Свобода и ответственность в информационном обществе

В информационном обществе, построенном на использовании информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) во всех сферах жизни, важнейшим принципом коммуникации и взаимо­действия различных институтов, структур и людей неизбежно ста­новится сетевой принцип.

В результате развитие важнейшей структуры информационно­го общества — интерактивных цифровых сетей — также подпадает под действие сетевой логики. По словам М. Кастельса, «пользова­тели (технологии) являются ее главными творцами, приспосабливая ее к своим собственным нуждам и системе ценностей, что в конеч­ном итоге приводит к трансформации самой технологии» (Кастельс, 2004: 16). Мысль Кастельса о новаторстве пользователей, повторен­ная им неоднократно, необычайно актуальна для информационной эпохи (Кастельс, 2002: 72—73). Несмотря на важную роль, сохра­няющуюся за государством и частным бизнесом в развитии инфор­мационного общества, именно гражданское общество приобретает несравнимо большую, чем прежде, свободу слова, получая при этом новую долю ответственности за реальное применение технологий. Будущее информационного общества во все большей степени стано­вится зависимым от доверия, которое люди испытывают к цифровым интерактивным технологиям, интернет-индустрии, провайдерам до­ступа и содержания.

Для медиасферы, в которой отношения между журналистами и аудиторией демократизируются, это положение имеет огром­ное значение.

Еще одним существенным последствием формирования сетевого общества становится уход государства из тех областей, где оно тради­ционно присутствовало и определяло «правила игры». Это положение все более актуально и для сферы регулирования СМИ. Как отмечает А. Маттелар, «свобода коммуникации не допускает никаких сомне­ний. Любое возражение в адрес этой концепции свободы будет назва­но попыткой восстановить цензуру. И только санкции, предлагаемые потребителями свободного рынка, могут регулировать циркуляцию произведений культуры и информационных потоков. Принцип са­морегулирования используется для того, чтобы делегитимизировать любую попытку формулирования национальной или региональной публичной политики в этой сфере» (Mattelart, 2005: 146).

Однако ослабление роли государства в формировании законода­тельных рамок для деятельности новых медиа может привести к воз­никновению напряженности в реализации традиционных принципов свободы слова, в результате чего возникают и новые информацион­ные угрозы для аудитории.

Типология угроз информационного общества

Оптимистический взгляд на развитие информационного общества выдвигает на первый план те преимущества, которые несет развитие информационно-коммуникационных технологий для экономики, социальной сферы, образования и культуры.

тивные последствия бурного развития ИКТ — и на уровне общества, и на уровне индивидуума.

Угрозы, которые несет информационное общество, обращают на себя все большее внимание. На уровне рядового пользователя особое беспокойство вызывают:

• растущее неравенство в обществе;

• хакерство и экономический шпионаж;

• спам;

• нарушение неприкосновенности частной жизни;

• угрозы персональным данным;

• распространение международного терроризма на глобальном и национальном уровне;

• ксенофобия, расовая нетерпимость;

• угрозы общественной нравственности (непристойности, порно­графия, прежде всего детская);

• расстройства психики.

Отмеченные угрозы безопасности личности можно сгруппировать в три основных блока — социально-экономические, экономико­технологические и коммуникационные.

К первому блоку угроз относится неравенство внутри общества по отношению к доступу как к ИКТ, так и к информационным ресур­сам (Vartanova, 2002: 250). В обществе происходит дифференциация на тех, кто имеет необходимые средства, для того чтобы технически обеспечить доступ к информации, и тех, кто этих средств не имеет. Проблема эта беспокоит политиков уже с 1999 г., когда президент США Б. Клинтон определил ее как «цифровой раскол» («цифровое неравенство», digital divide). Конечно, цифровое неравенство явля­ется следствием уже давно существующего в обществе материаль­ного неравенства, и потому цифровой раскол можно считать новой формой проявления уже существующих форм социальной неспра­ведливости. Однако в условиях, когда вовлеченность в цифровые интерактивные сети становится показателем более высокого про­фессионального уровня и уровня жизни, цифровой раскол, несо­мненно, становится важнейшей угрозой демократии и устойчивого развития.

Вторую группу угроз представляют угрозы экономического харак­тера. С одной стороны, посетители Всемирной паутины не застрахо­ваны от экономического мошенничества. Американские исследова­тели Д. Ганкель и Э. Ганкель сравнили открытие киберпространства с открытием Колумбом Америки: «Киберпространство в некотором роде концептуализируется как место для погони за сокровищами...» (Вартанова, 1999:69). Спам и рекламные рассылки директ-маркетинга заваливают электронную почту пользователей предложениями о бас­нословных дивидендах от участия в различных мероприятиях, напо­

минающих строительство «финансовых пирамид». С другой стороны, растут угрозы киберограблений и экономического шпионажа.

Третью группу формируют те угрозы, которые при распростра­нении через Интернет могут оказать воздействия, прямо угрожаю­щие психическому здоровью человека. Как отмечает Г. Л. Смолян, «сектантское проповедничество, распространение мистических и эзотерических учений и практик, магии, целительства, шаманства... по Интернету приобрели угрожающий размах. Как результат — со­циальная и личностная дезадаптация, а в ряде случаев — разрушение психики человека». Неконтролируемая деятельность лжепророков способствует росту психических заболеваний. При этом молодой человек, путешествующий по виртуальной реальности, рискует по­терять ориентиры в реальном мире.

Существует также и опасность нарушения гражданских инфор­мационных прав пользователей. В условиях массовой коммуника­ции каждый человек руководствуется собственными ценностными установками, строит свое политическое и гражданское поведение в зависимости от того, насколько он доверяет существующей власти и информации о ее деятельности. В Интернете всякого рода поли­тические экстремисты и авантюристы чувствуют себя совершенно свободно, манипулируя общественным сознанием и спекулируя на экономических трудностях современного российского общества. Поскольку наиболее активно «гуляющим» по сети Интернет является молодое поколение, чьи ценностные ориентировки находятся в про­цессе формирования, именно молодые люди рискуют стать «жертва­ми» подобного рода манипуляторов.

Таким образом, для стабильного развития информационного об­щества становится чрезвычайно важно нейтрализовать возникающие информационные угрозы. На первый взгляд самым действенным и легким способом может стать изменение содержания публикуемой на сайтах информации, увеличение числа познавательных и образо­вательных программ. Молодые люди — наиболее активные пользова­тели новых технологий, конечно, должны иметь возможность само­образования не только в реальной, но и в виртуальной реальности. Однако без определенного вмешательства в пересмотр типологии содержания Интернета, негативной и позитивной дискриминации со стороны государства, политиков и общественных деятелей эту си­туацию легко не изменить. Подобное нормативное вмешательство в сферу интернет-коммуникации может принести больше вреда, чем реальных положительных результатов. Пример Китая и некоторых азиатских государств демонстрирует, как болезненно реагирует на

жесткие меры национального правительства глобальное интернет- сообщество.

Вторым возможным вариантом исследователи называют также разработку международно-правовых соглашений, с помощью ко­торых можно было бы защитить права пользователя от несанкцио­нированного вторжения в его сеть, контролируя и ограничивая рас­пространение информации, представляющей угрозу для личности и общества. Одной из первых по этому пути, к примеру, уже пошла Германия, где в 1997 г. парламент одобрил закон, ставший первым в Европе законодательным актом по Интернету. Закон определил ответственность за распространение всех материалов, которые не должны появляться на экранах компьютеров (насилие, порногра­фия, оскорбление человеческого достоинства). Подход германских властей был ориентирован на контроль за содержанием материалов Интернета: «Интернет — это такое же средство передачи и распро­странения знаний, как и любая магистраль, поэтому для него абсо­лютно необходимы четкие указательные знаки», — заявил один из инициаторов этого закона Ю.

Как показывает практика, наиболее эффективным и наименее бо­лезненным для большинства современных обществ, гарантирующих своим гражданам демократические свободы, выступает третий вари­ант — саморегулирование. Саморегулирование, т. е. принятие рядо­выми пользователями на себя обязательств по соблюдению кодекса поведения в рамках Интернета и единого цифрового пространства информационного общества в целом, становится в условиях глоба­лизации одним из наиболее эффективных механизмов. Сотрудниче­ство пользователей и органов власти — так называемое сорегулирова- ние — становится новой, но весьма перспективной формой контроля за поведением в Интернете.