О возможных подходах к изучению речевых жанров

В последние годы значительно оживился интерес исследователей к особенно­стям жанрово-тематической организации некодифицированных сфер устной речи. Наряду с работами, в центре внимания которых находятся проблемы теории жанра (определение жанра, выработка приемов описания жанров речи и метаязыка опи­

сания, принципы типологии жанров устной речи и др.), появились работы, посвя­щенные описанию отдельных жанров устной речи^[17].

Задача изучения типов организации различных по жанру текстов на основании определенного набора жанровых признаков ставилась с самого начала исследова­ния русской разговорной речи как особого лингвистического феномена [Русский язык и советское общество 1962, с.98; Земская 1988а; Капанадзе 1988]. Уже в пер­вой хрестоматии русской разговорной речи корпус текстов был организован по жанровому принципу. Главными жанрами были признаны монолог, диалог, поли­лог, рассказ, городские стереотипы [РРР-78]. Проблема жанрового членения уст­ной речи нередко смыкалась с проблемой дифференциации устной речи на т и - и ы [Земская 1988]. И это не случайно, поскольку как разновидности речи, так и речевые жанры соответствуют типическим ситуациям речевого общения. Именно поэтому изучение разговорной речи как сферы, наиболее тесно связанной с вне- языковой ситуацией, строилось с учетом коммуникативного контек­ста. При этом в первую очередь обращалось внимание на те компоненты комму­никативного акта (КА), которые коррелируют с собственно языковыми особенно­стями РР. Исследователи предлагали разнообразные схемы КА, построенные как многомерные модели, варьирующие по шкале различных экстралингвистических признаков (см., например, [Pisarkova 1978; Korensky, Hoffmannova, Jaklova, Mullerova 1987].

В исследованиях по русской разговорной речи была предложена модель описа­ния разговорной коммуникации и ее составляющих [Земская, Китайгородская, Ширяев 1981, с.

Создание типологии жанров устной речи на базе иерархически организованного полного набора коммуникативных параметров и на сегодняшний день является актуальной задачей. Разработка проблемы речевых жанров с коммуникативных позиций характерна для многих современных исследований.

Впервые речевые жанры сквозь призму коммуникативной ситуации и ее участ­ников были рассмотрены в работах М.М.Бахтина [Бахтин 1979; Бахтин 1996]. Он разграничивал первичные (реализующиеся в процессе повседневного непри­нужденного общения) и вторичные (реализующиеся в сфере научного, дело­вого общения, относящиеся к сфере художественной речи) жанры. По мысли

М.М.Бахтина, первичные речевые жанры заданы так же, как и определенные грамматические формы в языке. Использование языка в каждой области речевой деятельности осуществляется в форме единичных конкретных высказываний, ха­рактеризующихся определенным содержанием (темой), стилевыми особенностями и композиционным построением. «Устойчивые типы таких высказываний и есть жанры» [Бахтин 1979, с.257]. Бахтинские высказывания могут быть различны по объему.

Концепция М.М.Бахтина оказалась чрезвычайно плодотворной и была взята на вооружение современными исследователями. Так, А.Вежбицка обратила внимание на динамичность бахтинского высказывания, связь речевых жанров с рече­вой деятельностью. Это позволило соотнести речевые жанры с такими коммуника­тивными единицами, как речевые акты (РА). При этом основанием для вы­членения разных типов РА (resp. речевых жанров) послужили различия в иллоку­тивных целях говорящего. Для семантической интерпретации первичных речевых жанров А.Вежбицка предлагает использовать метод семантических примитивов (как и при известном описании однофразовых РА)^[18].

Существенно отметить, что выступая против суженного толкования РА, своди­мого в большинстве работ к предложению-суждению, при анализе конкретных жанров А.Вежбицка по сути отождествляет РА, жанр и реплику диалога. Жанр ре­ально сводится к диалогической реплике-стимулу и задается ею. Адресату отво­дится роль пассивного исполнителя воли адресанта. Показательно, что и семанти­ческая интерпретация жанров, по А.Вежбицкой, представляет собой толкование не всего процесса коммуникативного взаимодействия, а лишь речевого действия од­ного из ПК, произносящего реплику-стимул. (Отметим, что при этом может учи­тываться и «фактор адресата», т. е. предполагаемая реакция адресата включается в толкование). Ср:

РАЗГОВОР (ROZMOWA) я говорю:...

говорю это, потому что хочу, чтобы мы говорили разные вещи друг другу

думаю, что и ты хочешь, чтобы мы говорили разные вещи друг другу [Вежбицка 1997, с. 106].

Таким образом, «ядром» толкования рассматриваемых А.Вежбицкой жанров

является речеактовый глагол (отглагольное имя дает наименование жанру, ср. жа­ловаться — жалоба, объявлять — объявление, ссориться — ссора и т. и.). Отметим показательное совпадение толкований речеактовых глаголов в работах М.Я.Гловинской с толкованиями соответствующих жанров у А.Вежбицкой (см., например, [Гловинская 1983]).

Отождествление жанра и РА представляется не вполне правомерным прежде всего потому, что это явления разного порядка. Если РА, являясь речевым дейст­вием одного из ПК, относится к самому процессу коммуникации, то жанр представляет собой ее продукт, текстовое воплощение. Ср. сходное рассужде-

ниє М.Ю.Федосюка: «...термин речевые акты, появившийся в логической по своей сути теории Дж. Остина, обозначает все же не типы текстов, а типы речевых дейст­вий и потому предполагает рассмотрение и таких не получающих языкового отра­жения параметров, как, например, условия успешности речевого акта, и в частно­сти искренность или неискренность говорящего» [Федосюк 1996, с.77].

Определенный изоморфизм между жанром и речевым актом прослеживается в концепции Т.В.Шмелевой [Шмелева 1997]. Предложенная ею модель речевого жанра (РЖ) включает следующий набор параметров:

— коммуникативная цель, противопоставляющая четыре жанровых типа: ин­формативные, императивные, этикетные и оценочные;

— образ автора, т. е. необходимая информация о говорящем (его ролевой ста­тус, отношение к собеседнику и т. и.);

— образ адресата, включающий важную для формирования жанра информа­цию о собеседнике (социальная роль по отношению к адресанту и нек. др.);

— образ прошлого и образ будущего, обнаруживающие тесную зависимость от предыдущих и последующих эпизодов общения в условиях коммуникативного континуума;

— тин диктумного (событийного) содержания, оказывающий влияние на вы­бор того или иного РЖ в рамках данной ситуации;

— языковое воплощение РЖ (этот параметр рассматривается как «спектр воз­можностей, лексических и грамматических ресурсов жанра» [Шмелева 1997, с.96]. Разработанную модель описания речевого жанра Т.В.Шмелева предлагает исполь­зовать в качестве инструмента для создания портрета РЖ. Следуя за М.М.Бахтиным, Т.В. Шмелева рассматривает РЖ как особую модель высказыва­ния. (Напомним, что границы высказываний, по М.М.Бахтину, определяются «сменой речевых субъектов»). Таким образом, в концепции Т.В.Шмелевой рече­вой жанр представляет собой текстовое воплощение речевого действия одного из ПК (ср.

Как представляется, подобная логика рассуждения неизбежно влечет за собой вывод о том, что диалогических жанров вообще не существует. Так, любая диало­гическая пара (ср.: Ты куда? — В кино//) распадается на два речевых жанра (на­пример, вопрос — ответ). Но «разведение» подобных спаянных в диалогические единства реплик по разным жанрам приводит к разрыву их текстового единства (как формального, так и содержательного). Ср. справедливое замечание А.Н.Баранова и Г.Е.Крейдлина о тематической связанности реплик в минимальной диалогической единице (МДЕ): «Что же касается единства темы реплик, входящих в МДЕ, то оно составляет органический признак ее целостности как отдельной единицы и зачастую воплощается в виде предметно-смысловой исчерпанности или законченности» [Баранов, Крейдлин 1992, с.95].

Выбор жанра в акте коммуникации регулируется коммуникативными намере­ниями ПК. Подтверждением того, что речевое взаимодействие в акте коммуника­ции протекает в рамках жанров, адекватных ситуации и коммуникативным наме­рениям обоих ПК (а не одного лишь говорящего), служат примеры коммуника­тивных неудач, связанных с неправильным выбором жанра или отсутствием «жан­ровой координации». Ср. характерные реплики: Что ты обижаешься/ я же не спорю с тобой// Я говорю то что слышал// или: Не нужны мне твои советы//Я тебе пожа­ловался/ ты посочувствуй// А что ты whq морали читаешь! и т. и.

Параметры КА и жанры речи

Рассматривая проблему жанрового членения с коммуникативных позиций, ав­торы исходят из следующих теоретических предпосылок.

Жанры, реализуясь в определенных коммуникативных ситуациях, соотно­симы с КА и являются его текстовым воплощением. При этом в одних случаях (при коммуникативной активности одного из собеседников) КА включает в себя один РА и «отливается» в формы монологических жанров (рас­сказ, выговор и др.), в других (при активном коммуникативном взаимодействии ПК) — включает в себя несколько РА и воплощается в разных формах диалога (разговор, просьба и др.).

Жанр представляет собой тип текста^[19]. Тексты, относящиеся к одному жанру, характеризуются рядом жанрообразующих признаков: общностью содер­жательно-тематической структуры; композиционной упорядоченностью; специ­фическим набором языковых средств и характером их использования.

Тому или иному типу ситуации соответствует свой набор жанров. Типология жанров разговорной речи, как неоднократно отмечалось исследователями, должна базироваться на типологии ситуаций. Задача состоит в том, чтобы из все­го набора параметров КА выбрать те, которые являются жанровыделяющими. То­гда как жанрообразующие признаки (собственно текстовые) можно установить при анализе совокупности текстов одной жанровой принадлежности (т. е. реали­зуемых в однотипных коммуникативных актах).

Каждый тип КА отличается своим набором коммуникативных компонентов. КА, являясь результатом взаимодействия людей в определенной ситуации, имеет пространственную и временную локализацию^[20]. Весь комплекс признаков, харак­теризующих КА, можно сгруппировать по четырем основополагающим парамет­рам, формирующим любую коммуникативную ситуацию: время, место, партне­ры коммуникации, тема. В качестве конституирующих предлагается выделить следующие параметры коммуникативного акта. (Текстовое воплощение разных типов коммуникативных ситуаций см. в части II и части III книги).

I.