ПРЕДЛОГИ

Многие предлоги, отмеченные в тексте «Истории о мореходстве», с точки зрения современного литературного языка отличаются значительным своеобразием. Часть из них не сохранилась вообще, часть устаревала, явля­ясь в настоящее время возможной принадлежностью лишь ограниченных в стилистическом отношении контекстов.

Характерный материал представляют так называемые «наречные» предлоги, которые в ряде случаев являются омонимичными соответствую­щим наречиям. «Одни слова этой категории, - говорится в академической «Грамматике русского языка» (1960), - полностью утратили свое наречное значение; другие находятся на пути к такому превращению, однако сохра­няют еще и значение наречия» (с.657). Следует однако учитывать и еще одну возможность, о которой свидетельствует наш материал: сохранение наречия при отмирании соответствующего предлога. Сравнить:

поблизости («около») - разбив живущих поблизости Азовского моря Сарматов (II, 82), обратил... взоры свои на берега Лера, небольшого острова поблизости Натолии (ІИ, 40), встретили их поблизости Реальта (ІИ, 216), Сен-Луи укрепился на дороге поблизости моста (VI, 319) и т.д., но - совр. наречие «поблизости»;

близко («около») - Контр-Адмирал красного флага, прошедший близко Маркиза д’Амфревиля, вынес весь его залп (VII, 37), но - совр. наречие «близко»;

вверх («против течения») - войски победителевы пойдут... на кораблях вверх Нила (I, 26), Александр, поднявшись вверх реки, отдал самые лучшие

суда свои Неарху (I, 176), Павел Емилий, возвращаясь в отечество свое, плыл вверьх Тибра (I,294), но - совр. наречие «вверх»;

сверху («на, поверх») - сверху сей настилки велел наносить великое множество земли (II, 68), но - совр. наречие «сверху»;

вверху («над») - вверху одного пышного входа представлены были в барелиефе два коня (V, 18), ср. вверху («выше по течению») - Карл... должен бы был по всем правилам атаковать его потому, что находился на ветре и вверьху течения (V, 117), но - совр.

внизу («в нижней части») - вода уже подмочила порох, внизу трюма на­ходившийся (VII, 52), но - совр. наречие «внизу»;

насквозь («навылет») - Кавалер де Лери... получил насквозь тела ру­жейный выстрел (V, 319), но - совр. наречие «насквозь»;

кругом («вокруг») - поставив кругом военных кораблей своих великое множество малых судов (I, 269). В совр. словарях слово значится как разго­ворное.

Значительную группу составляют предлога, не употребляющиеся в со­временном литературном языке, которые, по большей части, отличаются от современных однокоренных образований отдельными особенностями мор­фологической структуры. Примеры:

посреде («посреди») - Афиняне... спасались посреде мертвых тел (1,129); напереди («впереди») - напереди их приказал он идти другим трем су­

дам (II, 94), сам стал с четырьмя галерами напереди левого крыла (III. 299); наместо («вместо») - наместо себя в крепости оставя своего племянника

(III, 69), из недр морских возвышались плотины, служившие солдатам на­место постоев (III, 163);

по протечении («по истечении») - по протечении нескольких дней (VII,

218);

в течении («в течение») - в течении сорока двух лет (II, 2), в течении де­сяти месяцев (И, 86), в течении трех месяцев (II, 160), в течении более двух часов (VII, 23), в течении двадцати двух дней (VII, 29, а также 45, 80, 154, 186, 196, 202, 205, 214, 219, 220). Ограничившись показаниями I, II и VII то­мов, отметим, что в первом томе представлена лишь форма «в течение», ко­торая в других двух томах встречается лишь единично (в течение сих трех веков - И, 71, в течение ночи - VII, 83, а также 128): Фокеане... испросили один день сроку на размышление и в течение оного... удалились на остров Хио (28), в течение нескольких веков (75, а также 95,114,151, 294). Форма «в течении», в общем, значительно преобладает, представляя, как можно ду­мать, исходную форму предложного падежа. По поводу предлогов «в тече­ние» и «в продолжение» в «Очерках по исторической грамматике русского литературного языка» говорится: «Эти предлоги в XIX веке отмечаются и в другом орфографическом облике: в течении, в продолжении» (с.246).

пути и т.д.» (там же). Это замечание неточно. Сравнить: в течение самых знаменитейших успехов Аннибаловых Октасилий отправился из Лилибеи (I, 228), в течении кратковременного царствования находился он в войне с Польшею (I, 154, а также 199), в течении трехлетних непрестанных нападе­ний (VII, 77), во все течение сей войны (VII, 128) и т.д.;

в продолжении («в продолжение») - (флот), который тревожил его в продолжении четырех часов (VI, 44), защищался в продолжении многих ча­сов (VI, 85), в продолжении сего времени (VI, 91) и т.д. В отличие от предло­га «в течение» конечное -ие в сравнении с -ии в данном случае встречается чаще: неудачи сей войны, в продолжение коей Франциск Первый содер­жал... до 56 галер (VI, 1), в продолжение кампании 1646 года (VI, 69), в про­должение сего времени (VI, 337), у осаждающих в продолжение сего пред­приятия сделалась... «всяка глава плешива» (I, 26), в продолжение сей Кипр­ской войны Афиняне и Лакедемонцы беспрестанно друг друга задирали (I, 154) и т.д.;

выключая («исключая») - было тысяча двести судов, выключая трех ты­сяч каравелл (I, 44), вся Греция была в движении... выключая Аргиенцов (I, 97), все наголову были порублены, выключая некоторого числа взятых в плен (I, 130), все суда взяты.., выключая семи судов (I, 280), потопил все ко­рабли, выключая одиннадцати убежавших к берегу (И, 111), морская пучи­на... наводнила все тамошнее плоскоземие.., выключая тех островов, кото­рые тогда образовались (III, 206); ср. - все войско побито было наголову, исключая некоторое число убежавших (II, 182).

близь («близ») - стал лагерем близь Халкидонии (II, 84), он опять раз­бил встреченный им близь острова Стелы Африканский флот (II, 132), при­быв... в устье Нила близь самого Даниета (II, 168). Ср. война началась мор- скою битвою близ Кадикса (II, 29), уведомясь о поражении Кальвизия близ Кума (И, 44), приказав им следовать близ берега (И, 159). Такого рода па­раллелизм предложных образований, различающихся характером согласно­го в основе, широко отражается, как известно, и в ряде более ранних источ­ников, так что в данном случае приходится только констатировать сохране­ние в первой четверти XIX века этой давней особенности русского литера­турного языка.

Некоторые предлоги позволяют наблюдать процесс замещения слож­ных форм формами простыми и наоборот. Так, предлог «навстречу», пона­чалу выступая как сложный (навстречу к кому, к чему), заменяется формой без «к», что хорошо прослеживается при сравнении исследованных текстов. В первом томе: Фокеане вышли навстречу к ним (29, а также 83, 94), Мелисс выступил навстречу к нему (89, а также 131, 138, 140, 292), послали толикое ж число навстречу к оным (131, а также 152, 244, 291), пошли навстречу к персам (35, а также 54), выступил навстречу к Антиоху (199), пошел он на­встречу к Консулу (238), пошел потом навстречу к Иуниеву флоту (238, а

также 214, ср. единственное исключение: пошел в море навстречу Афинско­му флоту - 145). Во втором томе: выступили к нему навстречу (14), но - по­ехал навстречу Венецианам (202). Наконец, последний, седьмой том знает лишь форму без «к»: идти навстречу кораблям (6), пошел им навстречу (29, а также 101), Г.

Менее выразительной оказывается картина соотношения форм «помо­щью» и «с помощью». Примеры: не мог иначе взять оного, как помощию выписанных из Родоса судов (I, 182), горючими веществами, долженство­вавшими воспламениться помощию фитилей (V, 173), но - потребно было величайшее искусство, чтоб с помощию ночи от них освободиться (V, 45), с помощию Петарды и лестниц вошед в город, перерубили всех (ІИ, 117), с помощию его (ветра) он промчался чрез тот бедоносный пролив (III, 50) и т.д. В «Очерках» говорится о том, что предлоги «с помощию», «при помо­щи» выступают в значении «используя помощь кого-нибудь», «опираясь на помощь кого-нибудь». И в сноске: «Случаи такого употребления «помо­щию» в XIX веке не зафиксированы» (с. 247). В связи с этим показательны следующие примеры: завладев также помощию своих полководцев городом Антиохиею (II, 143), спустя несколько лет помощию вероломного Евфимия, Сицилийского начальника, ... покорили и весь остров (III, 214), дела его по­правились... помощию Императора, и он опять вступил в свои владения (V, 92), Англичане завладели островами... помощию одного Подпорутчика (VII, 64).

В системе предложных омонимов обращает на себя внимание целый ряд устаревших значений, которые в настоящее время не являются принад­лежностью литературного языка.

Характеризуя употребление предлога «от», Л.А.Булаховский писал: «Древнерусское «от» с родительным падежом при формах страдательного залога останавливает на себе внимание как едва ли не единственная пред­ложная конструкция, проникшая через старославянское посредство из гре­ческого: Воеводы у нас уставлены от бояринов (Задонщ.)... Это «от» дер­жится в таком употреблении еще в XVIII веке... и изредка даже заходит в стихотворном языке в первые десятилетия XIX века» (Курс русского лите­ратурного языка.

произвести столь счастливого отступления при столь близком преследова­нии от неприятеля (VII, 40).

Наиболее заметным для предлога «чрез - через» с нужной нам точки зрения является значение «в течение». Говоря об отмирании этого значения, Л.А.Булаховский в своем «Историческом комментарии» приводит примеры лишь из текстов XVIII века (с.277), а в книге «Русский литературный язык первой половины XIX века» о возможности сохранения этого значения не упоминает вообще (см. с.369). Любопытно, что указанное значение изо­бильно представлено лишь во II и III томах «Истории о мореходстве», т.е. в переводе С.Боброва, тогда как в других томах его нет: Дамагор чрез целый день проманивал их ложным отступом (II, 3), буря, продолжавшаяся почти чрез пять дней (II, 58), он получил в руки колебавшееся чрез семь дней не­приятельское воинство (II, 61), чрез целые три часа победа еще все была сумнительна (ІИ, 43), пальба по городу происходила чрез 15 дней из 80 са­мых больших орудий (III, 94), выдержав через четыре часа нападение от че­тырех Христианских галер (III. 100), обязались чрез три года платить Сул­тану сто тысяч дукатов (III, 107), чрез пять часов, грабя город, зажгли его (III, 132) и т.д. Таким образом, отмирание отмеченного предложного значе­ния проходит, так сказать, через стадию индивидуальных стилистических пристрастий.

Можно было бы привести значительное количество примеров, в кото­рых употребление предлогов кажется «необычным» с точки зрения совре­менного понимания нормы. Ограничимся отдельными примерами, допол­няющими самое общее представление о специфике исследованных текстов: Аннибал... приплыл на всех парусах на вид гавани (1,234), речь, которая од­нако ж мало подействовала над людьми (I, 109, а также 48, 125), Алек­сандр... своей храбрости обязан был за покорение толиких государств (I, 178), предосудительное поведение привело его в ненависть у всех его под­данных (1,198, а также 203, 219), некоторое число... судов пустилось за ним на всех парусах и на гребле (I, 143), он будет убит на сражении (I, 146), от­нять у них всякую надежду к помощи (И, 143, а также III, 47), выгнать их из острова (III, 44, а также 124), осквернил... побиением близ 25 000 человек (III, 91), высадить всего войска за противным ветром было невозможно (III, 109, а также 204, 221, 297. 308, 311), огорчился на поступок императора (III, 204), послали войско к покорению их (III, 244), не очень старался о сражении (III, 268), был знаменит по хитрости своей (V, 132) и т.д. Комментарии к ка­ждому из отмеченных сочетаний увели бы нас в область лексико­синтаксических отношений, которые, в общем, не являются предметом на­шего рассмотрения. Обратимся к некоторым морфологическим частностям, касающимся, главным образом, первообразных предлогов.

Синонимичные формы «противу» и «против» распределяются в нашем материале достаточно своеобразно. В первом томе (переводчик Черкасов) используется форма «против» (94 примера при 12 случаях употребления «противу»). Во втором томе (переводчик Бобров) наблюдается примерно такая же картина (83 примера «против» при трех «противу»). Любопытно, что форма «противу» в указанных двух томах никогда не выступает в соче­таниях с формами местоимения 3-го лица, хотя при «против» эти формы достаточно часты. Ср. показания первого тома: стоять противу завидующих

им сильных соседей (29), противу насильственного ими завладения (30), вооружился противу Скифов (33), для намерений, каковые Государь его имел противу Греции (36), противу столь великой армии имели у себя токмо десять тысяч человек (42), якори, для утверждения их противу бурных вет­ров (47), противу коих отправили они знатной флот (85), вооружили одних противу других (95), тридцать пять (галер) противу сорока пяти (119), про­тиву сей поставленной им преграды (120), послать их противу Дариевых су­дов (168), противу машин воздвигали машины (190), но - вооружил против него Навуходоносора (27), предъупредить несчастие свое возмущением про­тив него (37), взбунтовались против него Египтяне (84), ополчились против них (85), выслали против них войско (109), держали они город сей во все­гдашней против них осторожности (117), ожесточили против него Государя сего (135), выслал против него несколько кораблей (142), Филип хочет вос­пользоваться ими против них же самих (163), Антипатор пошел против них (179), ополчился против него (180), ополчились против него (181), отправил против него сто кораблей (182), к наивящему воспламенению зависти опол­чившихся против него Князей (там же), ополчась против него и против Ан­тигона (190), возмутил против него Греков (193), ополчили против него (203), ополчившиеся против него два Царя (там же), отправила против него морские и сухопутные силы (204), решился идти против них войною (211), вооружились против него на море (219), нашлись против него возразители (246), послал против них Хариклита и Памфилия (283).

Случайно ли отсутствие местоимения 3-го лица в сочетаниях с «проти­ву»? Ответ на этот вопрос, как кажется, могут дать показания последних то­мов (переводчик Берков), в которых наблюдается нечто прямо противопо­ложное тому, что наблюдается в первом и во втором томе: в них в качестве нормы принята форма «противу». Так, в седьмом томе форма «против» встречается всего четыре раза, тогда как форма «противу» - 50. Характерно, что пятый том «Истории о мореходстве» отражает как бы нарастание по­следней из указанных форм, стирая возможность противопоставления пред­ложных образований. Первые сто страниц, в отличие от последующих, представляют еще достаточно выразительную картину: из 19 случаев упот­ребления «против» 12 приходятся на сочетания с местоимением, тогда как при 32 случаях употребления «противу» на сочетания с местоимением при­ходится только шесть. Таким образом, отмеченная тенденция, при всей не­последовательности ее проявления, представляется вполне достоверной. Ср. например, предложные формы на С.77 (V том): он был начальником возму­щения противу Николая; совокупили силы свои противу Славян, но - он пошел против них; к укрощению восставшего против него бунта и т.д.

Наш материал позволяет наметить еще один момент, допускающий противопоставление форм «против» и «противу»: при последней допускает­ся сравнительно широкое употребление местоимения без начального н-, то­гда как при «против» наличие н- постоянно (многочисленные примеры из первых двух томов дают лишь единственное исключение: против их - II, 25). В седьмом томе, где постоянно используется «противу», местоименные фор­мы без н- составляют чуть ли не половину всех форм, выступающих в соста­ве нужных нам сочетаний. Ср. атакован... с превосходною противу его ар- миею (12), поставил противу его четыре баталиона регулярных войск (14), 248

должен был задерживать огонь четырех кораблей, поставленных противу его (43), покушения же противу их... имели совершенный успех (151), пошел противу их на штыки (232), но - открыть составленный противу него заго­вор (74, а также 67,128, 176, 205, 241). Нетрудно увидеть известный паралле­лизм между закреплением в литературном языке формы с н- и соответст­вующей формы предлога.

Другим обстоятельством, по-видимому, поддерживавшим форму «про­тив», явилось постоянное включение ее в более или менее устойчивые соче­тания слов: друг против друга (т. I - 145, 186; т.П - 13, 21, 50, 109, 182; т.Ѵ - 118, 184, 214; т.ѴІІ - 41), один против другого (т.І - 284, 204, 230; т.П - 160; т.Ѵ - 103), против воли (т.І - 62; т.И - 24, 119; т.Ѵ - 149) и т.д. Возможно, что оба рассмотренные обстоятельства сходны друг с другом в плане известной фразеологичности, известного своеобразия на фоне свободных словосоче­таний.

Форма «против» - не единственный пример своеобразной реакции предлога на формы местоимения 3-го лица. Об этом приходится говорить и тогда, когда дело касается противопоставления о-/об-. Эти формы в совре­менном литературном языке распределяются, как известно, в зависимости от начального гласного или согласного последующего слова, и, в целом, это правило выдерживается достаточно строго. Наблюдаемые отношения явля­ются результатом длительного развития, об особенностях которого можно судить по документам различных веков. Древнейшие из них фактически не представляют предложного (в отличие от приставочного) об-: форма «о», по крайней мере в условиях организованной, книжной речи, выступает не только перед согласными, но и перед гласными, в частности, перед о-. Так, например, в Выголексинском сборнике находим: о обещании (82), о оци (96), о обою клирику (125 об.) и т.д. Впоследствии «об» перед о- особенно рано становится устойчивой нормой, что, естественно, последовательно (без единого исключения!) отражается в нашем материале: т.І - об Океане (4), об открытии Америки (10), об одном мореплавании (11), а также 19, 36, 96, 126, 135, 137, 138, 162, 176, 196, 207, 208, 259; т.И - об осьми ярусах (57), об от­крытых островах (74), об ожидаемой подмоге (160), а также 12, 14, 48, 50, 61, 162; т.ѴІІ - об охранении (40), об одной (129), об отъезде (153), а также 47, 95, 105, 162. Едва ли можно считать исключениями характерные случаи, ко­гда предложная форма «о» выступает перед начальным сочетанием об-, и, следовательно, речь здесь должна идти о стремлении избежать повторения однозвучных слогов. Ср. о обратном его пути (III, 182), о обращении (VI, 220). По-видимому, достаточно рано форма «об» начинает выступать и при последующем а-. Правда, у М.В.Ломоносова при «об аланах» выступает «о азбуке» и т.д. Однако в первом томе «Истории о мореходстве» (в других то­мах соответствующие условия отсутствуют) перед а- выступает лишь «об»: об Афинской помощи (158), об Александровых последователях (192).

Другое дело гласные у- и особенно и-. Перед ними постоянное исполь­зование формы «об» закрепляется значительно позднее. У Ломоносова в «Древней российской истории» перед у- и и- выступает лишь «о»: о убийст­вах (90), о изобильной жатве (60), о их походах (66), о их верах (115). По су­ществу такая же картина наблюдается и в наших материалах, допускающих, правда, единичные исключения. Примеры: т.І - о угрожающих ему несчасть-

ях (11), о угрожавшем нашествии (37), о утверждении (87), о умножении сил (117), о умерщвлении (135), о уничижении Римлян (263), о угрожавшей опас­ности (287), о изобретении руля (3), о их неустрашимости (161), о имени (173), о известных причинах (223), но - об уходе (62), об успехе (115), об Ин­дии (36); т.И - о успехе (60), о умысле (106), о убийстве (170), о усилении кра­мол (188), о их замышлениях (133), но - об утечке (53); т.ѴІІ - о уничтожении (119), о их высадке (29). Так или иначе, на протяжении XIX века все сводит­ся к закреплению современной произносительной нормы.

На фоне этого процесса достаточно отчетливо проявляют себя харак­терные факторы, определявшие возможность употребления «об» перед по­следующим согласным. Прежде всего, как было указано выше, - это присут­ствие в сочетании форм местоимений 3-го лица. Уже в «Житии» протопопа Аввакума мы находим такие примеры, как «об них» (95), «об нем» (148), «об ней» (141,154), наряду с «о них» (98, 123,127, 132 два), «о нем» (104,118,133, 150). В указанном сочинении Ломоносова, при единственном случае «о нем» (59), содержатся такие примеры, как «об нем» (87), «об ней» (62, ПО), «об них» (58). Наконец, в седьмом томе «Истории о мореходстве» правило ис­пользования «об» перед формами указанного местоимения вообще не знает исключений: об нем (9, 100, 105), об них (103, 126, 197, 226), об ней (220). Знакомство со многими текстами позволяет заключить, что в первой поло­вине XIX века, безусловно, еще существовала зависимость формы предлога от отмеченных выше условий. Ср. у Пушкина: Была ужасная пора, Об ней свежо воспоминанье... Об ней, друзья мои, для вас Начну свое повествова­нье и под. По-видимому, характер проявления этой зависимости мог опре­деляться индивидуальными особенностями авторской речи, теми или иными стилистическими установками, ориентацией на ранние образцы и т.д. Во всяком случае, примечателен тот факт, что первые два тома исследуемого сочинения указанной зависимости почти не отражают: т.І - о нем (31, 76, 142, 157), о ней (226), ср. об них (43 два); т.П - о нем (62, 64), о ней (114). Как бы то ни было, литературный язык не сохранил любопытной особенности, которая была для него достаточно характерна на протяжении нескольких веков.

Другую категорию случаев использования «об» перед согласными оп­ределяет семантический фактор: присутствие глаголов со специфическим значением «ударяться, стукаться, биться» и т.д. Современный язык в какой- то степени сохраняет эту зависимость, поскольку в выражениях «стукнуться об стол, удариться об дверь» и т.п., соотнесенных с местоименным «уда­риться обо что-то», нет ничего предосудительного с точки зрения нормиро­ванной речи (ср. биться как рыба об лед и под.). Язык первой четверти XIX века представляет аналогичную картину, допуская (как и язык современ­ный) возможность некоторых колебаний. Примеры: сирты... преисполнен­ные луд, об кои корабли разбиваются (I, 13), согласуясь с шумом ударяю­щихся об воду весл (1,194), волнение об него разбивалось (I, 170), корабли... сокрушались друг об друга (II, 17), друг об друга разбивались (II, 44, ср. друг о друга ударились - 42), ударяясь об стену (II, 136) и т.д. В книге «Труд­ности словоупотребления и варианты норм русского литературного языка», вышедшей под редакцией К.С.Горбачевича, говорится: «Перед отдельными словами (?) с начальным согласным (преимущественно л, м, н, р) наряду с 250

предлогом о допустимо употребление предлога об». Приводимые далее примеры, в отличие от приведенного утверждения, раскрывают суть дела, тем более что один из них не соответствует сказанному о сонантах: «Он все бежал дальше, к беседке, - и ударился об нее грудью». Сергеев-Ценский, Бред. «Поскрипывали половины, что-то стукнулось об пол». Казаков. Дом над кручей.» (с.272).

Не касаясь отдельных устойчивых сочетаний вроде «рука об руку» вви­ду их отсутствия в нашем материале, отметим лишь чередование предлож­ных форм «о» и «обо», еще допустимое и теперь: о всех... замыслах (1,47), о всех намерениях (I, 52), о всем касающемся до мореплавания (I, 260), о всех завоеваниях (I, 274), о всем происходившем (VII, 137), но - обо всем виден­ном (I, 36,176), обо всем происходящем (157, 159).

В языке изучаемой поры предлоги «через» и «перед» очень часто вы­ступали в неполногласной огласовке, причем последняя нередко решительно преобладала. Именно такая картина наблюдается во всех томах «Истории о мореходстве». На фоне обильно представленных форм «чрез» и «пред» не­многочисленные формы с полногласием кажутся чем-то неоправданным с точки зрения принятой нормы, а между тем есть основания думать, что в ряде случаев материал позволяет говорить о возможности функционально­семантического противопоставления указанных форм, которое постепенно перекрывалось общей тенденцией к формальной унификации предложных образований.

В «Материалах к Российской грамматике» мы находим следующее лю­бопытное замечание Ломоносова: «Писать о разности частиц через и чрез, перед и пред» (ПСС, VII, с. 614). К сожалению, намерение Ломоносова оста­лось неосуществленным, и приходится только догадываться, какую, собст­венно, «разность» имел он в виду. Впрочем, обращаясь к языку самого Ло­моносова, можно, как кажется, высказать некоторые предположения, допус­тимость которых подтверждается более поздним текстовым материалом: форма «через» используется Ломоносовым, главным образом, при обозна­чении места, предмета, с одной стороны которого на другую или поверх ко­торого совершается действие; тогда же, когда речь идет о причине или ви­новнике какого-либо действия, используется «чрез». Ср. примеры из «Древ­ней российской истории»: втыкали шесть копей... выводил жрец посвящен­ного коня скакать через оные копья (61), без труда через Гебр переехав, ра­зошлись надвое (64), переправясь через Дунай, пришли к Наизу (65, а также 64, 71, 96), взялся дать весть через реку (96, а также 126, ср. чрез реку - 125, чрез место, что ныне называется Угорское - 85), но - чрез покорение запад­ных и южных славян... едва не последовал бы знатный урон (S3), язык их... чрез смешение с другими немало отдалился от своего корени (76), радимичи чрез посланных от него пришли в подданство (84), побужден чрез сие, Свя­тослав направил путь свой к Киеву (97, а также 103), постимся по данному нам от Бога закону чрез угодника его Моисея (112), велел спрашивать чрез кличеев (120), чрез вспоможение варяжского войска (125, ср. через сообще­ние с новгородцами - 67, через брачное сочетание - 130). Несмотря на нали­чие отдельных исключений, общая картина употребления форм «чрез» и «через» в языке Ломоносова представляется достаточно выразительной.

Обращаясь к нашим материалам, мы видим следующее: в первом томе повсеместно выступает «чрез» при двух характерных исключениях: перета­щив суда свои через перешеек земли (105), поелику... Архимедовы машины далеко доставали, то подошел он под самые стены, в том мнении, что под оными будут оне через него хватать (290). Во втором томе, при большем ко­личестве примеров, картина оказывается значительно более четкой: полно­гласная форма (без исключений !) выступает лишь в том же значении, кото­рое характерно для языка Ломоносова; в остальных многочисленных случа­ях (при значениях причины, посредника, времени) постоянно используется «чрез». Ср. сделан через него (канал) трехсводной мост (72), переправа через Геллеспонт (97), Велисарий... через Тибр получал... вспомогательную силу (100), подъехал к протянутой Готами через реку перемычке (107), переехав через Черное море (123), перенести... все свои суда через Коринфский пере­шеек (131), перебраться через морской рукав (175), но - получил чрез то удобный путь (40), чрез свое мужество... почтен достойнейшим (151), унич­тожил действие оного чрез хитрость (184), старался чрез посланных разве­дать о Римской сипе (99), чрез тридцать дней (19), чрез пять лет (108), чрез долгое время (114) и т.д. Том седьмой представляет лишь форму «чрез» не­зависимо от передаваемых ею значений. Таким образом, первая четверть XIX века является еще далеким от завершения переходным этапом на пути к окончательной стабилизации полногласного «через», когда намечавшаяся семантическая специализация форм окончательно потеряла свою актуаль- ность.

В отношении различий между «перед» и «пред» сказать что-либо труд­но. В первом томе выступает лишь «пред». В остальных при единичном ис­пользовании формы «перед» наблюдается нечеткая связь этой формы с ви­нительным падежом: Граф де’ Эстре... собрал свою эскадру и пошел перед Малагу (VII, 31, но - пред Малагу - 50), корабли... все были снаряжены и выведены перед город (II, 19, ср. на этой же странице: пред сим городом). В сущности, только показания второго тома имеют некоторое значение ввиду наличия шести форм «перед» (в VII томе их только две). Примеры: молодые девицы... должны были представлять перед нею сих юных полубогинь (55), он... стоя перед Солунью, занимался разведыванием оного; а приметя, что жители приведены уже были в страх, начал перед их глазами выказывать флот свой (136), он... перед Влахернскими палатами... пустил на самые пала­ты несколько стрел (167), приказав нести перед собою знамя св. Марка (176). Во всех этих случаях, как можно убедиться, речь идет об активном действии, движении, происходящем перед кем- или чем-либо. Ср. показательный при­мер из V тома: фрегаты их делали различные движения перед двумя флота­ми (164). Обратившись к случаям использования во II томе формы «пред», мы видим следующее: Цезарь... показался пред сим городом (19), пред сим- то Египетским городом Цезарь долженствовал выдержать величайшие опасности (23), Клеопатра.., извинившись пред ним, была совершенно оп­равдана (55), Август, опять появившись пред заливом, твердо решился на­пасть на Антония (58), Абант... опять появился пред Константиновым фло­том (84), Витигис... первый вздумал построить суда и уже сделал тому опыт пред Салоною (100), появись пред стенами Константинополя (125), расстав­лено было пред глазами народа безмерное богатство (142), усмотрел пред 252

собою двух страшных неприятелей (151), имели солнце всегда пред своими глазами (160). Различия в характере действий как будто бы достаточно оче­видны, хотя намеченные различия существенного значения в истории лите­ратурного языка, по-видимому, не имели.

Завершая рассмотрение предложных вариантов, необходимо отметить более широкое по сравнению с современным литературным языком упот­ребление огласованных форм. Они выступают как перед согласными, так и перед гласными, порою позволяя наблюдать их замену формами без о-. Так, в нашем материале широко представлены отпасованные формы перед сло­вами с начальным сочетанием фл-: со флотом (I, 92, 140, 142, 155 два, 156 и т.д.; И, 24, 38, 99, 128, 138,144; III, 145, 240; V, 9, 36, 186; VII, 26, 30), со фло­та (VII, 46), ко флоту (I, 104, 118, 156, 176; И, 143), со флейтами (I, 228). В по­следних томах наблюдаются формы без -о: с флотом (V, 174; VI, 310; VII, 58), к флоту (V, 122). То же наблюдается и в отношении форм числительного «сто». Ср. изо ста (1.91, 92 три, 103, 113, 136,138, 143, 144, 159, 166, 179, 237 два, 250, 253; И, 7, 130; III, 4; V, 19), во сте (I, 112, 163), но - из ста (V, 19,186, 215; VI, 48; VII, 63). Из других случаев употребления огласованных предло­гов перед словами с начальным стечением согласных отметим следующие: ко вступлению (I, 79, 152, 248), со главы (I, 128), во гроб (I, 194, а также -

156) , ко спасению (III, 58), во Святую землю (III, 185; V, 191), ко споможе- нию (III, 219), со многочисленным ополчением (II, 3. 16, 23, 24, 40, 115, 124, 139). Характерна связь огласованных предлогов с книжными формами на -ние, которая подтверждается употреблением этих предлогов и перед глас­ными о, у, и (ср. совр. во избежание, во изменение и под.): во ожидании (I, 113 два, 238, 268), во обладание (1,162), во уповании (1,152), во угождение (I,

157) , со изумлением (II, 40), во уважение (V, 123), во исполнение (VI, 309). Особо: во Иерусалим (III, 172,174).

Наконец, последние замечания касаются начального н- в зависимых формах местоимений. После ряда предлогов (как было показано выше на примере предлога «противу») оно еще отсутствует или используется непо­следовательно и редко. Примеры предлогов, употребляющихся, как прави­ло, с местоимением без н-: вокруг их (I, 175), вокруг ее (И, 55), вокруг его (III, 98; V, 23), среди его (II, 69), около его (VII, 162, ср. около него - III, 91), мимо его (III, 68), мимо ея (VII, 91), позади его (VII, 22), посреди ея (III, 5), посреди их (III, 312), кроме его (III, 45), подле ее (III, 192), вместо их (III, 255), прежде его (VI, 354). Только предлог «между» выделяется среди прочих наречных предлогов, допуская, как кажется, в несколько большей степени использование новых форм. Ср. между ими (I, 4, 19. 95, 115, 119, 178; II, 1, 41, 104, 129,149, 176; III, 3, 57, 135, 171,201, 203, 234, 240, 260, 292, 309; V, 78, 85, 152, 176; VII, 49, 81, 153), между им и Римлянами (I, 265, а также VII, 35, 165), но - между ними (I, 54; II, 107; III, 3, 220; V, 76, 199, 202, 219; VI, 345) и т.д. Таким образом, в первой четверти XIX века случаи морфологического параллелизма, относящиеся к сфере предлогов и зависимых от них образо­ваний, отличаются значительным разнообразием, не знающим строгой уни­фикации форм.