§ 1. Органы внутренних дел в 1945-1953 гг.

В декабре 1945 г. наркомом внутренних дел стал С. Н. Круглов. В приемо-сдаточном акте дел были указаны следующие задачи НКВД: борьба с бандитизмом и повстанческими формированиями, охрана го­сударственных границ СССР, борьба с уголовной преступностью и хи­щением социалистической собственности, охрана общественного поряд­ка и личной безопасности граждан СССР, организация проведения па­спортной системы, обеспечение изоляции преступников и их трудовое использование, содержание, охрана и трудовое использование военно­пленных и интернированных, охрана железнодорожных сооружений и особо важных предприятий промышленности, организация пожарной охраны и местной противовоздушной обороны, борьба с детской беспри­зорностью и безнадзорностью, выполнение оборонных и народнохозяй­ственных заданий правительства (строительство оборонительных рубе­

жей, военно-морских баз, аэродромов, заводов и предприятий промыш­ленности, железных и шоссейных дорог, промышленная добыча золота, олова, никеля, угля и т.

С окончанием войны союзные наркоматы реорганизуются в ми­нистерства, в марте 1946 г. НКВД становится МВД СССР. Но на этом организационно-штатные изменения не закончились, периодические разделения-объединения органов МВД (НКВД) и МГБ (НКГБ) продол­жались до середины 1950-х гг. В 1947 г. из МВД в МГБ были переданы вну­тренние войска, транспортная милиция, в 1949 г. — пограничные войска, милиция. До 1953 г. милиция подчинялась МГБ, как в 1931-1934 гг. — ОГПУ. Очевидна тенденция к постепенному усилению МГБ за счет пе­редачи ему оперативных подразделений и кадров из МВД. Напротив, к 1953 г. МВД СССР превратилось в относительно небольшое ведом­ство, занятое производством и строительством с использованием в ка­честве рабочей силы заключенных, пленных, спецпоселенцев. Таким об­разом, практика руководства милицией и уголовным розыском со сторо­ны органов госбезопасности сохранялась.

Обеспечение общественного порядка и борьба с преступностью в первое послевоенное десятилетие значительно осложнились массовой миграцией населения: возвращались на родину эвакуированные, демо­билизованные, репатрианты. Невероятно тяжелые материальные усло­вия жизни населения обусловили рост преступности. Произошел всплеск бандитизма. Свою роль сыграли и неоднократные крупномасштабные ам­нистии, особенно большие в 1945 и 1953 гг. Ситуация усугублялась тем, что в органах милиции был большой (от 7 до 50%) недокомплект сотруд­ников. Причиной этого были как значительные потери на фронтах войны, так и плохое финансирование. В этих условиях сделана ставка на фронто­виков. Было применено и одно из испытанных средств — партийные мо­билизации, позволившие улучшить количественные показатели, но на из­менение качества кадров нужны были средства и время.

В целях усиления борьбы с преступностью в этот период были при­няты некоторые организационные меры. 16 мая 1946 г. упразднен адми­

нистративный отдел ГУМ и его органы на местах. Их функции передают­ся паспортному отделу ГУМ МВД и его местным органам. В 1946 г. вместо отдела уголовного розыска в Главном управлении милиции МВД СССР было создано Управление, деятельность уголовного розыска организо­вывалась на основе территориального принципа. Начальником Управле­ния уголовного розыска был А. М. Овчинников (к руководству уголов­ным розыском страны он пришел еще в 1943 г., начав свою карьеру в ми­лиции с должности участкового инспектора в г. Кунгуре). В 1947 г. были объединены отделы уголовного розыска и отделы по борьбе с бандитиз­мом, мера эта встретила противодействие, специалисты ее оценивали не­гативно, но был и положительный момент — эти службы стали работать в более тесном контакте.

В августе 1947 г. органы милиции крупных городов были переведены на особое положение. Подразделения милиции строились по войсково­му принципу, на них распространялось действие уставов Советской Ар­мии, улучшалось материально-техническое снабжение. Сложность опе­ративной обстановки в стране отразилась и на организации наружной службы. В 1948 г. был введен новый Устав постовой и патрульной служ­бы. Последствием этого стало то, что патрульно-постовая служба мили­ции, носившая до этого эпизодический характер, стала обязательной. В 1947 г. во всех МВД республик были созданы НТО и криминальные музеи для обобщения опыта борьбы с преступностью. Была применена и традиционная мера для Советского государства — усиление политико­воспитательной работы. С 1949 г. в городских и районных отделах мили­ции вводились должности заместителя начальника по политчасти. И на­конец, как было указано выше, в 1949 г. милиция и уголовный розыск были переданы в МГБ, причем в условиях новой волны репрессий орга­ны милиции должны были стать дополнительным инструментом их про­ведения. Эта мера как способ улучшения деятельности милиции себя не вполне оправдала, хотя численность милиции была увеличена на 15%.

Проблема повышения профессионализма кадров оставалась острой и в последующие годы. Более половины представителей командного со­става не имели даже среднего образования, и только у 1% сотрудников было высшее и незаконченное высшее образование. 22 августа 1950 г. ЦК ВКП(б) и Совет Министров СССР приняли постановление о рабо­

те милиции ¹, в котором большое внимание уделялось профилактике пре­ступлений, усилению борьбы с хищениями собственности, укреплению общественного порядка и укомплектованию милиции кадрами. Во ис­полнение этого решения в ее ряды было направлено 800 специалистов с высшим образованием, увеличена численность слушателей Московской высшей школы милиции, открыты средние специальные школы милиции в Москве, Хабаровске, Минске и Ростове-на-Дону.

В управлениях милиции краев и областей была введена должность помощника начальника управления, который являлся также начальни­ком отдела БХСС. В целях закрепления кадров в отделах БХСС издан при­каз МВД СССР, согласно которому все ответственные сотрудники этих аппаратов отстраняются от работы или переводятся по службе только с санкции отдела кадров МВД СССР.

Среди основных направлений деятельности милиции в послевоен­ное время мы уже отметили участие в подавлении политического банди­тизма. Но многие воровско-грабительские банды и формирования не ста­вили перед собой никаких политических целей. Специалист по организо­ванной преступности в СССР А. Гуров изучил дела более 40 бандитских групп, разоблаченных в период с 1946 г. по 1959 г., и пришел к выводу, что их «подвиги» куда скромнее, чем дела нынешних бандитов. Так, одна бан­да из 17 человек причинила ущерб на сумму в 3 тыс. руб. Однако для того времени они были серьезной угрозой обществу. Наиболее знаменитая из банд, о которых говорила вся Москва, была банда «Америка» (разоблаче­на в 1949 г.). ^[195]

В 1950 г. появилась новая, которую не удавалось ликвидировать в те­чение трех лет.

В ноябре 1952 г. была разоблачена уникальная преступная органи­зация, созданная дезертиром Павленко. Организация имела название «УВР-2» (Управление военных работ), действовала как настоящая во­инская часть. Ее члены — дезертиры, уголовники, родственники Пав­ленко — в период войны занимались грабежами, хищениями в тылу армии. Они носили форму, даже получали правительственные на­грады по фиктивным представлениям. В 1945 г. бандиты вынуждены были «демобилизоваться». В 1948 г. Павленко возродил организацию под названием «Управление строительных работ». В момент ее ликви­дации она располагала тремя сотнями бойцов в нескольких областях юго-запада СССР.

Оперативно-розыскная работа была одним из основных направ­лений деятельности милиции, нацеленной на раскрытие и предотвра­щение преступлений. В послевоенные годы она находилась не на долж­ном уровне, о чем говорил главный показатель ее низкой эффективно­сти — плохая раскрываемость преступлений. Причины были как объек­тивные, так и субъективные. Субъективная состояла в том, что многие кадры уголовного розыска не имели достаточной подготовки. Объек­тивная же заключалась в том, что все основные силы органов внутрен­них дел, общественных организаций были брошены на борьбу с банди­тизмом.

Работники милиции не только расследовали преступления о хище­ниях, но и заботились о сохранности государственного имущества, на­пример зерна.

спекуляцией. Основной ее задачей, особенно аппарата БХСС, являлось возмещение государству причиненного ущерба, но решалась эта задача чрезвычайно трудно, в 1949 г. возвращалась приблизительно третья часть похищенного.

В первые послевоенные годы наружная служба, кроме традиционных задач по поддержанию порядка на улицах, площадях, в парках и других общественных местах, решала специфические проблемы, вызванные по­следствиями войны. Это, во-первых, борьба с детской беспризорностью. В 1951 г. милиции было дано право устраивать юношей и девушек, содер­жащихся в детских домах и приемниках-распределителях, на предприятия промышленности, сельского хозяйства. Во-вторых, наружная служба ока­зывала помощь уголовному розыску в борьбе с рецидивной преступно­стью. В-третьих, наружная служба боролась с самогоноварением ^[196].

Одной из проблем, с которой столкнулись органы милиции в после­военные годы, явилось распространение ложных слухов о ее деятельно­сти, состоянии преступности в стране. Закрытость системы органов вну­тренних дел, засекреченность информации об их деятельности, оправ­данная в определенной степени в тех или иных аспектах, превратилась в тормоз развития системы и препятствие качественного выполнения своих функций. В сознании граждан преступность достигает небыва­лых размеров, а авторитет служб правопорядка заметно снижается. От­сутствие информации о состоянии преступности привело к паническому страху, хотя уровень ее не достигал в 1946-1947 гг. довоенного. Домыс­лы об ужасных преступлениях, низкой эффективности работы милиции были присущи не только рядовым гражданам, но и руководящим работ­никам. Попытки руководства МВД представить реальную картину встре­чались с недоверием и воспринимались как укрывательство от партий­ных и советских органов истинного положения вещей. Подобная ситуа­ция негативно отражалась на работе сотрудников МВД. Слухи достигали верхов партийно-государственного аппарата и возвращались уже в виде организационно-кадровых выводов и проработок сотрудников МВД за плохую работу. Разговоры о неуловимых преступниках способствова­ли падению авторитета милиции у населения. В целях улучшения обра­за милиции предлагалось печатать материалы о результатах ее работы и даже создать специальный журнал. Идея была реализована лишь во вто­рой половине 1950-х гг. ^[197]