фаунистиче­ские остатки. Поблизости обнаружены каменные изделия, в том числе отщепы и ручные рубила, но связь последних с человече­скими костями твердо не установлена.

В нескольких пещерах Лаоса и Вьетнама в отложениях, отно­сящихся к нижнему плейстоцену и к началу среднего плейстоцена, найдены зубы ископаемых людей, сближаемых с синантропами [Борисковский, 1971]. Очевидно, в начале палеолита архантропы были широко распространены в Юго-Восточной Азии.

В Европе достоверные и обстоятельно изученные костные остатки архантропов, в общем близких по времени пекинскому синантропу, найдены в четырех местах. Это не сопровождающаяся бесспорными археологическими находками очень массивная гей­дельбергская челюсть, обнаруженная еще в 1907 г. недалеко от г. Гейдельберга, у дер. Мауэр (ФРГ). Одни исследователи относят ее к гюнц-миндельскому времени,, другие — к минделю (см. выше, с. 8—10). Таким образом, она примерно одновременна древне- ашельской археологической эпохе, может быть, непосредственно ей предшествует. В Венгрии, на стоянке Вертешсёллёш, относящейся к миндельскому времени, Л. Вертеш, производя в 1963—1968 гг. раскопки, обнаружил обломки черепа взрослого архантропа, напо­минавшего синантропа, но несколько превосходившего последнего по уровню физического развития, и обломки зубов семилетнего ребенка, видимо относившегося к архантропам (см. ниже, с. 68). Обломок человеческого зуба, также, по-видимому, принадлежав­ший архантропу и датируемый нижним плейстоценом (гюнц- миндель), открыт вместе с остатками ископаемой фауны и с при­митивными каменными изделиями на территории Чехословакии, в Пржезлетице, недалеко от Праги [Fejfar, 1976; Fridrich, 1972]. Наконец, интересные находки сделаны в пещере Араго, в Тотавеле (юг Франции, деп. Восточные Пиренеи), в культурном слое, отно­сящемся к началу рисса. Слой содержал кости пещерного медведя, мосбахской лошади, носорога Мерка, северного оленя и других животных, а также примитивные каменные орудия, напоминающие древний тейяк (вариант или путь развития древнепалеолитической

техники, относящейся в основном ко времени перехода от шмеля к мустье) и обнаруживающие вместе с тем некоторые аналогии орудиям из Вертешсёллёша. Здесь А. и М.-А. Люмлей нашли во время раскопок 1969—1971 гг. две нижние челюсти архантро- ііов.Они обнаруживали сходство с гейдельбергской челюстью и с челюстью из Азыхской пещеры в Азербайджанской ССР (см. ниже, с. 98). Одна челюсть принадлежала 20-летнему мужчине, другая — женщине 40—55 лет. Был также открыт череп 20-лет­него архантропа [La Prehistoire..., 1976].

Значительное количество костных остатков архантропов доста­вила Северная и Восточная Африка. В первой это находки у Тер- нифина в Алжире и близ Касабланки в Марокко. У Тернифина в 1954—1955 гг. К- Арамбур обнаружил три нижние челюсти (рис. 14) и обломок черепа человека, весьма близкого к питекан­тропу и синантропу,— так называемый атлантроп мавританский, или тернифинский человек, относимый к раннему минделю. С его остатками найдены кости слона, носорога, гиппопотама, жирафа, махайрода и т. д., а также весьма выразительные каменные орудия, датируемые древним ашелем: ручные рубила, отщепы и др. Вблизи Касабланки, в гроте Сиди-Абдеррахман, П. Биберсон в 1955 г. в культурном слое, содержащем каменные орудия (рубила, отщепы и др.), кости носорога, дикой лошади, газели и других жи­вотных, открыл два небольших обломка нижней челюсти ископае­мого человека. Находка датируется концом миндель-рисса и нача­лом рисса. Часть исследователей считает человека из Сиди-Абдер- рахмана архантропом, близким к атлантропу мавританскому. Однако многие трактуют его уже как неандертальского человека. Обломок черепа архантропа найден в 1973 г. в среднеашельском культурном слое одной из стоянок Мелка-Контуре в Эфиопии, в 50 км к югу от Аддис-Абебы. Наконец, остатки нескольких архантропов (олдувайских питекантропов) найдены над костями Homo habilis в пачке II Олдувайского ущелья.

Что же касается телантропа капского, обломки двух нижних челюстей которого открыты в пещере Сварткранс на территории ЮАР, то большинство исследователей относит его к архантропам, сближая с примитивными питекантропами из нижней части пачки II Олдувайского ущелья.

Все названные представители архантропов многими исследова­телями убедительно причисляются к одному виду (реже — к одному роду) — Homo erectus.^[18]Между ними существует ряд морфологических различий. В отдельных случаях различия имеют хронологическое, стадиальное значение, выражаются в большей или меньшей примитивности. Homo habilis, возможно, являлся представителем наиболее ранней и примитивной стадии развития того же вида (рода). К несколько более позднему этапу этого раз-

Рис. 14. Нижняя челюсть атлантропа из Тернифина.

вития Относятся находки в нижней части пачки II Олдувайского ущелья, моджокертские питекантропы с Явы и ланьтяньский си­нантроп. А архантропы из Вертешсёллёша и синантропы из Чжоу- коудяня характеризуют наиболее позднюю стадию.

Переходя к общему описанию физического строения архантро- пов, следует отметить, что они примерно на 30 см выше ростом, чем Homo habilis. Череп характеризуется наличием сплошного, очень массивного надглазничного валика. Стенки черепа толстые. Мозг архантропов был крупнее, чем у их предшественников. Его объем колебался от 750 до 1225 см ³при средней величине 1000 см ³. Обращает на себя внимание наряду с общим увеличением череп­ной коробки по сравнению с человекообразными обезьянами увели­чение высоты ее свода. Эндокранные слепки, как показали иссле­дования В. И. Кочетковой [1973] и Ю. Г. Шевченко [1971], свидетельствуют не только о существенном увеличении объема мозга архантропов, но и об усложнении его структуры. Разра­стание коры больших полушарий шло неравномерно по областям. Некоторые ее участки, получили особенно быстрое развитие; они расположены в теменной области, в нижнелобной и в верхней зад­ней части лобной доли, т. е. в зонах коры, связанных со специфиче­скими функциями труда и речевого общения. Произошла, таким образом, качественная перестройка коры головного мозга. На эндокранах яванских питекантропов выражена значительная асимметрия борозд и извилин головного мозга. В левом полушарии нижняя лобная извилина носит более гоминидный характер, чем в правом, возможно, в связи с развитием праворукости, пользова­ния при работе по преимуществу правой рукой. Как известно, эта особенность отличает человека от всех животных. Она уже была

выражена у яванских питекантропов и еще лучше заметна у си­нантропов из Чжоукоудяня. Значительное прогрессивное развитие, испытанное у яванских питекантропов нижнетеменной областью, свидетельствует об усилении познавательной и целенаправленной их деятельности по сравнению с австралопитековыми и с Ното habilis. На основании изучения эндокранных слепков Шевченко высказывает предположение [1971], что у яванских питекантропов еще не имела места даже артикуляция звуков; можно предполагать лишь мимические двигательные функции и гортанные нечленораз­дельные звуки. Мозг синантропов находился по всем этим призна­кам на несколько более высокой ступени развития. Суммируя, отметим, что главной особенностью в эволюции мозга древних лю­дей было появление и развитие специфически человеческих обла­стей, с помощью которых осуществляются трудовые процессы, понятийное мышление и членораздельная речь [Кочеткова, 1973].

Нижняя челюсть архантропов массивная и широкая. Подборо­дочный выступ отсутствует. Зубы крупные, _i

Кости конечностей архантропов и на Яве, и в Чжоукоудяне сохранились в значительно меньшем количестве, чем их черепа. Иногда это связывают с тем, что многие из них пали жертвой тиг­ров, а тигр, нападая на человека, обычно не съедает только голову [Jacob, 1972]. Во всяком случае строение рук и ног архантропов нам известно не в достаточной степени. Еще сравнительно прими­тивный, в общем обезьяноподобный череп сочетался у них с ко­стями конечностей современного человеческого типа. Успехи в овладении двуногой походкой, достигнутые Homo habilis, были архантропами закреплены. Руки их целиком сосредоточены на тру­довых процессах, хотя по своему строению еще существенно отли­чались от рук современного человека.