Согласование по масштабу

И Батюшкова мне противна спесь: Который час, его спросили здесь,

А он ответил любопытным: вечность!

О. Мандельштам

В этих стихах удивляет многое. Во-первых, здесь — значит ли: в нашем мире, а не в каком-то другом? Не странно ли, далее, что Батюшкова упрекает в «против­ной спеси» Мандельштам, поэт, который сам привык к космическим масштабам, сам «дышал звезд млечной трухой, колтуном пространства дышал», и которому принадлежат строки:

И покинув корабль, натрудивший в морях полотно,

Одиссей возвратился, пространствам и временем полный.

С тем же, что у Батюшкова (и Мандельштама), космическим масштабом мы встречаемся в сказке П. Ершова «Конек-горбунок»:

Против неба, на земле Жил старик в одном селе.

Вспоминается в этой связи и стихотворение С. Орлова:

Его зарыли в шар земной,

Л был он лишь солдат,

Всего, друзья, солдат простой,

Без званий и наград.

Зарыть в X. Обычно X — материал типа: земля, песок и т. п., не *в холм, поляну, степь, Украину и тем более не: *# восточное полушарие, * в земной шар.

Аномальность приведенных примеров вполне оправданна (так, космический масштаб, заданный Ершовым с первых строк сказки, передает ощущение нераз­рывной связи жизни крестьянина со Вселенной), однако она отчетливо ощущает­ся. Ее причина — нарушение правила семантического согласования, не привле­кавшего внимание исследователей,—согласования по масштабу. На ма­териале языковой игры укажем некоторые виды нарушения согласования по мас­штабу в русской фразе.

Казалось бы, в приведенных и в приводимых ниже примерах мы имеем дело с гиперболой, преувеличением. Сходство, действительно, есть. Важнее, однако, принципиальное отличие: гипербола действует в пределах некото­рой системы измерения, в наших же случаях — меняется сама система из­мерения. Сравним наши примеры с высказыванием, содержащим гиперболу:

— Ваня! Ты абсолютно ничего не делаешь по дому, зарабатываешь копейки, вечно пьяный, только и знаешь, что бегаешь по бабам.

— Тысячу раз тебе говорил, сотни тысяч раз говорил и в миллионный раз повто­ряю: не смей преувеличивать!

Известно, что в отличие от логики, где высказывание может быть либо истин­ным, либо ложным, в языке эта граница расплывчата, много промежуточных слу­чаев. Так, с любым обвинением в адрес Вани можно согласиться (Да, он палец о палец не ударит, единственное его занятие — преследование юбок! и т. д), а мож­но его отвергнуть (Неправда, он иногда помогает по домуГ). В наших же примерах авторов нельзя обвинить не только во лжи, но и в преувеличении, нельзя сказать: Ну, Ершов преувеличивает, говоря, что его старик живет против неба на земле!. Ершовский старик действительно живет против неба, на земле, а орловского сол­дата действительно зарыли в шар земной. Аномальность заключается не в преуве­личении, а в нарушении масштаба изображения.

Каждый класс ситуаций имеет пространственные и временные границы — верхние и нижние. Говорящие интуитивно ощущают эти границы, но иногда на­меренно переходят их для достижения определенного (чаще всего комического) эффекта. И это позволяет нам, лингвистам, более определенно провести сами эти границы. Поясним сказанное несколькими примерами, снабдив их самыми крат­кими комментариями. В пункте 1 приводятся случаи нарушения простран­ственных границ описываемого, в пункте 2 — временных, и, наконец, в пункте 3 приводятся более сложные случаи семантического рассогласования.

1. Нарушение масштаба пространства

(1) Генрих (саксонский король) отправился в кабинет папы (...) В лютую зиму, в вьюгу и холод пришлось переправляться через Альпы—потому что кабинет па­пы находился по ту сторону Альп (О. Дымов, Средняя история).

Вообще говоря, приведенное высказывание истинно и абсолютно точно: ко­нечная точка движения короля Генриха — именно кабинет папы римского. Одна­ко точность (обычно желательная) оказывается здесь неуместной именно из-за резкого несовпадения масштаба пространственных характеристик событий — длительности пути (через заснеженные Альпы) и мизерности конечного пункта (кабинет папы).

(2) ...пароход «Дир», на котором мы плыли летом в Поти и терпели муки, прика­зал долго жить-. разбился о южный берег Крыма (А Чехов—А. С. Суворину, 17 дек. 1888).

(3) В Варшавском университете (факт). На экзамене профессор анато­мии спрашивает студента: «Где помещается сердце?»—«В грудной клетке» — «Нет/»—«На диафрагме».—«Нет!»—«Другого ответа не знаю». Профессор пояс­няет-. «Сердце помещается в сердечной сумке». Студент (нервно)-. «Позвольте,

г. профессор, если меня спросят, где вы, г. профессор, находитесь теперь,—то как, по-вашему, я должен ответить-, “в своем кабинете" или—“в своих шта­нах?" (Журн. «Сатирикон», 1913).

(4) — А почему у вас две кровати?—осведомился гость.

— Эта комната так велика, что мне иногда, когда я бываю по делам в южной ее стороне, трудно достигнуть северной стороны, в особенности если хочется спать. Поэтому я поставил на каждой стороне по кровати (А Аверченко, Под­ходцев и двое других, ч. 1, 3).

(5) Иван Кузьмич/Коренноймосквич,

А его подруга Дарья /Из другого полушарья (С. Маршак).

(6) Офицер. Перед тобой север, справа—восток, слева—запад. Что сзади тебя? Новобране ц.—Ранец, ваше-скородие! (Журн. «Сатирикон», 1908).

Глаголы, обозначающие физические действия конкретных существ (Коля бе­жит (идет, гуляет)), неохотно сочетаются с обозначениями крупных географи­ческих единиц, и чем крупнее единица, тем сильнее ощущается аномальность. Нормальны фразы типа Коля идет, гуляет по улице, нормально идти, гулять по городу, по Москве, но фразы бежать по городу, бежать по Москве уже ощущаются как несколько необычные. Еще более аномальными являются фразы типа Он идет (бежит, гуляет) по Московской области и, тем более, Он идет (бежит, гуля­ет) по России (по Европе, по северному полушарию). (Фраза, начинающая извест­ную песню Гулял ito Уралу Чапаев-герой, Он соколом рвался с врагами на бой, не аномальна, но глагол гулять имеет здесь другое значение.

(7) Но папочка и мамочка уснули вечерком,

А Танечка и Ванечка—в Африку бегам

(...)

Вдаль па Африке гуляют,

Фиги-финики срывают (К. Чуковский, Бармалей).

(8) Ожила Мартышка!

Не узнать Мартышку—

Как она па Африке Носится вприпрыжку!

(Б. Заходер, Мартышкин дом).

(9) А в отчаявшемся том государстве—

Как войдешь, так сразу наискосок,—

В бесшабашной жил тоске и гусарстве Бывший лучший королевский стрелок (В. Высоцкий, Про дикого вепря).

(10) Узлы пересыпанной пухом ноши,

Треск подмытых водой ворот»

Кто-то ругался, что забыл калоши,

А самому Нева забиралась в рот (В. Горянский, Наводнение).

(11) Из-за перелома степи, на урезе неба и земли, показались телеги и поехали попе­рек взора Копенкина, увозя на себе маленьких деревенских людей мима облаков (А. Платонов, Чевенгур).

(12) Марий был очень свиреп, любил простоту обихода, не признавал никакой мебели и сидел всегда пряма на развалинах Карфагена (Тэффи, Древняя история).

Любоваться развалинами Карфагена можно, а сидеть можно лишь на рухнув­шей карфагенской колонне, но не на развалинах Карфагена.

2. Нарушение масштаба времени

Приведем теперь несколько примеров нарушения временных масштабов изо­бражаемого.

(1) В кашне, ладонью заслонясь,

Сквозь фортку крикну детворе.

Какое, милые, у нас Тысячелетье на дворе?

(Б. Пастернак, Про эти стихи).

В стихотворении Пастернака задается космический масштаб (но не простран­ственный, как в п. I, а временной).

(2) В августе бобыль пошел в тень, лег животом вниз и сказал-.

— Захар Павлович, я помираю, я вчера ящерицу сьел~ (А Платонов, Чевенгур).

(3) Ровно в шестнадцать часов сорок минут Васисуалий Лоханкин объявил голодов­ку. Он лежал на клеенчатом диване, отвернувшись от всего мира (...) Поголо­дав минут двадцать в таком положении, Лоханкин застонал, перевернулся на другой бок и посмотрел нажену (И.

(4) Молодцеватый квартальный, проходивший мимо крыльца, поглупел и вытя­нулся в струнку, когда Аполлон Аполлонович Аблеухов (...) с каменным лицом, на­поминающим пресс-папье, быстро вышел из подъезда (А Белый, Петербург, I).

(5) «Надо,—думаю,—в самом деле пить бросить». Взял и бросил. Не пью и не пью. Час не пью, два не пью. В пять часов вечера пошел, конечно, обедать в столо­вую (М. Зощенко, Лимонад).

В конструкциях типа Голодать (не есть) некое время X; Не пить (спиртные напитки) некое время Хдля каждого глагола есть своя минимальная единица из­мерения времени («временной квант»). Для ситуации голодания это день, неделя, может быть месяц (разумеется, без перерывов!), для ситуации «поглупение» — го­ды, может быть месяцы, для ситуации «бросить пить» — год, месяц, неделя, может быть день,— но никак уж не минуты и не часы.

(6) — Лиза, пойдем обедать!—Мне не хочется, я вчера уже обедала (И. Ильф— Е. Петров, Двенадцать стульев, XVII).

В ситуации «обед» частица уже действует в интервале суток, нейтральное вы­сказывание —Я сегодня уже обедала.

(7) — Где твоя жена?

— Гы спрашиваешь про Аярову или Гридину?

— Про Ковровскую.

— Не знаю, что с ней. Позавчера в 7 с половиной вечера зкила еще с Зенитовым (Журн. «Сатирикон», 1911).

В ситуации «жить с кем-то» временной квант для нейтральных высказываний — год, сезон, может быть месяц.

Интервал между просьбой или предложением и реакцией на них — разный для разных ситуаций, но не может быть слишком большим, ср.:

(8) [Переписка двух приятелей] «Прости, дорогой Аркадий, что я долго не отвечал тебе. Дело в том, что когда мы в прошлом году встретились случайно в театре Корша, ты спросил у меня, не могу ли я тебе одолжить сто рублей (...) К сожале­нию^ меня тогда не было таких денег, а теперь есть и, если тебе надо, я могу прислать».

Я ответил ему.—«Три года тому назад однажды в ресторане Малоярославец ты спросил меня, который час? К сожалению, у меня тогда часы стояли.

(9) Санитары везут на каталке больного.

— Куда вы меня везете?—спрашивает больной.

— В морг.

— Но ведь я же еще не умер!

— Но ведьмы еще и не доехали!

23 - 1789

В шутке (9) повторное использование частицы еще подчеркивает несопоста­вимость масштабов человеческой жизни и езды по больничному коридору.

(10) Хозяйка.?! это капитан Бланк, он только что возвратился из Арктики. Хорошенькая гостья. О, подходите тогда поближе к камину, капитан, вы, должно быть, здорово озябли.

Возвращение из Арктики — длительное событие, и временной интервал, обо­значаемый сочетанием только что, тоже растягивается настолько, что ощуще­ние холода давно должно было пройти. Этого и не учитывает сердобольная гостья.

(11) Двое осужденных водворяются в тюремную камеру.

— Тебе сколько дали?— спрашивает один.

—Десять лет. А тебе?

—Пять лет.

— Значит, ты выйдешь первым. Занимай тогда койку поближе к двери.

5. Другие случаи нарушения согласования по масштабу

В заключение — еще несколько примеров обыгрывания семантического согла­сования по масштабу, более сложных.

(1) Как известно, у Пушкина никогда не росла борода. Пушкин очень этим мучился и всегда завидовал Захарьину, у которого, наоборот, борода росла вполне при­лично. «У него растет, а у меня не растет»,—частенько говаривал Пушкин, по­казывая ногтями на Захарьина. И всегда был прав (Д. Хармс. Анекдоты из жизни Пушкина).

Ситуация показывания одним человеком на кого- или что-либо предполагает какое-то орудие (указкой, палкой) или часть тела (рукой, пальцем), но «уменьше­ние масштаба», упоминание здесь ногтей или суставов пальца нарушает согласо­вание по масштабу.

Частным случаем рассогласования по масштабу является, на мой взгляд, нару­шение согласования между действием и его участниками по величине или по кон­кретности/абстрактности. Указания на социальные группы (социальные слои, организации, профессии, даже временные коллективы) несопоставимы по мас­штабу с указаниями на конкретные физические действия и могут сочетаться с ни­ми только при наличии специального стилистического задания, ср.:

(2) В секретарскую спокойной деловой походкой входила милиция в числе двух че­ловек Увидев их, красавица [секретарша] зарыдала (...), тыча рукою в дверь каби­нета (М. Булгаков, Мастер и Маргарита, 17).

(3) ...ударил знаменитый грибоедовский джаз. Покрытые испариной лица как буд­то засветились, показалось, что ожили на потолке нарисованные лошади, в лампах как будто прибавили свету, и вдруг, как бы сорвавшись с цепи, запляса­ли оба зала, а за ними заплясала и веранда (М. Булгаков, Мастер и Маргари­та, 5)—ср. допустимое: ..П зал встает, и зал поёт, /И в зале дышится легко- (К Симонов).

(4) Поднимаясь в три часа ночи по лестнице, редакция журнала «Апельсин» де­лала не совсем уверенные шаги ихором пела следующую, не совсем складную песню.

Мать и брат, отец и сын,

Все читают «Апельсин».

Нищий, дворник, кардинал—

Все читают наш журнал (А Аверченко, Подходцев и двое других).

Отметим, что сходные по структуре фразы, освещающие профессиональную деятельность, нейтральны. Ср.: Просиживая иногда до трех часов ночи, редакция журнала «Апельсин» успевала рассмотреть все присланные материалы.