К ИСТОРИИ ОТ СУБСТАНТИВНЫХ НАРЕЧИЙ

В данной заметке мы возвращаемся к вопросу, который, как кажется, мог бы считаться уже решенным: к вопросу о происхождении наречий типа налево, досуха, вмале и подобных. При учете соображений А.А.Потебни в недавнем прошлом была написана небольшая заметка, в которой подчерки­валась недопустимость квалификации указанных наречий как слов, образо­ванных от кратких прилагательных с предлогами.

тепьно, не могли употребляться при зависимых, определяющих предмет именах. Прилагательное, как известно, развилось на основании синтаксиче­ской функции определения и выполняло ее на протяжении всей истории рус­ского языка. Отказаться от этого общего положения значит внести в пони­мание прилагательного как части речи едва ли оправданные сложности в угоду бездоказательному толкованию частного вопроса, который прекрасно решается и без этого.

Пусть не всегда мы находим в доступных нам памятниках те имена, ко­торые с несомненностью свидетельствовали бы об отсубстантивном проис­хождении наречий. Так, например, нам неизвестно существительное бързо «скорость, быстрота, спешка», которое могло бы объяснить образование форм типа въбърз'і, набърз'ѣк под. Но это, разумеется, вовсе не значит, что прав П.С.Кузнецов, который, игнорируя целый ряд весьма выразительных обстоятельств и аналогий, безоговорочно заявлял: «От прилагательного бързъ образовались наречия въбърз-і, набързі: (местн.п.ед.ч.), въ бърз’ѣхъ (местн.п.мн.ч.). Ср.,например: Приди в борзѣ оць зоветъ тя (Сказ. О Борисе и Глебе по сп.ХІУ в.); И тако на борз4 въспрятавшеся на лодьи (Троицкая летоп.); Аще боудеть рече на борзФхъ постричи и въ скымоу (Вопр.Кюриково ХШ в.».

Так или иначе, в большинстве случаев имена существительные, кото­рые прямо или косвенно могут быть связаны с соответствующими формами наречий, достаточно хорошо известны, что, казалось бы, полностью исклю­чает возможность каких-то неясностей по части исходных основ. Тем не ме­нее некоторые авторы еще и теперь выражают сомнения, в которых, по- видимому, следует разобраться. Так, например, Н.В.Чурмаева в статье «На­речия типа повелику в древнерусских памятниках XI-XIУ веков» пишет сле­дующее: «В свое время А.Потебня высказал мысль, что наречия типа мало есть средний род имени. Стараясь развить эту мысль, В.М.Марков и вслед за ним А.Б.Пеньковский пришли к утверждению, что наречия справа, слева, досуха, докрасна, емале, поровну, засветло образованы от существительных право, лево, сухо, красно, мало, ровно, светло, «что,- пишет Марков,- без осо­бого труда может быть обнаружено (цитата, как видим, вставлена неудачно - В.М.) в диалектно-фольклорной речи и в древнерусских памятниках». Что касается древнерусских памятников, то подобные примеры там единичны. Кроме того, узкий, конкретный смысл таких существительных, как ровно (копия, документ) и сухо (суша, земля), говорит о том, что от них не могли быть образованы наречия поровну, ровно, насухо и др., последние семантиче­ски соотносимы только с прилагательными».

Дело в данном случае заключается в явном недоучете возможностей семантического словообразования, определяющего возникновение омони­мов. Конечно же, объяснение, например, наречия назад с помощью безого­ворочной ссылки на существительное зад в значении «часть тела» произво­дит комическое впечатление. Иное дело зад, антонимически противопостав­ленное существительному перед', здесь разъясняющая дело соотнесенность

представляется вполне очевидной.

При рассмотрении наречий типа справа, издавна, допьяна и подобных нельзя обойти наиболее яркое свидетельство субстантивной природы ис­ходных имен: четкий параллелизм наблюдаемых структур вроде справа и сверху, издавна и исстари, допьяна и до смерти и т.д. Подобно тому, как од­нокоренные наречия, связанные с заведомыми существительными, могут, например, служить обозначению как направления, так и места (ср. наверх, но - наверху], точно так же наречия, при которых объясняющие их сущест­вительные в настоящее время неупотребительны, представляли когда-то различные формы, служившие выражению этих же самых значений. Ср., на­пример: от ямы направо осеком поперег леса, да мало шед осеком на левой стороне стоит пень липов, а ото пни от липова...на левую сторону осека...до гранные осины, а под нею яма, а от ямы на вымол через осек направо на ель гранную да на покляпую березу, направе - троецкая земля Чернеческая, а па­леве - Ширяевъская земля (гр. 1490-95 г.,сп.ХУ1 в., АСВР, 559). Характерно, что значение наречий направо и направе (соответственно налево и налеве] в аналогичных условиях раскрывается в сочетаниях на правую сторону и на правой стороне.

Все эти соображения, казалось бы, вполне обоснованны и достаточны для того, чтобы подкрепить сделанный ранее вывод: в основе наречий типа направо, докрасна, смолода и подобных лежат существительные среднего ро­да или, иначе, имена со значением предметности, принадлежавшие опреде­ленному родовому разряду. Возражая против этого вывода, Н.В.Чурмаева замечает: «По-видимому, наречия рассматриваемого типа образовались не только до появления полных форм прилагательных, но и до того, как имя разделилось на существительное и прилагательное». Что же из этого следу­ет? Конечно же, только то, что можно по-разному подходить к хронологии рассматриваемых форм. Что касается сути, то она остается все той же: в ос­нове наречий оказываются образования предметного значения, на базе ко­

торых, как известно, осуществлялось развитие будущих прилагательных и наречий. Желание увидеть в рассматриваемых наречиях значение якобы по­родивших их прилагательных заставляет исследователя бросаться в атаку даже там, где это выглядит совершенно неуместным. «Кажется безоснова­тельной , - читаем в указанной статье, - категоричность В.М.Маркова: «ни­кто не пытается объяснить наречие со зла на основе соотнесенности с име­нем прилагательным злой». Автора, как видим, не убеждает ни аналогия с сочетаниями типа с досады, с горя, с радости и под., ни показания словарей, ни элементарное языковое чутье, которое явно подсказывает нам значение не признака, а состояния. Другое дело, что по мере ослабления категории бессуффиксных существительных среднего рода (подробнее об этом - в кни­ге В-.

Нужно ли говорить, что внимание к отдельной работе не имело бы зна­чения, если бы дело касалось лишь частного несогласия авторов. В данном случае, как кажется, мы имеем дело с одним из принципиальных моментов, характеризующих современное состояние истории русского языка. Речь идет о недостаточно внимательном отношении к системе привлекаемых ранее доказательств при выдвижении собственной точки зрения. Иными словами, речь идет о часто наблюдаемом недоучете того, что историческое языкове­дение является ответственной и точной наукой, не допускающей случайных «мне кажется» и исключающей возможность преобладания авторских само­любий над строгой логикой фактов. Очевидно, системное истолкование яв­лений истории языка как раз и составляет то новое, за что необходимо бо­роться, говоря о содержании современной языковедческой науки. То, что говорилось по поводу истории наречий типа направо, - всего лишь незначи­тельная частность на фоне многочисленных недоразумений, обусловленных несогласованностью точек зрения в отношении отдельных сторон изучае­мой проблемы и, следовательно, в отношении ее рассмотрения в целом. Од­нако использованный пример представляется достаточно показательным, так как спор в данном случае ведется без учета целого ряда моментов, кото­рые, по-видимому, не могут быть упущены из виду:

1. Своеобразие развития категории среднего рода, определяющее, как было сказано, отмирание значительного количества предметно-именных образований. Известная аналогия в данном случае может быть найдена в группе существительных женского рода на -і, поскольку, применительно к наречиям типа исстари, сзади и под., здесь приходится констатировать вы­ход из употребления таких образований, как старь, задъ и под.

2. Очевидный параллелизм в развитии наречных образований, свя­занных с именами различной родовой принадлежности (ср. обобщение ко­нечного -у в образованиях типа смолоду и сбоку, аналогичное проявление тенденции к перетяжке ударения - досуха и доверху - при наличии аналогич­ных исключений: направо, наверх при ранних направо, наверх и т.д.

3. Идущее из древности ограничение сферы употребления предлогов как категориально обособившейся части речи (область субстантивных, предметных имен).

4. Наличие субстантивных образований на -о как с первоначальным (отраженным в наречии), так и с семантически производным, обычно более конкретным значением (ср. зло, мало «съ маломъ дружины», но - красно (пятно), ровно (копия) И Т.Д.

5. Наличие определений, оттеняющих субстантивную природу интере­сующих нас имен: до великого пьяна, в далеке голубом и т.д.

Все эти явления составляют в своей совокупности то, что может быть понято как система доказательств, по отношению к которой только и может осуществляться дальнейшее критическое обсуждение затронутого нами во­проса.