§ 3. Здравоохранительное законодательство как юридическая основа реализации прав и свобод пациента

Признав человека высшей ценностью на конституционном уровне, Рос- сийская Федерация взяла на себя обязательство по обеспечению его прав и сво- бод, в том числе обусловленных вступлением в правоотношения по поводу охраны здоровья и оказания медицинской помощи.

Близкие по смыслу задачи решает Закон Саратовской области от

14 апреля 1997 г.

Другие задачи свойственны действующему уголовному праву. Они сфор- мулированы в ч. 1 ст. 2 УК РФ и преследуют свой специфический социально позитивный результат: «охрана прав и свобод человека и гражданина, соб- ственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружаю- щей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных по- сягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупре- ждение преступлений». Таким образом, законодатель выделяет две задачи уго- ловного права: охрану соответствующих интересов личности, общества, госу- дарства, мира и безопасности человечества от преступных посягательств и пре- дупреждение преступлений.

Содержание процитированных задач свидетельствует о том, что здраво- охранительное и уголовное законодательство вносят собственный вклад в про- цесс реализации прав и свобод человека, испытывающего потребность во вра- чебной помощи и профилактику правонарушений в сфере оказания услуг меди- ко-биологического характера. Так, ценность здравоохранительного законода- тельства в осуществлении и защите прав и свобод лица, обращающегося в ме- дицинские учреждения за лечебной помощью, разносторонняя. Она заключает- ся в определении юридического статуса пациента и врача, внесении порядка в здравоохранительные отношения посредством установления внятных границ правомерного поведения его участников, предоставлении им права на осу- ществление и защиту законных интересов, формировании юридической основы для развития социальных связей между производителями и потребителями ме- дицинских услуг. Результат воздействия позитивного права на свой предмет ре- гулирования выражается в оптимальном удовлетворении не противоречащих

закону интересов участников здравоохранительных отношений.

буждающих недобросовестных субъектов к надлежащему исполнению возло- женных на них обязанностей.

Обслуживающая роль в осуществлении прав больного человека в россий- ской правовой системе отводится уголовному закону. Будучи мерой субси- диарной, уголовно-правовой запрет на совершение деяний, наносящих вред ли- бо создающих опасность причинения вреда охраняемым законом интересам личности, общества, государства, мира и безопасности человечества, устанав- ливается лишь в случае исчерпанности потенциала регулятивных отраслей за- конодательства в их обеспечении. В этом смысле предметом уголовно- правового воздействия становятся правоисполнители, которые даже в условиях максимальной упорядоченности общественных отношений на уровне регуля- тивных отраслей права и законодательства демонстрируют свою готовность пренебрегать предоставленным юридическим статусом. Воздействуя на созна- ние и волю медицинских работников, склонных к посягательствам на интересы пациента, уголовно-правовые нормы под угрозой применения наказания стиму- лируют их к правомерному поведению. Непосредственным результатом дей-

_{ствия уголовного закона выступает удержание правоисполнителя от соверше-}

¹ Алексеев С.С.

ния преступления, а в случае его совершения – привлечение преступника к уго- ловной ответственности¹.

Обнаруженную взаимосвязь и взаимообусловленность регулятивного и охранительного законодательства, обеспечивающего права и свободы пациента, отечественный законодатель не отразил в форме правового механизма. Опреде- ленные усилия показать его элементы и обосновать результативность предпри- нимаются в юридической доктрине². Серьезное осмысление представителями различных отраслей юридической науки основ правового регулирования соци- альных связей, устанавливающихся по поводу охраны здоровья граждан и ока- зания медицинской помощи, обещает значимые перспективы в виде разработки эффективного механизма правового воздействия на поведение лиц, занимаю- щихся врачебной практикой. Однако при всей оригинальности представленных в литературе научных подходов к пониманию теории юридического упорядо-

чивания здравоохранительных отношений, преимущественная часть авторов сходится во мнении, суть которого состоит в необходимости активизации кара- тельной политики государства в отношении медицинского работника, совер- шившего умышленное или неосторожное преступление во время исполнения профессиональных функций. Так, среди специалистов криминального цикла сформировалась твердая позиция, обосновывающая в качестве единственного средства противодействия негативным процессам, происходящим в обществе, ресурсы уголовного права. В свете изложенного большинство исследователей рассматривают резервы качественного обеспечения не противоречащих закону интересов пациента и предупреждения общественно опасных деяний в области здравоохранения в двух направлениях. Первое ориентирует отечественного за-

_{конодателя на ужесточение санкций существующих уголовно-правовых норм,}

¹ См.: Разгильдиев Б.Т.

² См.: Ардашева Н.А. Проблемы гражданско-правового обеспечения прав личности в договоре на оказание ме- дицинской помощи: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Тюмень, 1997; Долаев Ш.Р. Прогресс в медицине и про-

блема защиты прав человека: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2004; Шолом Е.А. Проблемы гражданско-

правового регулирования ответственности исполнителя косметологических услуг // Вестник Саратовской госу- дарственной академии права. 2010. № 2. С. 183-187; Сучков А.В. Проблемы доказывания профессиональных преступлений, совершаемых медицинскими работниками // Медицинское право. 2010. № 2. С. 27 -30; Кудаков А.В. Врачебная ошибка и ее уголовно-правовая оценка: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2011.

стимулирующих врачей к исполнению профессиональных обязанностей в рам- ках утвержденных ведомственными нормативными документами стандартов поведения¹. Суть второго направления заключается в дополнительной крими- нализации отклоняющегося от официально одобренной модели профессио- нального поведения действия (бездействия) медицинского работника, ставяще- го в опасность причинения вреда здоровью или жизни больного человека².

Складывающуюся в отечественной науке практику придания уголовному закону исключительной роли в обеспечении интересов названной социально уязвимой группы лиц нельзя признать позитивным процессом. Карательная мощь наказания не всегда приносит эффект в борьбе с отклоняющимся от про- фессионального стандарта поведением медицинского работника. Соглашаясь с тем, что задача охраны интересов личности, общества, государства, мира и без- опасности человечества от преступных посягательств ассоциируется с резуль- татом, к достижению которого стремится уголовное право, в то же время нельзя недооценивать возможности позитивных отраслей законодательства в процессе реализации прав и свобод человека и противодействия общественно опасным деяниям.

_{лица, профессионально занимающегося врачебной практикой. Унифицируя}

¹ См.: Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Саратов, 1996. С. 117-118; Кондрашова Т.В. Проблемы уголовной ответственности за преступления против жизни, здоровья, половой сво- боды и половой неприкосновенности. Екатеринбург, 2000. С. 232; Татаркин В.В. Преступления медицинских работников против жизни и здоровья: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Ростов-н/Д., 2007. С. 15.

² См.: Крылова Н.Е. Уголовное право и биоэтика: проблемы, дискуссии, поиск решений. М., 2006; Папеева К.О. Институт медицинской тайны как объект уголовно-правовой охраны. Нижний Новгород. 2007; Соловьев А.П.

Предупреждение преступлений в сфере здравоохранения: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 12, 28; Фабрика Т.А. Проблемы уголовной ответственности за принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Челябинск, 2007. С. 12-15.

взаимоотношения между врачами и потребителями их профессиональных услуг, нормы позитивного законодательства в сфере здравоохранения создают объективную основу для реализации субъектами своих прав и исполнения воз- ложенных на них обязанностей в пределах существующих правоотношений. При этом в силу ориентированности здравоохранительного права на обеспече- ние интересов социально уязвимой группы людей, в рассматриваемых правоот- ношениях приоритетное положение принадлежит пациенту. Его потребности в охране здоровья и жизни предопределяют социальное назначение и содержание деятельности лиц, принимающих участие в организации или непосредственном оказании врачебной помощи. В сложившихся правоотношениях на врачей воз- лагается обязанность действовать в соответствии с официально утвержденными нормативными предписаниями, а пациенты вправе требовать от обязанных лиц надлежащего исполнения профессиональных функций.

От качества исполнения медицинскими работниками профессиональных функций зависит результативность удовлетворения интересов больного челове- ка. Данное обстоятельство побуждает законодателя фиксировать в составляю- щих содержание здравоохранительного законодательства нормах и положениях параметры должного поведения врача. Заданные стандарты деятельности спе- циалиста позволяют гражданам, общественным организациям, государствен- ным структурам осуществлять контроль над качеством предоставляемой насе- лению услуги медико-биологического характера. В свете изложенного актуален вывод О.С. Иоффе и М.Д. Шаргородского о том, что правовое регулирование достигает своей цели тогда, когда с помощью специфических юридических средств оказывается возможным подвергнуть внешнему контролю действия (бездействие) участников общественных отношений и вызвать к жизни требуе-

мое от них поведение¹. Отсутствие юридического и социального контроля мо-

жет спровоцировать отдельных недобросовестных представителей практиче- ской медицины к пренебрежению официально одобренными нормативами ока- зания врачебной помощи. В связи с этим каждый установленный случай игно-

¹ См.: Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. М., 1961. С. 87.

рирования медицинским работником действующих нормативных предписаний должен становиться предметом специального рассмотрения общественных ор- ганизаций по защите прав пациента, профессиональных медицинских ассоциа- ций, правоохранительных органов. Выявленные нарушения юридических обя- занностей, вытекающих из статуса медицинского работника, являются основа- нием для применения к виновным лицам мер дисциплинарного, гражданско- правового, административного либо уголовно-правового характера.

Вместе с тем угроза реализации юридической ответственности за отступ- ление от дозволенных вариантов профессионального поведения не всегда явля- ется универсальным средством стимулирования медицинских работников к надлежащему исполнению диагностических, терапевтических, хирургических, профилактических манипуляций. Предметом воздействия правовых санкций выступают сознание и воля лишь незначительной части медицинского персона- ла, допускающих возможность пренебрежения существующими правилами врачебной практики в силу профессиональной некомпетентности. По отноше- нию к преимущественному большинству медицинских работников нет объек- тивной необходимости в закреплении юридической ответственности, стимули- рующей соблюдение прав и свобод пациента. У среднестатистического врача в процессе обучения и практики формируется совокупность нравственных и профессиональных качеств, побуждающих его к удовлетворению интересов больного в границах провозглашенных стандартов лечения. По своей природе личность медицинского работника, стремящегося к высоким идеалам профес- сии, характеризуется уважительным и терпимым отношением к пациенту, неукоснительным соблюдением норм деонтологии и позитивного законода- тельства. Так, по результатам проведенного нами социологического исследова- ния 76 % участвовавших в опросе врачей подтвердили готовность следовать утвержденным профессиональным стандартам даже без угрозы привлечения к юридической ответственности. Исходя из выполняемых функций, им достаточ- но определить параметры дозволенного и ожидаемого от среднестатистическо- го доктора поведения. 18,2 % респондентов ответили, что специально не фик-

сируют в своем сознании моральных и юридических стимулов качественного исполнения обязанностей, детерминированных правовым статусом медицин- ского работника и пациента. Оставшиеся 5,8 % опрошенных лиц допускают возможность отступления от действующих нормативов осуществления меди- цинских действий в отсутствии реальной угрозы наступления ответственности, предусмотренной трудовым, гражданско-правовым, административным или уголовным законодательством.

Приведенные цифры наглядно иллюстрируют приоритетную роль пози- тивного законодательства в упорядочивании врачебной практики. Но по боль- шому счету государству безразлично, в силу каких причин гражданин воздер- живается от совершения противоправного деяния: добровольно, вынужденно или принудительно. Бесспорно, предпочтительным является соблюдение нор- мативных предписаний осознанно и добровольно. Следование унифицирован- ным правилам осуществления лечебно-профилактических и других видов ме- дицинской деятельности образует фундамент, на основе которого надлежит развивать правовую политику, сориентированную на снижение риска ущемле- ния интересов пациента, совершенствование профессиональных качеств врача, реализацию инновационных идей и технологий в области здравоохранения. Одновременно регулятивному законодательству отводится важная роль в пре- дупреждении профессиональных погрешностей медицинских работников и профилактике других правонарушений. Как отмечал Чезаре Беккария, «лучше предупреждать преступления, чем карать за них. Это составляет цель любого хорошего законодательства, которое, в сущности, является искусством вести людей к наивысшему счастью или к возможно меньшему несчастью, если рас-

суждать с точки зрения соотношения добра и зла в нашей жизни»¹. Устанавли-

вая благоприятные в юридическом, организационном, экономическом отноше- ниях условия, средства и порядок осуществления личных интересов, нормы и положения позитивного законодательства устраняют причины, способные по-

_{буждать отдельных правоисполнителей к совершению дисциплинарных про-}

¹ Беккария Ч. О преступлениях и наказаниях. М., 1995. С. 123.

ступков, гражданско-правовых деликтов, административных правонарушений и уголовно наказуемых деяний. Они обладают силой принудительного обеспече- ния исполнения возложенных на участников здравоохранительных отношений юридических обязанностей и возможностями содействия в выработке у пред- ставителей практической медицины профессиональных навыков. Изложенные суждения согласуются с высказанной в юридической литературе Б.Т. Разгиль- диевым научной позицией, согласно которой основанная на требованиях нрав- ственности высокая степень правовой урегулированности социально значимых отношений объективно позволяет физическим и юридическим лицам каче- ственно реализовать свои права, свободы и не противоречащие закону интере- сы, исполнять возложенные на них обязанности правомерным способом, не прибегая к нарушению интересов других граждан, учреждений, организаций,

общества и государства¹.

Значение регулятивного законодательства в сфере здравоохранения не ограничивается упорядочением врачебной практики и предупреждением про- фессиональных правонарушений представителей ортодоксальной медицины. Выполняя функции цивилизованного регулятора социально значимых связей, позитивное право способствует прогрессированию здравоохранительных отно- шений. Динамику общественным отношениям в области охраны здоровья граждан и оказания медицинской помощи позитивное законодательство прида- ет благодаря заложенному в нем потенциала по стимулированию правоиспол- нителей к решению жизненных ситуаций в рамках провозглашенных правил поведения. Как справедливо отмечает С.С. Алексеев, надлежащее юридическое упорядочение и закрепление «общественных отношений нередко открывает простор для деятельности определенных групп людей, что обеспечивает разви-

тие данных общественных отношений»².

Созидательная роль регулятивного законодательства наиболее отчетливо обнаруживается в экспериментальной медицине, включающей в себя испыта-

¹ См.: Разгильдиев Б.Т. Противодействие преступлениям как основа решения уголовно-правовых задач // Про- тиводействие преступности: уголовно-правовые, криминологические и уголовно-исполнительные аспекты. Ма- териалы III Российского Конгресса уголовного права, состоявшегося 29-30 мая 2008 г. М., 2008. С. 474-477.

² Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. М., 1966. С. 11.

ние и внедрение во врачебную практику новых методов диагностики, лечения и профилактики болезней. Получив свободу творческой деятельности в пределах очерченных юридическими нормами границ, участвующие в биомедицинском исследовании правоисполнители активизируют собственные усилия на дости- жение максимального результата от реализации предоставленных им прав и ис- полнения обязанностей. Официально утвержденные регламенты профессио- нальной деятельности позволяют работникам системы здравоохранения, прояв- ляющим интерес к инновационным направлениям развития медицины, оптими- зировать врачебную практику без риска быть осужденным с точки зрения мо- рали и права. Достижение благоприятного результата в процессе медико- биологического эксперимента предполагает изменение отраслевых стандартов, устанавливающих объективные критерии качества и объема оказываемой паци- енту лечебно-диагностической помощи. Получив юридическое оформление в правоустанавливающих документах, результаты апробированных новаторских идей становятся официальным ориентиром для всех специалистов соответ- ствующей отрасли медицинской практики. Вновь образованная норма, стано- вясь органической частью системы законодательства о здравоохранении, до- полняет права и обязанности субъектов здравоохранительных отношений. Рас- ширение правового пространства за счет пополнения юридического статуса производителей и потребителей медицинских услуг служит доказательством целенаправленного развития здравоохранительных отношений.

Современная система здравоохранительного законодательства располага- ет значительным объемом юридически значимых документов, устремленных на упорядочивание и дальнейшее развитие отношений, возникающих по поводу охраны здоровья человека и оказания услуг медико-биологического характера. Возглавляет официально не оформленную систему нормативных актов здраво- охранительного характера, составляя первый ее уровень, Федеральный закон от

21 ноября 2011 г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федера-

_ции»¹_{. Предметом его регулирования выступают отношения, возникающие в}

¹ См.: СЗ РФ. 2011. № 48. Ст. 6724.

сфере охраны здоровья человека. Для обеспечения стабильности функциониро- вания всей системы здравоохранения положения названного нормативного акта определяют основные принципы охраны здоровья, полномочия федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления в сфере охраны здоровья, права и обязанности граждан в сфере охраны здоровья, права меди- цинских и фармацевтических работников и др.

Ценность рассматриваемого Федерального закона в осуществлении прав человека, испытывающего потребность в диагностической, лечебной или про- филактической помощи, определяется тем, что в истории отечественного зако- нодательства он впервые формулирует понятие «пациент», «медицинский ра- ботник», «фармацевтический работник», определяет их правовой статус (ст. 2,

19, 27, 69-73). Формирование правового статуса участников здравоохранитель- ных отношений вносит в них элемент упорядоченности, придает действиям лиц, ответственных за охрану здоровья граждан, организованность, целена- правленность, стабильность, обеспечивает их подконтрольность. Имея адреса- том воздействия правоисполнителей в лице медицинских и фармацевтических работников, руководителей государственных, муниципальных, частных учре- ждений здравоохранения и пациентов, анализируемый нормативный акт по- буждает их к согласованию специфических интересов. В соответствии с юри- дическим статусом при обращении за медицинской помощью и ее получении пациенту принадлежит право на: выбор врача и выбор медицинской организа- ции; профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в ме- дицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно- гигиеническим требованиям; получение консультаций врачей-специалистов; облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешатель- ством, доступными методами и лекарственными препаратами; получение ин- формации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состо- янии его здоровья; получение лечебного питания в случае нахождения пациен-

та на лечении в стационарных условиях; защиту сведений, составляющих вра- чебную тайну; отказ от медицинского вмешательства; возмещение вреда, при- чиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи; допуск к нему адвоката или законного представителя для защиты своих прав; допуск к нему священнослужителя, а в случае нахождения пациента на лечении в стационар- ных условиях – на предоставление условий для отправления религиозных об- рядов, проведение которых возможно в стационарных условиях, в том числе на предоставление отдельного помещения, если это не нарушает внутренний рас- порядок медицинской организации (ч. 5 ст. 19).

Осуществление прав пациента в конкретном правоотношении обеспечива- ется исполнением обязанностей, вытекающих из статуса медицинского и фар- мацевтического работника. В этом смысле права больного человека являются определяющими профессиональные обязанности представителя ортодоксаль- ной медицины. Изменения в структуре прав пациента обусловливают транс- формацию обязанностей врача. В соответствии с юридическим статусом на ме- дицинского работника возлагается обязанность: оказывать медицинскую по- мощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями; соблюдать врачебную тайну; со- вершенствовать профессиональные знания и навыки путем обучения по допол- нительным профессиональным образовательным программам в образователь- ных и научных организациях в порядке и в сроки, установленные уполномо- ченным федеральным органом исполнительной власти; назначать лекарствен- ные препараты и выписывать их на рецептурных бланках и т.д. (ст. 73). Воз- действуя на сознание и волю конкретного представителя медицинской пр о- фессии, нормы и положения о юридических обязанностях формируют у меди- цинского работника профессиональное поведение и служат гарантией обеспе- чения прав, свобод и не противоречащих закону интересов пациента.

Второй уровень в структуре отечественного здравоохранительного зако- нодательства образуют нормативно-правовые акты, регулирующие отдельные направления медицинской, фармацевтической, психиатрической, генно-

инженерной деятельности. К их числу в настоящее время относятся: Закон РФ от 2 июля 1992 г. «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании»¹, Закон РФ от 22 декабря 1992 г. «О трансплантации органов и (или) тканей человека»², Федеральный закон от 30 марта 1995 г. «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)»³, Федеральный закон от 5 июля

1996 г. «О государственном регулировании в области генно-инженерной дея- тельности»⁴, Федеральный закон от 17 сентября 1998 г. «Об иммунопрофилак- тике инфекционных болезней»⁵, Федеральный закон от 30 марта 1999 г. «О са- нитарно-эпидемиологическом благополучии населения»⁶, Федеральный закон от 18 июня 2001 г. «О предупреждении распространения туберкулеза в Россий- ской Федерации»⁷, Федеральный закон от 20 мая 2002 г. (в ред. от 29 марта

_{2010 г.) «О временном запрете на клонирование человека»}⁸_{, Федеральный закон}

от 12 апреля 2010 г. «Об обращении лекарственных средств»⁹, Федеральный за- кон Российской Федерации от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации»¹⁰, Федеральный закон от

_{20 июля 2012 г. «О донорстве крови и ее компонентов»}¹¹_.

Функциональное назначение перечисленных официальных документов состоит в упорядочении на основе норм права отношений между потребителя- ми и производителями медико-биологических услуг, складывающихся по пово- ду оказания психиатрической помощи, трансплантации органов и (или) тканей человека, обеспечения мер по организации донорства крови, иммунопрофилак- тики инфекционных болезней, обращения лекарственных средств и т.д. В них

_{затрагиваются значимые для охраны жизни, здоровья, свободы, чести и досто-}

¹ _{См.: Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. № 33. Ст. 1913.}

² _{См.: Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. № 2. Ст. 62.}

³ _{См.: СЗ РФ. 1995. № 14. Ст. 1212.}

⁴ _{См.: СЗ РФ. 1996. № 28. Ст. 3348.}

⁵ _{См.: СЗ РФ. 1998. № 38. Ст. 4736.}

⁶ _{См.: СЗ РФ. 1999. № 14. Ст. 1650.}

⁷ _{См.: СЗ РФ. 2001. № 26. Ст. 2581.}

⁸ _{См.: СЗ РФ. 2002. № 21. Ст. 1917.}

⁹ _{См.: СЗ РФ. 2010. № 16. Ст. 1815.}

¹⁰ _{См.: СЗ РФ. 2010. № 49. Ст. 6422.}

¹¹ См.: СЗ РФ. 2012. № 30. Ст. 4176.

инства личности аспекты врачебной практики. Развивая многие положения, из- ложенные в Федеральном законе «Об основах охраны здоровья граждан в Рос- сийской Федерации», каждый из названных нормативных актов вносит соб- ственный вклад в создание правового режима, оптимального для осуществле- ния медицинской, психиатрической, фармацевтической, генно-инженерной де- ятельности. Последнее достигается посредством детальной регламентации субъективных прав и юридических обязанностей участников здравоохрани- тельных отношений, что стимулирует правоисполнителей к удовлетворению собственных интересов в пределах четко установленных границ дозволенного поведения. Тотальная юридическая регламентация социально значимых связей создает естественное препятствие для реализации преступных намерений лиц, по долгу профессии призванных лечить или облегчить физическое и психиче- ское состояние больного человека, минимизирует вредоносное воздействие не- квалифицированного поведения отдельных медицинских работников на паци- ента. «Действие в рамках правовых установлений становится выгоднее («эко- номичнее»), снижается риск ответственности, который существует при непра- вовом поведении, и тем самым повышается ценностный аспект урегулирован-

ного позитивного общественного отношения»¹.

Подробное упорядочивание отношений между пациентами и медицин- ским персоналом на уровне позитивного законодательства позволяет выявить круг фактически существующих интересов, испытывающих объективную по- требность в уголовно-правовой охране. Необходимость обращения к услугам уголовного права возникает тогда, когда резервы регулятивного законодатель- ства по стимулированию медицинских работников к надлежащему исполнению профессиональных функций оказываются недостаточными, а совершаемые правонарушения по характеру и степени вредоносности являются общественно опасными. Закрепленная на уровне позитивного законодательства возможность защиты интересов личности посредством восстановления нарушенных субъек-

_{тивных прав и (или) компенсации нанесенных потерь в подобных случаях ока-}

¹ Мирошниченко Д.В. Уголовно-правовое воздействие на коррупцию. М., 2010. С. 78.

зывается неэффективным. Жизненные ситуации требуют подключения меха- низма правоохраны. Лишь строгие санкции уголовного закона способны по- буждать отдельных недобросовестных представителей врачебной профессии к исполнению обязанности по воздержанию от совершения посягательства на права и свободы больного человека.

Упорядочивающие и развивающие здравоохранительные отношения нормативно-правовые акты определяют пределы действия уголовного закона в направлении обеспечения интересов лица, нуждающегося в услугах медицин- ского характера. Конструируя составы преступлений против личности, обще- ства, государства, мира и безопасности человечества, законодатель исходит, прежде всего, из сформулированных в ст. 2 УК РФ задач уголовного права и требований, вытекающих из норм и положений регулятивного права. В этом смысле содержательная сторона конкретных преступлений по объему является подчиненной содержанию соответствующих правонарушений, предусмотрен- ных правовыми нормами иной отраслевой принадлежности, а уголовная ответ- ственность за общественно опасные деяния определяется рамками запрещенно-

го другими отраслями права поведения¹.

Оставляя за собой в качестве основной функции регулирование поведе- ния участников правоотношений, позитивное законодательство обусловливает содержание уголовно-правовых норм, в том числе предупреждающих обще- ственно опасные деяния против прав и свобод пациента. В аспекте изложенного заслуживает внимания высказанная В.В. Мальцевым научная позиция: «Очер- чивая сферу преступного и тем самым одновременно определяя и область пра- вомерного поведения, уголовное право, тем не менее, на содержание последне- го не влияет. Его содержание …. в целом обусловливается содержанием базис- ных общественных отношений, урегулированных на основе норм конституци- онного, гражданского и норм иных охраняемых уголовным правом отраслей.

_{Отсюда и реализация уголовного права по отношению к таким отраслям права}

¹ См.: Лопашенко Н.А. Убийства: монография. М., 2013. С. 98; Безверхов А.Г. Имущественные преступления. Самара, 2002. С. 331; Денисова А., Малков В. Системность и комплексный подход в правотворчестве (на при- мере уголовного права) // Уголовное право. 2005. № 3. С. 125.

… носит подчиненный, служебный характер»¹. При этом уголовное право ак- тивно использует понятия, содержательно наполненные регулятивными отрас- лями законодательства. Так, для уяснения содержания объективных признаков состава преступления, сформулированного в ст. 128 УК РФ «Незаконная госпи- тализация в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую по- мощь в стационарных условиях», правоприменителю следует обращаться к За- кону РФ от 2 июля 1992 г. «О психиатрической помощи и гарантиях прав граж- дан при ее оказании». Именно названный нормативно-правовой документ опре- деляет основания и порядок госпитализации в психиатрический стационар в добровольном и недобровольном порядке страдающих психическим расстрой- ством лиц, продления госпитализации в недобровольном порядке, выписки из психиатрического стационара. Он же формирует юридический статус пациента, находящегося в психиатрическом стационаре, и медицинского работника, ока- зывающего психиатрическую помощь, вкладывает в понятие «психиатрический стационар» юридическое содержание. Оперируя той или иной категорией зако- нодательства о психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее ока- зании, уголовное право не может в собственных интересах расширительно тол- ковать ее значение. В противном случае уголовный закон, обеспечивая права и свободы пациента, выходит за пределы предмета регулирования здравоохрани- тельного законодательства. «А уголовное право, - как справедливо доказывает Б.Т. Разгильдиев, - может охранять только те или иные стороны предмета со-

_{ответствующей регулятивной отрасли права»}²_.

Третий уровень в системе здравоохранительного законодательства со- ставляют нормативные документы субъектов Российской Федерации, принятые для организации охраны здоровья человека и оказания медико-социальной по- мощи в соответствующих республиках, областях, краях. По подсчетам специа-

_{листов в субъектах Российской Федерации ныне функционируют более 300 та-}

¹ Мальцев В.В. Принципы уголовного права и их реализация в правоприменительной деятельности. СПб., 2004. С. 313.

² Разгильдиев Б.Т. Соотношение уголовного права с нравственностью, другими отраслями права // Уголовное право России: Курс лекций: В 6 т. / под ред. Б.Т. Разгильдиева. Саратов, 2004. – Т. 1. Кн. 1. С. 315-316.

ких законов¹. Исходя из своего наименования, региональные акты об охране здоровья выглядят весьма неоднородно. Так, на территории Республики Баш- кортостан действует Закон Республики Башкортостан от 4 декабря 2012 г. №

_{608-з «Об охране здоровья граждан в Республике Башкортостан»}²_{, Республики}

Коми – Закон Республики Коми от 21 декабря 2007 г. № 124-РЗ «О некоторых вопросах в сфере охраны здоровья граждан в Республике Коми»³, Астраханской области – Закон Астраханской области от 8 ноября 2012 г. № 79/2012-ОЗ «Об отдельных вопросах правового регулирования отношений в сфере охраны здо- ровья граждан»⁴, Псковской области – Закон Псковской области от 30 сентября

2009 г. № 903-оз «О реализации отдельных полномочий Российской Федерации в области охраны здоровья граждан на территории Псковской области»⁵, Крас- нодарского края – Закон Краснодарского края от 30 июня 1997 г. № 90-КЗ «Об охране здоровья населения Краснодарского края»⁶, Алтайского края – Закон Алтайского края от 8 апреля 2013 г. № 10-ЗС «О регулировании отдельных от- ношений в сфере охраны здоровья граждан на территории Алтайского края»⁷, Тюменской области – Закон Тюменской области от 28 декабря 2004 г. № 333

_{«Об организации медицинской помощи населению Тюменской области»}⁸_{, Мос-}

ковской области – Закон Московской области от 11 ноября 2005 г. № 240/2005- ОЗ «О здравоохранении в Московской области»⁹. Однако по структуре и со- держанию перечисленные документы мало чем отличаются друг от друга. Большинство из них механически воспроизводят нормы и положения, сформу- лированные в Федеральном законе «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» без учета региональных особенностей, влияющих на

_{условия проживания и психосоматическое состояние местного населения. По-}

¹ _{См.: Бевеликова Н.М. Правовой мониторинг в сфере здравоохранения // Медицинское право. 2008. № 4. С. 5.}

² См.: Ведомости Государственного Собрания - Курултая, Президента и Правительства Республики Башкорто- стан. 2012. № 36(402). Ст. 1685.

³ См.: Ведомости нормативных актов органов государственной власти Республики Коми. 2007. № 12 (3). Ст.

_5348.

⁴ _{Сборник законов и нормативных правовых актов Астраханской области. 2012. № 51.}

⁵ _{См.: Псковская правда. 2009. 1 октября. № 192.}

⁶ _{См.: Информационный бюллетень ЗС Краснодарского края. 1997. № 20.}

⁷ _{См.: Сборник законодательства Алтайского края. 2013. № 204. Ч. 1.}

⁸ _{См.: Вестник Тюменской областной Думы. 2004. № 15. Ч. 1.}

⁹ См.: Ежедневные Новости. Подмосковье. 2005. 19 ноября. № 220.

следнее никак не способствует повышению результативности действия законов, принимаемых субъектами Российской Федерации.

Наряду с этим в отдельных регионах накоплен позитивный опыт нормот- ворческой практики в сфере координации вопросов здравоохранения, которые не получили должного отражения в федеральных правовых актах. Так, в Хаба- ровском крае принят Закон Хабаровского края от 23 декабря 2009 г. «О мерах по предупреждению причинения вреда здоровью и развитию детей»¹, в Красно- ярском крае – Закон Красноярского края от 24 декабря 2004 г. «О реализации государственных гарантий оказания населению края бесплатной медицинской помощи»², Тульской области – Закон Тульской области от 5 октября 2000 г. «О защите прав граждан по созданию семьи и сохранению ее здоровья на террито- рии Тульской области»³, Саратовской области – Закон Саратовской области от

14 апреля 1997 г. «О правах пациента»⁴. Отражая надежды людей на повыше-

ние качества оказываемой медико-социальной помощи и признание их прав, как пациентов, региональные документы устанавливают дополнительные га- рантии и механизмы осуществления права человека на здоровье. В частности, гарантируя обеспечение прав пациента на территории Саратовской области, За- кон Саратовской области «О правах пациента» закрепляет полномочия органов законодательной и исполнительной власти, участников медицинского обслужи- вания по обеспечению и защите прав пациента: «Органы государственной вла- сти Саратовской области разрабатывают и принимают законодательные и иные правовые акты по вопросам защиты прав пациентов в пределах, предусмотрен- ных законодательством; осуществляют государственную политику в области защиты прав пациента; определяют основы государственной политики в Сара- товской области по защите прав пациента, обеспечивают гарантированный объ- ем и условия бесплатной медицинской помощи в соответствии с территориаль- ной программой государственных гарантий оказания гражданам Российской

_{Федерации, проживающим на территории области, бесплатной медицинской}

¹ _{См.: Собрание законодательства Хабаровского края. 2009. № 12 (89). Ч. 1.}

² _{См.: Ведомости высших органов государственной власти Красноярского края. 2005. № 3.}

³ _{См.: Вестник Тульской областной Думы. 2000. .№ 8 (55) – 9 (56).}

⁴ См.: Саратовские вести по понедельникам. 1997. 28 апреля. № 1533.

помощи, включающей в себя программу обязательного медицинского страхо- вания, качество и доступность медицинской помощи пациенту, правовую и со- циальную защищенность пациентов, координируют деятельность органов ис- полнительной власти области, хозяйствующих субъектов, субъектов государ- ственной, муниципальной и частной систем здравоохранения в области охраны здоровья граждан» (ст. 16). В случае нарушения прав каждый пациент может обращаться с жалобой непосредственно к руководителю или иному должност- ному лицу лечебно-профилактического учреждения, в котором ему оказывается медицинская помощь, в государственные органы, профессиональные медицин- ские ассоциации либо в суд.

Наблюдающаяся на федеральном и региональном уровнях активная право- творческая практика по формированию массива юридических документов в об- ласти охраны здоровья граждан и оказания медицинской помощи позволяет констатировать, что в Российской Федерации продолжается процесс становле- ния межотраслевого нормативного образования в сфере здравоохранения¹. Од- нако структура здравоохранительного законодательства в целостном виде еще не представлена. Результатом динамичного развития новой комплексной отрас- ли законодательства стало лишь юридическое оформление некоторых крупных ее блоков, предметом регулирования которых выступают организация охраны здоровья населения или относительно обособленные сферы врачебной деятель- ности. К их числу относятся: организация лечебно-профилактической помощи

и санитарно-курортного лечения, медицинское страхование, обращение лекар- ственных средств, деятельность по планированию семьи и регулированию ре- продуктивной функции человека, предупреждение распространения отдельных заболеваний (заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции), туберкулеза), трансплантация органов и тканей человека,

_{оказание психиатрической помощи, санитарно-эпидемиологический надзор,}

¹ См.: Дюжиков С.А. Конституционное обеспечение права на охрану здоровья в Российской Федерации: авто- реф. дис. … канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 2001. С. 20-21; Милушин М.И. Формирование комплексных об- разований в системе законодательства Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2003; Шленева Е.В. Отрасль медицинского права России – проблемы формирования самостоятельного предмета и метода правового регулирования / Медицинское право: Учебное пособие. М., 2006. С. 33.

медицинская экспертиза и др. Составной частью здравоохранительного законо- дательства должен стать раздел, посвященный юридическому обеспечению ин- тересов пациента. В него рекомендуется включить нормы и положения, рас- крывающие содержание категорий «пациент», «права пациента», «свободы па- циента», «законные интересы пациента», «обязанности пациента». Здесь же ло- гично закрепить перечень прав, свобод и обязанностей пациента, регламенти- ровать механизм осуществления и защиты его прав и свобод, определить юри- дическую ответственность правоисполнителей, допустивших нарушение прав и свобод лица, обратившегося за медицинской помощью. Создание надлежащего правового режима регулирования значимых для пациента связей является пер- воочередной задачей, решение которой позволит снять значительную часть имеющихся проблем в обеспечении интересов больного человека, стимулирует развитие отечественного здравоохранения.

Окончательное оформление в правовой системе Российской Федерации качественно нового юридического образования напрямую зависит от предвари- тельного решения некоторых теоретических вопросов. Основополагающий их смысл состоит в необходимости формулирования дефиниции здравоохрани- тельного законодательства, уточнения предмета, метода, задач регулирования законодательства о здравоохранении, определения его места в российской пра- вовой системе, исследования соотношения здравоохранительного законода- тельства с другими отраслями права и законодательства. Раскрывая содержание дефиниции здравоохранительного законодательства, следует отразить его спе- цифическую природу и социально-правовое предназначение. Отрасль здраво- охранительного законодательства отличается от других отраслей сферой право- вого регулирования, охватывающей реализацию интересов человека по под- держанию и укреплению психосоматического состояния здоровья и пользова- нию услугами медицинского характера. Ожидаемым результатом действия ее норм традиционно принято считать обеспечение сохранности здоровья населе- ния и беспрепятственного получения больными качественных медицинских услуг. Такое умозаключение во многом стимулировано позицией самого зако-

нодателя, который в регулятивном законе о здравоохранении ориентирует правоисполнителей на охрану здоровья граждан. С приведенной позицией можно согласиться лишь отчасти. Так, в ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под сохранностью физиче- ского и психического здоровья человека законодатель подразумевает поддер- жание его долголетней активной жизни. Однако семантика термина «охрана» в действительности предполагает защиту чьих-либо интересов от внешнего пося- гательства¹. Задача охраны здоровья человека от внешнего воздействия являет- ся прерогативой уголовного права. С учетом сделанного уточнения понятие здравоохранительного законодательства можно определить как совокупность взаимосвязанных нормативно-правовых актов, направленных на обеспечение

реализации интересов человека по поддержанию и укреплению психосоматиче- ского состояния здоровья и пользованию услугами медицинского характера, отвечающими высоким технологическим стандартам.

Социальная ориентированность нормативных актов, стимулирующих ре- ализацию не противоречащих закону интересов пациента, предопределяет предмет обосновываемой отрасли в качестве отношений по поддержанию фи- зического и психического состояния здоровья на надлежащем уровне и получе- нию качественной медицинской помощи. Следуя заданной логике, здравоохра- нительные правоотношения устанавливаются в интересах лица, испытывающе- го потребность в улучшении психосоматического состояния здоровья. Наряду с лицом, наделенным статусом пациента, другими субъектом здравоохранитель- ных правоотношений выступает врач и иной медицинский работник, офици- ально допущенный к занятию профессиональной деятельностью. Исходя из ха- рактера задач, стоящих перед здравоохранительным законодательством, на представителей медицинской профессии закон воздействует императивно. Во взаимоотношениях с пациентами на них возлагается обязанность по оказанию медицинской помощи в соответствии с утвержденным стандартом профессио-

_{нального поведения. Позитивная обязанность действовать определенным обра-}

¹ См.: Словарь русского языка: В 4 т. М., 1986. Т. 2. С. 730.

зом стимулируется юридической ответственностью. Лица, испытывающие по- требность в диагностической либо лечебной помощи, вправе ожидать от меди- цинского персонала надлежащего исполнения профессиональных функций. Осуществление и защита субъективных прав пациента подкрепляется юридиче- скими гарантиями. Диспозитивная модель правового регулирования предостав- ляет пациенту возможность действовать по своему усмотрению, демонстрируя тем самым его самостоятельность в выборе лечебно-профилактического учре- ждения, врача или иного представителя медицинской профессии, средств и ме- тодов диагностики и лечения и т.д.

Социальное предназначение здравоохранительных правоотношений со- стоит в упорядочении значимых для пациента и медицинского работника свя- зей посредством формирования их юридического статуса. Конкретные задачи здравоохранительного законодательства перечислены в нормативных докумен- тах, образующих структурные элементы рассматриваемой отрасли. Социально- позитивный результат, достигаемый решением задач, стоящих перед отраслью здравоохранительного законодательства, напрямую связан с созданием объек- тивных возможностей по реализации прав пациента и исполнению профессио- нальных обязанностей представителя ортодоксальной медицины. Уточняя стандарты профессиональной деятельности медицинских работников и пара- метры дозволенного поведения пациента, здравоохранительное законодатель- ство параллельно устраняет причины и условия, порождающие правонаруше- ния в сфере медицинского обслуживания населения.

Таким образом, результаты проведенного исследования позволяют сфор- мулировать ряд теоретических выводов, обнаруживающих социальную цен- ность здравоохранительного законодательства в механизме реализации прав и свобод пациента:

1) в правовой системе Российской Федерации приоритетная роль в осу- ществлении прав, свобод и не противоречащих закону интересов человека, ис- пытывающего потребность во врачебной помощи, отводится нормам и положе- ниям здравоохранительного законодательства. В настоящее время здравоохра-

нительное законодательство объединяет совокупность взаимосвязанных норма- тивно-правовых актов, вносящих упорядоченность в отношения между потре- бителями и производителями медицинских услуг по поводу оказания медицин- ской и психиатрической помощи, трансплантации органов и тканей человека, обеспечения мер по организации донорства крови, иммунопрофилактики ин- фекционных болезней, обращения лекарственных средств и т.д. Исходя из тре- бований, предъявляемых к функционированию самостоятельных отраслей за- конодательства, сегодня можно констатировать факт существования отрасли здравоохранительного законодательства;

2) здравоохранительное законодательство представляет собой совокуп- ность взаимосвязанных нормативно-правовых актов, направленных на обеспе- чение реализации интересов человека по поддержанию и укреплению психосо- матического состояния здоровья и пользованию услугами медицинского харак- тера, отвечающими высоким технологическим стандартам. Социальная ориен- тированность нормативных актов, способствующих осуществлению не проти- воречащих закону интересов пациента, предопределяет предмет обосновывае- мой отрасли в качестве отношений по поддержанию физического и психиче- ского состояния здоровья на надлежащем уровне и получению качественной медицинской помощи;

3) правовая природа здравоохранительного законодательства характери- зуется стимулированием участников здравоохранительных правоотношений к правомерному поведению посредством формирования юридического статуса пациента и лица, профессионально занимающегося медицинской практикой. Наделение необходимым объемом прав и обязанностей придает их носителям строго определенные функции, реализация которых обеспечивает позитивную направленность и результативность совершаемых действий. В силу ориентиро- ванности здравоохранительного законодательства на обеспечение интересов социально уязвимой группы населения, в рассматриваемых правоотношениях приоритетное положение отводится пациенту. Его потребности в обеспечении сохранности здоровья и жизни предопределяют социальное назначение и со-

держание деятельности лиц, принимающих участие в организации или непо- средственном оказании врачебной помощи;

4) исходя из характера задач, стоящих перед здравоохранительным зако- нодательством, на представителей медицинской профессии закон воздействует императивно. Во взаимоотношениях с пациентами на них возлагается обязан- ность по оказанию медицинской помощи в соответствии с утвержденным стан- дартом профессионального поведения. Позитивная обязанность действовать определенным образом стимулируется юридической ответственностью. Лица, испытывающие потребность в диагностической либо лечебной помощи, вправе ожидать от медицинского персонала надлежащего исполнения профессиональ- ных функций. Диспозитивная модель правового регулирования открывает пе- ред пациентом простор для самостоятельного принятия решений и совершения действий в отношении собственного здоровья;

5) социальное предназначение здравоохранительных правоотношений со- стоит в упорядочении значимых для пациента и медицинского работника свя- зей посредством формирования их юридического статуса. Конкретные задачи здравоохранительного законодательства перечислены в нормативно-правовых актах, образующих структурные компоненты рассматриваемой отрасли законо- дательства;

6) значение здравоохранительного законодательства в реализации прав и свобод лица, испытывающего потребность в диагностической, лечебной или профилактической помощи разностороннее. Оно проявляется в закреплении правового положения участников здравоохранительных отношений, внесении элемента упорядоченности в значимые для пациента и врача связи, придании действиям правоисполнителей организованности, целенаправленности, обеспе- чении их подконтрольности. Выполняя функции цивилизованного регулятора социально значимых связей, позитивное законодательство способствует про- грессированию здравоохранительных отношений;

7) интенсивное правовое регулирование отношений в сфере здравоохра- нения нормами позитивного законодательства обнаруживает круг фактически

существующих интересов, испытывающих объективную потребность в уголов- но-правовой охране. Необходимость обращения к услугам уголовного права возникает тогда, когда резервы регулятивного законодательства по стимулиро- ванию медицинских работников к надлежащему исполнению профессиональ- ных функций оказываются недостаточными, а совершаемые правонарушения по характеру и степени вредоносности являются общественно опасными. Оставляя за собой в качестве основной задачи упорядочивание поведения участников здравоохранительных правоотношений, позитивное законодатель- ство обусловливает содержание уголовно-правовых норм, предупреждающих общественно опасные деяния против прав и свобод пациента.