О ФОРМАХ НАРЕЧИЙ, СООТНОСИМЫХ С ОСНОВАМИ КРАТКИХ ПРИЛАГАТЕЛЬНЫХ

Многие факты современного русского языка, рассматриваемые в учеб­но-практическом плане, нуждаются в историческом истолковании, позво­ляющем объяснить их первоначальное значение и грамматическую структу­ру.

Традиционное истолкование этих наречий общеизвестно. Оно пред­ставлено и в трудах по грамматике современного русского языка, и в трудах исторических, объясняющих указанные образования в связи с характери­стикой ранних морфологических процессов.

«В современном русском языке, - говорится в «Грамматике русского языка», изданной Академией Наук (1952), - большую группу составляют на­речия, исторически образовавшиеся из косвенных падежей кратких форм прилагательных мужского и среднего рода с различными предлогами (под­черкнуто нами - В.М.) и представляющие собою пережитки именного скло­нения кратких прилагательных»[стр.616]. Аналогичное замечание находим и в «Исторической грамматике русского языка. Морфология»(1953) П.С.Кузнецова. «Если оставить в стороне притяжательные прилагательные,- пишет он, - косвенные падежи именных (т.е. кратких) форм прилагательных сохранились в современном живом языке лишь в стабилизировавшихся,

окаменевших сочетаниях наречного типа, например, «раскалить докрасна, добела», «от мала до велика», «по добру, по здорову» и т.д.[сгр. 155].

Общеизвестно, что самая большая опасность при историческом объяс­нении современных образований заключается в возможности перенесения современных представлений на ранние периоды существования русского языка. Как нам кажется, именно эта ошибка допущена в приведенных заме­чаниях, отражающих общепринятый взгляд на образования типа «добела».

Современные прилагательные восходят, как известно, к недифференци­рованной группе имен конкретно-предметного значения. Общеизвестно и то, что имя прилагательное как часть речи сформировалось «на основе син­таксической категории определение», то есть зависимого определяющего слова, по отношению к которому употребление предлога было невозможно. Дифференциация имен существительных и прилагательных привела к воз­никновению словообразовательных связей между именами, причем в даль­нейшем отдельные звенья системы форм словопроизводства, естественно, могли либо выпадать, либо не развиться вообще. Та или иная основа начи­нала мыслиться как специфическая принадлежность либо имени существи­тельного, либо имени прилагательного, по отношению к которым и рас­сматривались позднейшие словообразовательные группы. Если основа б-ѣл-. не осложненная специальными суффиксами, стала рассматриваться как ос­нова имени прилагательного, на базе которой возникло, например, сущест­вительное б’ільць, то основа низ- представляется в настоящее время основой имени существительного, по отношению к которому образование низъкь, осложненное специальным суффиксом имен прилагательных, рассматрива­ется как производное слово.

Соотнесенность с именами предметного значения ярко проявляет себя всякий раз, когда оказывается возможной соотнесенность указанных наре­чий с существительными верх, низ, бок и под. Вместе с тем никто не пытается

объяснять наречие со зла на основе соотнесенности с именем прилагатель­ным злой по той простой причине, что существительное зло еще живо и со­храняет все свои характерные формы. Чем, спрашивается, отличаются от него такие образования, как справа, слева, досуха, докрасна, емале, поровну, засветло и подобные? Естественно, лишь тем, что существительные типа право, лево, сухо, красно, мало, ровно, светло и под., с точки зрения носителей современного литературного языка, представляются невозможными вопре­ки тому, что без особого труда может быть обнаружено в диалектно­фольклорной речи и в древнерусских документах.

Трудно, например, усомниться в предметном значении таких слов, как право и лево в известном «не знает, где право, где лево». Разумеется только существительные можно видеть в образованиях красно и черно в такой, на­пример, пословице, указанной В. И. Далем: От красна до черна недалече. Сравним: молодо - зелено и т.д. В древнерусских источниках употребление нужных нам существительных среднего рода - дело вполне обычное, на что указывал еще А.А.Потебня. Примеры: съ маломъ же дружины возъвратися желая болыпа имѣнья (Лавр.лет., 14 об.); равно другога свѣщанья. бывшаго при цесари Раманѣ (там же, 11); а от Чини да до Кытаа итьти сухом 6 ме- сяпь (Хожд.Аф.Никитина, 1948, стр.20); как подьачей с черна начисто пере­пишет дело (Судебник 1550, 18); пошли карабли блиско берега по левой стороне, а берег по праву (Путешествия русских послов, 1954, стр. 158); ему же позревшу на монастырь и виде светло, яко пожар (Сказ. Авраамия Пали- цина, 1955, 61 об.) и т.д.

Обнаруживая в различных источниках «бессуффиксные» существитель­ные среднего рода, мы тем самым подходим к решению вопроса о происхо­ждении указанных выше наречий: все они возникали в результате законо­мерной адвербиализации субстантивно-предложных сочетаний и, таким об­разом, между наречиями типа докрасна и наречиями типа доверху с истори­ческой точки зрения принципиальные различия отсутствуют. Это проявля­ется, между прочим, и в наличии объединяющей их тенденции к усвоению конечного -у независимо от ранней родовой (и основной) принадлежности исходных имен ( ср. смолода и смолоду, сослепа и сослепу, спроста и спро- сту). В образованиях, сохранивших соотнесенность с существительными, окончание -у вполне понятно, поскольку эти имена, в своем большинстве, либо принадлежали основам на -и, либо рано усвоили это окончание в про­цессе взаимодействия былых образований на -у и на -а. Для существитель­ных среднего рода флексия -у была невозможна. Однако необходимо учесть, что закрепляющееся в формах наречий окончание -у могло бытъ понято как один из признаков формирующейся категории слов, и в этом отношении ранняя принадлежность известной группы исходных существительных к среднему роду оказывалась лишенной всякого смысла. В ряде нужных нам случаев сохраняется -а. В некоторых случаях выступает окончание -у, явив­шееся, по-видимому, результатом изменения уже в сфере определившейся группы наречий. Сказанное легко подтвердить ссылками на древнерусские тексты. Так, в первом Погодинском списке 1 Псковской летописи (ГПБ, собр. Погод., №1404 а) содержится следующий пример: Волхов наша с мо­лода не молола, ачи на старость учнеть молоть (669-669 об.). В позднейших списках этого текста форма наречия выступает с окончанием -у.

Необходимо заметать, что существование вышедших из употребления существительных среднего рода нередко упускается из виду и при рассмот­рении других вопросов истории русского языка. Так, у некоторых языкове­дов вызывает недоумение тот факт, что в выражениях «с ведома», «без ве­дома» постоянно выступает окончание -а, тогда как в нем, казалось бы, могло быть представлено и окончание -у.

Дело однако совсем не в том, о чем пишет М.А. Веселова. Просто су­ществительное ведом в раннюю пору не существовало, а было известно су­ществительное в'кдомо, принадлежащее к категории имен сушествительных среднего рода. Ср., например: на суде ищея и ответчик шлютца на иных в слух, а на иных в виденье и в ведомо (Судебник 1589,39). Таким образом, ни о каком исключении из правила в данном случае не может быть и речи.

В заключение следует осветить практическую сторону дела. В процессе обучения русскому языку необходимо указывать на то, что исторически на­речия типа смолоду, сбоку образовались в результате обособления предлож­ных сочетаний имен существительных мужского и среднего рода и в на­стоящее время сохраняют свою соотнесенность с существительными, если последние живы, и соотносятся с прилагательными, если родственные им существительные не сохранились. Современная соотнесенность части рас­смотренных образований с прилагательными - факт несомненный и доста­точно показательный для характеристики современного взаимоотношения прилагательных и наречий. Однако совершенно непонятно, зачем нужно вмешивать в современные словообразовательные связи такую отживающую категорию, как категория кратких прилагательных, лишенных парадигма­тических форм. Очевидно, что в настоящее время такие образования, как справа, слева, дочиста, изредка и под., уверенно соотносятся нами с прилага­тельными правый, левый, чистый, редкий и под. Эта соотнесенность и состав­ляет морфологическую характеристику рассмотренных наречий, позволяя обратить внимание на выделяемый при анализе аффикс, нужный для усвое­ния орфографических правил.