Культура речи и другие науки

Учение о культуре речи тесно связано с другими науками — лингвистическими и нелингвистическими.

Среди лингвистических наук — это прежде всего курс современного русского языка, являющийся базой для синхронного изучения норм литературного языка на всех его уровнях.

Очевидна связь культуры речи с лексикологией и семасиологией. Такие коммуникативные качества речи, как точность и логичность, не могут реализоваться без последовательного описания лексических значений слов, их соотнесенности "с миром вещей и миром идей" (Б.Н. Го­ловин). Лексическими значениями слов обосновывается их семантическая, смысловая сочетаемость, которая прямо соотносится с точностью и логичностью речи.

Показывать исторические изменения тех или иных способов языкового выражения, тенденции их развития помогают историческая грамматика и история русского литературного языка.

[ 82 ]

Диалектология предлагает носителям языка широкий выбор разнообразных средств языкового выражения из многочисленных говоров, из неисчерпаемых источников народной речи.

Особенно тесное взаимодействие культуры речи с лексикографией. Создан ряд ортологических, специальных словарей и пособий по культурноречевой проблематике: Правильность русской речи: Словарь- справочник. 2-е изд. (М., 1965); Трудные случаи употребления однокоренных слов русского языка (М., 1968), Краткий словарь трудностей (М., 1968), Трудности русского языка: Словарь-справочник журналиста, 2-е изд. (М., 1981), Трудности словоупотребления и варианты норм русского языка (Л., 1974); Грамматическая правильность русской речи (М., 1976); Словарь трудностей русского языка (м., 1984)³² и др.

Тесная взаимосвязь существует между культурой речи и стилистикой. В отличие от других лингвистических наук, изучающих строй языка, культура речи и стилистика изучают функционирование языковых средств, дают оценку качественной стороны их употребления в речи.

Стилистика, определяя целесообразность употребления языковых элементов в той или иной сфере общения в соответствии с темой высказывания, ситуацией и целью общения, опирается на нормы литературного языка. Культура речи, в свою очередь, определяя нормы литературного языка, опирается на функциональную стилистику, учитывая закономерности функционирования языковых средств в различных стилях. Культура речи, таким образом, предполагает владение функциональными стилями. По справедливому замечанию Б.Н. Головина, "культуры речи нет без умения пользоваться стилями языка и создавать и пересоздавать стили речи"³³.

На функционально-стилевую дифференциацию языка, характеристику функциональных стилей опирается системное описание коммуникативных качеств речи. Закономерности отбора и организации языковых средств в каждом стиле оказывают воздействие на коммуника­тивные качества, создают их стилевые варианты. Сравни,

[ 83 ]

например, точность речи в официально-деловом стиле (здесь она предполагает семантическую однозначность, абсолютное исключение разночтений) и точность художественной речи, понимаемую прежде всего как верность образу и определяемую в первую очередь целевой уста­новкой автора на создание образа. Одними стилями речевые качества (к примеру, точность, логичность или выразительность) поддерживаются, усиливаются, культивируются, другими — ослабляются, размываются.

В лингвистике популярной стала мысль о том, что культура речи шире и глубже стилистики, она включает в себя стилистику, но: 1) в аксиологическом аспекте, в плане удовлетворения той или иной речью речестилистических критериев; 2) оценивает саму "стилистическую пра­вильность", внешнюю речестилистическую целесообразность с позиции оценки качества содержания данного речевого произведения (поступка) и качества коммуникативных намерений участников общения, 3) предмет культуры речи шире: он включает речевые виды и разновидности, непосредственно не входящие в сферу стилистики (слухи и сплетни как речедеятельностные разновидности, этико-деловая характеристика речевой деятельности в ситуациях обиходно-деловой жизни и др.)³⁴.

Таким образом, задачи культуры речи и стилистики пересекаются, однако не совпадают полностью.

Культура речи связана также с рядом нелингвистических дисциплин: социологией, психологией, логикой, этикой и эстетикой, литературоведением, педагогикой и др.

13. Культура речи в условиях белорусско-русского двуязычия

Культура русской речи в двуязычной среде продолжает оставаться в центре внимания русистов, педагогов, широких кругов общественности. Свидетельство этому — многочисленные теоретические разработки,

[ 84 ]

представляющие собой вместе с тем и обобщение практического опыта по повышению уровня владения русской речью среди нерусских.

Одной из важнейших является разработка многоаспектной проблемы культуры русской речи в условиях белорусско-русского и русско­белорусского двуязычия, имеющего глубокие исторические корни. Начало его формирования уходит в 30-е гг. XIX в., когда распространение русского языка в Белоруссии значительно активизировалось³⁵. В результате общности происхождения русского и белорусского языков, постоянного их контактирования на всех уровнях языковых систем развивались сходные черты, что, в свою очередь, порождало специфические проблемы культурноречевого характера. А.Е. Михневич дает этому такое объяснение: "Лексико-грамматическая и фонетико-графическая близость русского и белорусского языков — один из важнейших факторов, обу­словливающих легкость, с которой носитель белорусского языка овладевает языком русским, и наоборот. Но близость языков не есть их тождество. Она предполагает наличие наряду с элементами тождества элементов различия. Наглядное подтверждение этому дает анализ русской речи белорусов. Многочисленные факты нарушения русских языковых норм, фиксируемые в русской речи белорусов, как раз и отражают перенос (трансференцию) в нее специфических элементов белорусского языка. Можно предполагать, что у многих белорусов, говорящих по-русски, близость языков создает некоторую иллюзию их тождества, а легкость взаимопонимания, адекватность понимания — несмотря на наличие в речи многочисленных отступлений от норм — эту

иллюзию поддерживают и углубляют"³⁶.

*С этим трудно не согласиться. Близость контактирующих языков порождает дополнительные трудности при общении на каждом из них: в условиях двуязычия нормы одного языка подменяются нормами другого, что приводит к речевым ошибкам. Учителям русского языка и литературы в Белоруссии часто прихо-

[ 85 ]

дится сталкиваться, например, с такими ошибками в сочинениях учащихся: он любил ходить в грибы, капаться в земле. В этом предложении ясно видна подмена русских норм белорусскими: по-русски — ходить за грибами, копаться, по-белорусски — хаДзщь у грыбы, капацца. Еще пример: Вечная травля привела До того, что Пушкин был выслан из лицея в ссылку на юг (по-русски — привела к тому, по- белорусски — привяла Да того).

Как видим, под влиянием белорусского языка нарушена норма управления в русском тексте. В этих (и подобных) случаях проявляется так называемая интерференция, происходящая на уровне языка — речи и со­стоящая в отклонении языково-речевых норм одного языка под влиянием другого. При этом необходимо знать, что интенсивность таких отклонений от норм русского языка — речи может зависеть от общеобразовательного уровня говорящих, их возраста, места жительства (деревня, город) и других причин.

Вопрос об интерференции является одним из актуальнейших в обшей проблеме билингвизма, особенно близкородственного. Главное при этом — разграничение процессов, ведущих к взаимообогащению контактирующих языков и вытекающих из этих процессов явлений "положительной конвергенции"³⁷, и процессов, конечным результатом которых является "негативная конвергенция", служащая отправным пунктом при разработке многообразных вопросов билингвальной ортологии. Необходимо, однако, отметить, что культурноречевой аспект изучения функционирования русского языка в Белоруссии должен включать в себя не только вопросы, связанные с интерференцией, поскольку "культура речи билингва слагается не только из навыков последовательного различения разноязыковых явлений, предотвращения реальных и понимания потенциальных интерференционных ошибок. Ее существенным компонентом служит владение нормами каждого из используемых языков и вне контактирования последних"³⁸.

III.