Анафорическое отношение

1. Анафорическое отношение — особый вид отношений между словами, на­столько особый, что само его рассмотрение в главе, посвященной синтаксису, ос­тается спорным. Анафорическое отношение — это отношение между словами или словосочетаниями, непосредственно (синтаксически) не связанными между собой: «в смысл одного выражения входит отсылка к другому» [Лингв.

В. Вересаев с негодованием писал:

«Иван Петрович подошел к столу. Он был очень весел».

Прочитав что-нибудь подобное, всякий считает себя обязанным притвориться идиотом и опросить'.—Кто был весел? Стол?

Гомер нисколько не стесняется говорить', «он побежал», раз по смыслу понятно, о ком идет речь, хотя бы в предыдущей фразе дело шло о столбе («Записи для себя»).

Следует признать, что негодование Вересаева вполне обоснованно: львиная доля случаев обыгрывания анафорических отношений падает на ошибочное ука­зание антецедента — первого члена анафорического отношения. Приведем лишь несколько примеров из множества имеющихся.

(1) Не успела доярка слезть с трибуны, как на нее забрался председатель колхоза.

(2) «Кася повесила скворца в комнату профессора. Каждый вечер она подставляла к нему стул и влезала на него». Господи, помилуй — на кого?! На скворца, на стул или на профессора? (Журн. «Новый Сатирикон», 1914).

(3) Сейчас во всех колхозах формируются гурты бычков-кастратов для нагула. На днях их пригласили на бюро райкома КПСС для утверждения. Среди них и пожи­лые и молодые, коммунисты и беспартийные («Вперед», орган Михайловского РК КПСС Курской обл., 27 апр. 1961).

(4) — Я ни разу не спала со своим мужем, пока мы не поженились,—доверительно сообщила женщина случайной знакомой,—А вы?

—Не знаю, право. А как его зовут?

(5) [А Измайлов издевается над след, фразой Гончарова]: «Если б не эта тарелка да не прислоненная к постели только что выкуренная трубка, или не сам хозяин, лежащий на ней,—то можно было бы подумать, что тут никто не живет».

(6) Думая напугать увивавшегося вокруг него мальчугана, кузнец сунул ему под нос кусок раскаленного металла. «Если вы дадите мне полдоллара, я его лизну»,— сказал парнишка. Кузнец вытащил монету и отдал ее мальчику. Тот, ни слова не говоря, взял монету, лизнул ее, положил в карман и, весело насвистывая, побе­жал прочь.

(7) Инженер Фунин заказал нанять квартиру для его новой содержанки и просил старую, т. е. Елену Михайловну, сбыть кому-нибудь (А. Чехов, Делец).

(8) Он [Васенька] стал что-то очень глупо острить насчет моего зонтика, но Жан сразу поставил его наместо (конечно, Васеньку, а не зонтик), и мы поехали на­слаждаться воздухом (Тэффи, Из весеннего дневника).

2. Нередко авторы вносят уточнения там, где они излишни,— с целью дискре­дитации описываемого лица:

(9) Примите дар—певца поблёкнувший портрет.

Он стоил три рубля (портрет, а не поэт)

(И. К. Прутков).

(10) Отдай Лике почтовую бумагу, а то она, т.е. бумага, заплеснеет (А. Чехов — М. П. Чеховой, 16 мар. 1891).

3. Интереснее случаи, затрагивающие другие структурные особенности чле­нов анафорического отношения.

Обыгрывается, в частности, затруднительность замены некоторых именных групп анафорическими местоимениями, ср.:

(1) Не говори о человеке дурно. Ведь и ты — он (С. Лец) — нужно повторить сущест­вительное: ведь и ты человек

(2) Выдающиеся события, метеорология, пророчества (...) В Рыбинске недоумение. Восх. сол. 5 н. 21 м. Зах. его же б ч. 45 м. (А Чехов, Календарь «Будильника» за 1882 год).

(3) Он [Чичиков] отвечал, что уже имел счастье нечаянным образом познако­миться', попробовал еще кое-что сказать, но кое-что совсем не вышло (Н. Го­голь, Мертвые души, т. 1, VIII).

Интересно, что замена в (3) неопределенного местоимения анафорическим не уменьшила бы аномальности фразы,— ср.

(4) В одном обществе очень пригоженькая девица сказала Кульковскому:

— Кажется, я вас где-то видела.

—Как же, сударыня!— тотчас отвечал Кульковский,—я там весьма часто бы­ваю (Рус. лит. анекдот).

Единицы, входящие в состав фраземы, также не могут заменяться анафориче­скими местоимениями, ср.:

(5) ...голос его прервался', беднягу душили рыдания, и душили они его добрых мину­ты две (Л. Кэрролл. Алиса в стране чудес, в пер. Б. Заходера).

(6) —Всё бы ничего, но вот Герцогиня, Герцогиня! Она придет в ярость, если я опоздаю. Она именно туда и придет! (Л. Кэрролл, Алиса в стране чудес, в пер. Б. Заходера).

(7) —Мне бы,—говорит,—перед смертью на лоно природы поехать, посмотреть, какое это оно. Никогда ничего подобного в своей жизни не видел (М. Зощенко, Голубая книга. Деньги).

4. Нередко обыгрывается противоположный случай — повторение именной группы вместо замены ее местоимением, ср.:

(8) «Эвона- Земляк-то, земляк што докладывает»,—умилялся Матвей Моржов', и взяв двумя пальцами огурец, огурец и откусывал (А. Белый, Петербург, II).

(9) Господин Голядкин ясно видел, что настало время удара смелого, время по­срамления врагов его. Господин Голядкин был в волнении. Господин Голядкин почувствовал какое-то вдохновение- (Ф. Достоевский, Двойник, IV).

5. Интересный пример анафорического отношения, где анафорическое ме­стоимение (его) не имеет антецедента, содержится в письме А. Пушкина Н. Гнеди- чу(27 июня 1822):

...не предвижу конца нашей разлуки. Здесь у нас молдованно и тошно, ах, боже мой, что-то с ним делается — судьба его меня беспокоит до крайности — напиши­те мне об нем, если будете отвечать.

Вместо антецедента дается намек на него, понятный адресату: Пушкин не­однократно обыгрывал сочетания кюхельбекерно и тошно, молдованно и тошно, восходящие к фамилии его лицейского товарища Кюхельбекера; его-то судьба как раз и беспокоит Пушкина.

Сложности в определении антецедента обыгрываются и в след, шутке:

(10) Воспитание детей было очень суровое.

6. Кроме «классических» анафорических слов (он, она, оно, они), в анафори­ческой функции используются (особенно при пересказе, в том числе в художест­венном повествовании) и дейктические слова (этот — тот, здесь — там, сегодня — вчера—завтра ит. д.) (см. [Апресян 1995: т. 2,630 и сл.]). Их обыгрыва­ние также связано со сложностью в определении антецедента:

(1) В одном нашем российском провинциальном городе, над магазином детских кроватей, была вывеска, изображавшая ребенка в люльке, под которой была подписы «Сих дел мастер» (Энцикл. весельчака).

(2) Что посеешь, то и пожнешь. (Этим доказывается пустота и бессмысленность хлебопашеского занятия) (Журн. «Сатирикон»).

(3) Доктор. Гм! Я никак не могу поставить точного диагноза. Думаю, что всё это из-за пьянки.

Пациент. О, я вас понимаю, доктор. Прикажете прийти в другой раз, когда вы будете трезвым?

(4) —Мадам! На этой неделе вы сбили уже пять человек Это уже слишком—А сколько можно?

(5) Егор Лигачев (видный коммунистический деятель): -Тут меня обвиняют, будто я брал взятки- Это невероятно, товарищи, но это факт! (1989 г.).

7. Дейктические слова в собственно дейктической функции обыгрыва­ются редко, ср.:

(6) [Коньков объясняет старичку, как он оказался в чужой квартире]: «Па-азвольте! Меня сам Данилов пригласил-» Старичок похлопал его по плечу и той же рукой показал наверх. «Там Данилов! Там! Поняли?» «Умер?» — догадался Коньков и сра­зу взял себя в руки, чтоб не малодушничать- «Наверху он!— надрывался стари­чок—Наверху живет. В третьем этаже» (Тэффи, Страшный ужас).

(7) В переполненном автобусе девушка взялась за руку, как она полагала, своей спутницы. И вдруг она обнаруживает, что держится за руку незнакомого муж­чины. Придя в великое замешательство, она восклицает'.

— О, простите, я взялась не за ту руку!

—Пожалуйста, вот вам моя другая рука, мисс.

В (6)—(7) подчеркивается неопределенность указательных местоимений, ко­торая в ряде случаев может приводить к недоразумениям.

Говорящие обращают внимание на «странность» слов в анафорической функ­ции: они не имеют строгой референциальной закрепленности,— хамелеоны, ме­няющие расцветку с изменением обстановки:

(8) [Мартышка — гостям, которых накануне она пригласила «на завтра»]:

— Что вы! Приглашенья /Я не отменяла.

Но ведь я сказала-. /Завтра приходите,

А теперь — сегодня, / Так что погодите (Б. Заходер, Мартышкин дом).

(9) На улице пьяный спрашивает прохожих.

— Скажите, где здесь противоположная сторона?

Ему показывают.

—Как?!А там говорят, что здесь!