Реорганизация государственного аппарата

После смерти Сталина его соратники прекрасно осознавали невозможность продолжения курса, основанного на авторитете лич­ной власти, государственном принуждении и насилии. Необходимо было реформировать основные сферы советского общества, госу­дарства и законодательства.

Вопрос состоял только в том, каким образом проводить эти ре­формы, а также как оценивать личность Сталина, его роль в строи­тельстве СССР.

На партийно-государственное руководство страной претендовали тогда три “верных” соратника Сталина: Берия, Маленков и Хрущев.

26 июня 1953 г. был устранен основной претендент. Обвинен­ный в подготовке захвата власти в стране, дестабилизации об­становки, а также грубейших нарушениях законности в ходе мас­совых репрессий 1938-1952 гг. и связях с английской разведкой, Л. П. Берия был арестован, а спустя шесть месяцев, 23 декабря 1953 г., приговорен к исключительной мере наказания — расстрелу.

Устранение опасного соперника, проводимое по инициативе Хрущева, повысило его авторитет среди партийно-советского ру­ководства. В сентябре 1953 г. Хрущев был избран Первым секрета­рем ЦК КПСС. Пост Председателя Совета Министров СССР занял Маленков.

В 1956 г. Хрущев осуществляет другую акцию, сыгравшую за­метную роль в дальнейшей судьбе СССР, — начинает процесс ра­зоблачения “культа личности Сталина и допущенных им ошибок”.

На XX съезде КПСС (февраль 1956 г.), на последнем заседа­нии, уже после выбора руководящих органов партии и избрания Первым секретарем ЦК КПСС, Хрущев выступает с закрытым док­ладом “О культе личности и его последствиях”.

В докладе была дана негативная оценка личности Сталина и многим его деяниям, осуждены массовые репрессии и террор, раз­вязанные против советского народа. Однако социалистический строй и деятельность КПСС были выведены из-под критики.

В Постановлении ЦК КПСС “О преодолении культа личности и его последствий”, принятом вскоре после XX съезда КПСС, спе­циально подчеркивалось, что “культ личности Сталина нанес боль­шой вред делу коммунистического строительства, однако он не мог изменить социалистической природы нашего общественного и го­сударственного строя”.

Заручившись поддержкой XX съезда КПСС, Хрущев прово­дит реформы в управлении промышленностью и строительством, принципиально меняет методы руководства сельским хозяйством. Несколько ранее по его инициативе началось освоение целинных и залежных земель Сибири и Казахстана, в ходе которого осуществ­лен перевод сельского хозяйства на новую, более совершенную тех­нику. В стране прекратились массовые репрессии и стали пересмат­риваться дела “врагов народа”. Были отменены нормы, устанавли­вающие “крепостное право” рабочих и служащих, и приняты меры по повышению заработной платы, сокращению продолжительнос­ти рабочего дня.

Однако не все предлагаемые и проводимые Хрущевым ме­роприятия находили поддержку у лидеров партии и государства, особенно у бывших соратников Сталина: Л. Кагановича, Г. Ма­ленкова, Н. А. Булганина, К. Е. Ворошилова и др. В начале 1955 г. Маленков был снят с поста Председателя Совета Министров СССР.

В 1957 г. Пленум ЦК КПСС обвинил Маленкова, Молотова, Булганина, Кагановича, Ворошилова в создании фракционной, ан­типартийной группы, противодействии ленинскому курсу, намечен­ному съездом, вывел их из состава ЦК и исключил из партии, а так­же снял с занимаемых ими государственных постов.

В 1958 г. Н. С. Хрущев был избран Председателем Совета Ми­нистров СССР и, таким образом, совместил руководящие посты в партии и государстве, сосредоточив подобно Сталину в одних ру­ках всю полноту партийно-государственной власти. Были устране­ны все препятствия на пути проводимых реформ. Беспрепятствен­ное их проведение в форме законов в значительной степени уско­рило процесс реформирования всех сфер общества и государства. Достаточно убедительными были и достижения советского обще­ства в период 1953-1964 гг.

Интенсивными темпами развивалась промышленность. В 1961 г. по сравнению с 1955 г. рост промышленного производства продукции составил 80%. При этом принимались действенные меры по развитию тяжелой промышленности, производству товаров на­родного потребления, обеспечению населения продуктами питания, одеждой и обувью.

Заметными оказались успехи и в сельском хозяйстве. Благо­даря повышению закупочных цен на сельскохозяйственную про­дукцию, снижению налогов с личного приусадебного хозяйства, по­высилась заинтересованность колхозников и рабочих совхозов в увеличении производства сельскохозяйственной продукции. В 1954-1956 гг. было освоено 36 млн га целинных и залежных зе­мель, что позволило увеличить валовой сбор зерна в 2 раза.

Заметно возрос уровень материального благосостояния наро­да. Была повышена заработная плата, прекращен выпуск облига­ций обязательных Государственных займов, отменена плата за обу­чение в образовательных учреждениях, приняты действенные меры по обеспечению населения благоустроенным жильем путем орга­низации и внедрения панельного домостроения. Все трудящиеся СССР, как рабочие, так и колхозники, стали получать пенсии по старости, болезни и в случае потери трудоспособности.

Больших успехов в своем развитии достигла и советская на­ука. В 1954 г. была построена первая атомная электростанция. На вооружении армии появилась водородная бомба и новые виды стра­тегического вооружения. Благодаря созданной в СССР баллисти­ческой ракете в 1957 г. был впервые в мире запущен искусствен­

ный спутник земли. 12 апреля 1961 г. в космос стартовал космичес­кий корабль, пилотируемый первым космонавтом планеты Ю. А. Га­гариным.

Освободившись от оков сталинской трактовки марксистско-ле­нинского учения, советские философы и обществоведы получили возможность самостоятельно и в определенных пределах творчески подходить к постановке и решению теоретических и практических проблем социализма, конкретизации и развитию философии, поли­тической экономии и научного коммунизма применительно к совре­менным процессам и явлениям.

Достижения советского общества КПСС сочла убедительны­ми доказательствами возможности построения в СССР коммунис­тического общества в течение ближайших 20 лет.

XXII съезд КПСС, состоявшийся в октябре 1961 г., принял новую Программу КПСС.

В ходе построения коммунистического общества государ­ство должно было успешно решить девять первоочередных, но глобальных задач:

1) организовать создание материально-технической базы ком­мунизма;

2) преобразовать социалистические отношений в коммунисти­ческие;

3) осуществлять контроль за мерой труда и потребления;

4) обеспечивать подъем благосостояния народа;

5) охранять права и свободы граждан, социалистический пра­вопорядок и социалистическую собственность;

6) воспитывать народные массы в духе сознательной дисцип­лины и коммунистического отношения к труду;

7) надежно обеспечивать оборону и безопасность страны;

8) развивать братское сотрудничество с социалистическими странами;

9) отстаивать дело всеобщего мира и поддерживать нормаль­ные отношения со всеми странами.

Процесс построения коммунистического общества и решения названных задач распадался на два этапа. В 1961-1970 гг. планиро­валось превзойти по производству продукции на душу населения США, значительно поднять материальное благосостояние и куль­турно-технический уровень трудящихся, обеспечить материальный достаток, превратить колхозы и совхозы в высокопроизводитель­ные и высокодоходные хозяйства, удовлетворить потребности граж­дан в благоустроенных жилищах, устранить тяжелый физический труд и ввести самый короткий рабочий день.

В ходе второго десятилетия (1971-1980 гг.) предполагалось со­здать материально-техническую базу коммунизма, обеспечить изо­билие материальных и культурных благ для всего населения, подойти вплотную к осуществлению принципа распределения по потребнос­тям и осуществить переход к единой общенародной собственности.

Однако, как видим, последующее развитие советского обще­ства и государства шло не по планам этой очередной утопии, а за­тем и вообще вопреки им.

Просчеты в определении путей и темпов развития общества и государства явились следствием сохранения недемократических методов руководства партией и государством.

Скороспелые, непродуманные предложения Хрущева прини­маются и одобряются без серьезной критики и всестороннего об­суждения. В результате их реализации общество не получало ожи­даемых результатов, что в свою очередь вызывало недовольство населения.

Отдельные выступления населения против политики государ­ства сурово пресекались. Так, с помощью оружия были разогнаны демонстрации рабочих в Новороссийске и в Новочеркасске в 1962 г. Принимались репрессивные меры в отношении инакомыслящих деятелей литературы и искусства. “Хрущевская оттепель” подхо­дила к концу.

В октябре 1964 г. Н. С. Хрущев был снят со всех занимаемых им постов “по состоянию здоровья”. С его уходом резко поменялся и курс партии и государства.

Желая решительно порвать с негативным наследием культа личности Сталина, партия и советское государство проводят рефор­мирование всех государственных органов с целью сделать их более дешевыми, менее громоздкими, способными эффективно управлять экономикой и другими сферами общества, укрепить в деятельнос­ти государственных органов законность, внедрить принцип демок­ратизма, привлечь к участию в делах государства все взрослое на­селение страны.

Преобразования в сфере государства теоретически обосновы­вались вступлением общества в фазу строительства коммунизма, на которой диктатура пролетариата перестает быть необходимой и превращается в общенародное государство.

Следовательно, и методы управления страной, обществом, при­меняемые на предшествующей стадии развития советского госу­дарства, оказываются во многом устаревшими и даже вредными. Их следует как можно быстрее привести в соответствие с новыми процессами и задачами советского социалистического общества.

Первые шаги по реформированию государственной сферы были предприняты в отношении правоохранительных органов с целью укрепления в их деятельности законности и уважительного отношения к правам граждан СССР.

Принимались меры и по укреплению связи государственных органов с населением.

Благодаря, этому партия и государство рассчитывали ре­шить одновременно несколько задач:

1) поставить государственный аппарат под контроль обще­ственности, населения страны;

2) переложить часть функций государственных органов на об­щественность и тем самым сократить число государственных слу­жащих и соответственно расходы на их содержание;

3) сократить число правонарушений и правонарушителей, по­скольку активное участие в делах государства способствует повыше­нию правовой и политической культуры граждан, способствует фор­мированию у них стойкой установки на противоправное поведение;

4) подготовить условия для перехода к общественному само­управлению, когда функция управления перестанет быть особой профессией и станет общедоступной для всех членов общества.

Восстанавливается большинство форм участия населения в делах государства, использованных в начале 1930-х гг. Повсемест­но создаются товарищеские суды и народные дружины по охране общественного порядка. Вводится институт общественных обвини­телей и общественных защитников, общественных следователей, дознавателей, участковых уполномоченных, работников ГАИ, уго­ловного розыска.

Возрождается практика вовлечения населения в проверки де­ятельности государственных органов и предприятий, осуществляе­мых органами партийно-государственного контроля.

Рабочие и служащие активно участвуют в работе постоянных комиссий местных советов депутатов трудящихся, создают обще­ственные отделы и управления исполкомов советов и даже на об­щественных началах выполняют функции председателей исполко­мов советов и их заместителей.

Общественная работа становится продолжением трудовых обя­занностей населения. Местные партийные и советские органы в пого­не за максимально полным охватом граждан общественными делами обязывают их участвовать в той или иной общественной работе. В ре­зультате выполняемая по принуждению общественная деятельность осуществляется формально и не приносит ожидаемых результатов.

Инициатором реформ государственного аппарата, равно как и иных сфер жизни общества, был Хрущев, который искренне пы­тался создать эффективно действующий государственный аппарат, обеспечить в стране законность, привлечь население к участию в делах государства.

Однако Хрущев невольно повторил ошибку Сталина. Понаде­явшись на собственную интуицию, пренебрег закономерностями раз­вития общества, экономики, не учитывал правовой и политический уровень населения, принимал непродуманные, волюнтаристские ре­шения. Реформы, проводимые им без серьезного научного обоснова­ния, оказались малорезультативными, породили массу негативных явлений и с самого начала нуждались в корректировках.

Первым секретарем ЦК КПСС (после XXIII съезда КПСС — Генеральным секретарем ЦК КПСС) был избран Л. И. Брежнев; Н. А. Косыгин возглавил Совет Министров СССР, А. И. Микоян — Президиум Верховного Совета СССР; А. Шелепин, сохранив за со­бой пост секретаря ЦК КПСС, избран Председателем Комитета партийного контроля и назначен заместителем Председателя Со­вета Министров СССР; М. Суслов как член Президиума ЦК КПСС возглавил идеологическую работу в партии и государстве.

Новая команда весьма оперативно исправила ряд волюнтари­стских решений Хрущева, вернулась к ранее существовавшим по­рядкам, немного их модернизировав. С декабря 1964 г. были ликви­дированы промышленные и сельские крайкомы, обкомы и райкомы партии и соответственно устранено двоевластие местных советов в краях, областях и районах.

В 1965 г. были упразднены СНХ СССР, ВСНХ СССР, респуб­ликанские совнархозы и восстановлены центральные промышлен­ные министерства, а вместе с ними Госкомцен, Госснаб и другие государственные комитеты. Партийно-государственный контроль был разделен на партийный и народный контроль.

В октябре 1965 г. Верховный Совет СССР принял Закон, соглас­но которому народный контроль создавался как система союзно­республиканских органов, подчиненных Совету Министров СССР и Советам министров союзных республик.

Вскоре выявились разногласия между лидерами новой коман­ды. Так, Косыгин полагал необходимым в первую очередь разви­вать легкую промышленность как основу материального благопо­лучия населения. По мнению Брежнева, приоритетными отрасля­ми в советской экономике должны быть сельское хозяйство, тяже­лая индустрия и оборонная промышленность.

В решениях XXIII съезда КПСС основное направление разви­тия народного хозяйства связывалось с укреплением легкой про­мышленности и проведением экономической реформы, т. е. преоб­ладал подход Косыгина.

Основные положения реформы были закреплены в постанов­лении ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 4 октября 1965 г. “О совершенствовании планирования и усилении экономического

стимулирования промышленного производства” и в постановлении СМ СССР от 4 октября 1965 г. “Об утверждении Положения о соци­алистическом государственном производственном предприятии”.

Постановления значительно расширяли права предприятий и сводили к минимуму обязательные показатели, утверждаемые вы­шестоящими организациями. Для повышения заинтересованности предприятий в выпуске сверхплановой продукции, в развитии ини­циативы образовывались фонды материального стимулирования предприятий.

На первых порах реформа оказала положительное влияние на экономику страны. Восьмая пятилетка (1966-1970 гг.) по темпам роста была самой удачной за все послевоенное время. Однако уже в начале 1970-х гг. рост экономики вновь замедлился. Администра­тивно-командная система сумела торпедировать самостоятельность предприятий и сохранить их зависимость от органов управления.

Новые методы планирования внедрялись весьма трудно, фон­ды материального стимулирования не оказывали заметного влия­ния на производительность труда, поскольку размер премий состав­лял около 3% фонда заработной платы. По основным вопросам хо­зяйственной деятельности предприятия должны были все равно получать согласие вышестоящей организации.

Не получили должного развития и прямые связи между пред­приятиями. Как и раньше, их устанавливал Госснаб СССР. Таким образом, начатая реформа нуждалась в дальнейшем совершенство­вании, в поиске путей расширения хозяйственной самостоятельно­сти предприятий. Однако был взят крен в другую сторону. Были приняты меры на усиление центра в управлении экономикой и на первоочередное развитие оборонной промышленности, энергетики и сельского хозяйства.

Л. И. Брежнев, усилив свои позиции в партийном и государ­ственном аппарате, стал единоличным лидером и бесспорным ав­торитетом по вопросам развития экономики и методов ее вывода из кризиса. Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 12 июля 1979 г. “Об улучшении планирования и усилении воздей­ствия хозяйственного механизма на повышение эффективности производства и качества работы” предусматривалось введение око­

ло 200 показателей, отражающих практически все направления хозяйственной деятельности предприятий и подлежащих утверж­дению вышестоящим органом.

Вводился новый показатель “нормативно-чистой продук­ции”, который должен был заменить показатель “валовая про­дукция”, не дававший верного представления о состоянии хозяй­ственной деятельности предприятий и народного хозяйства в целом. К сожалению, новый показатель не оправдал возлагаемых на него надежд. Из-за отсутствия надежной методики определе­ния показатель нормативно-чистой продукции не получил ши­рокого применения.

Непродуманная и непоследовательная экономическая полити­ка советского государства не смогла уйти от основополагающих принципов управления экономикой периода культа личности Ста­лина: чрезмерной централизации управления, директивного пла­нирования, недостаточной развитости прямых договоров между предприятиями, отсутствия рыночного ценообразования, а также действенных методов материального стимулирования работников.

В результате, как отмечалось на XXVII съезде КПСС, оказа­лись невыполненными задачи по развитию экономики, поставлен­ные Программой КПСС, и даже более низкие задания девятой и десятой пятилеток. Не удалось осуществить и намеченную на эти годы социальную программу.

В 1970-1985 гг. темпы роста промышленности упали до 3,5% в год против 8,4% во второй половине 1960-х гг. Еще более неутеши­тельной была картина в сельском хозяйстве, где темпы прироста продукции снизились до 1,4%. В этот же период объем капиталов­ложений снизился до 1,8%, а рост производительности труда соста­вил менее 3%.

Подобные итоги хозяйственной деятельности государства явились прямым следствием субъективных методов управления экономикой страны, неспособности и неумения государства поста­вить эту сложнейшую проблему на строго научные рельсы.

Брежнев, повторяя своих предшественников, постепенно пре­вращался в единственного “авторитета” по всем партийным и госу­дарственным делам. Подобно Сталину он был объявлен “верным

ленинцем”, “стойким и непоколебимым продолжателем дела Лени­на” в условиях развитого социализма.

В стране в пропагандистских целях действовала сеть партий­ной учебы. В ней участвовало большинство работников предприя­тий, учреждений, организаций на добровольно-принудительных началах. В ходе учебы основное внимание уделялось изучению ис­тории партии, актуальным проблемам политики, экономики, меж­дународного положения. В трудовых коллективах систематичес­ки проводились обсуждения материалов пленумов и съездов партии, важнейших законопроектов и даже литературных опу­сов Л. И. Брежнева: “Малая земля”, “Возрождение” и “Целина”.

Идеологическая обработка населения велась по преимуществу догматически, была оторвана от реального положения дел в стра­не, сводилась к разъяснению редко выполняемых партийных ре­шений и не подкреплялась сколько-нибудь заметным улучшением материального положения населения.

В качестве ответной негативной реакции на официальную про­паганду в стране образуется диссидентское движение из лиц, же­лающих воссоздать правду о сути развитого социализма в СССР и его экономических, политических и социальных “достижениях”. Диссидентское движение не имело четкой идеологической основы и было весьма разноречиво. Одни ратовали за построение социа­лизма по заветам К. Маркса и В. Ленина, другие хотели бы перене­сти институты буржуазной демократии на советскую почву, тре­тьи звали к восстановлению христианства и самодержавия.

Советское государство вело активную и непримиримую борь­бу с диссидентами. Увольнения с работы, лишение свободы (П. Лит­винов, Ю. Галансков, А. Марченко), помещение в психиатрические больницы (П. Григоренко и др.), высылка за рубеж или ссылку (А. Солженицын, А. Сахаров) — вот методы, которыми Советское государство боролось с инакомыслием.

Одной из действенных мер, которая должна была убедить со­ветских граждан и население других стран в бесспорных успехах построения и совершенствования развитого социализма в СССР, явилась подготовка и принятие Верховным Советом СССР 7 октяб­ря 1977 г. новой Конституции СССР.

Проект Конституции готовился долго и тщательно. Партия хо­тела творчески совместить несовместимое — явить народу новую Конституцию и в то же время сохранить неизменным существую­щие порядки в экономической, политико-правовой, социальной и иных сферах советского общества. Поэтому новая Конституция была таковой лишь текстуально, а по существу она мало чем отли­чалась от Конституции 1936 г.

И тем не менее партия и государство рассматривали ее как важ­ное средство дальнейшего развития и углубления социалистической демократии, могучее орудие строительства коммунизма. В пропаган­де проекта Конституции были задействованы все партийные и со­ветские органы. Согласно официальной статистике, в его обсужде­нии участвовали свыше 140 млн человек, т. е. более 4/5 всего взрос­лого населения страны, которые единодушно поддержали проект и внесли около 400 тыс. предложений с конкретными поправками.

Советский государственный аппарат. Партийные директивы, Конституция СССР 1977 г., законодательные акты ориентировали государство и его органы на решение трех взаимосвязанных задач:

1) повышение материального благосостояния народа и созда­ние материально-технической базы коммунизма;

2) дальнейшее развитие демократии и вовлечение населения в управление делами общества и государства;

3) обеспечение безопасности страны и содействие укреплению мира.

Успешное руководство экономическим, политико-правовым и социально-культурным строительством рассматривалось как даль­нейший важный шаг на пути построения в СССР коммунистичес­кого общества.

Решая названные кардинальные задачи, партия и государство не считали необходимым и целесообразным реформировать исто­рически сложившуюся систему государственных органов и поря­док их деятельности, отказываться от принципов организации и деятельности органов государства, разработанных Лениным и твор­чески “реализованных” Сталиным.

Реорганизация государственного аппарата, проведенная в се­редине 1960-х гг. после прихода к власти Брежнева, свелась к от­

мене скороспелых и недостаточно продуманных нововведений Хрущева.

Новая Конституция СССР 1977 г., которая, по мнению Бреж­нева, представляла “концентрированный итог всего шестидесяти­летнего развития Советского государства”, последовательно воспро­изводила и сохраняла в основном систему органов государства, принципы их организации и деятельности, закрепленные в Консти­туции СССР 1936 г.

Преемственность в деятельности государственного аппарата рассматривалась как одно из убедительных доказательств вернос­ти марксистско-ленинскому учению, незыблемости социалистичес­кого строя.

Соответственно государство “развитого социализма” воспри­няло созданное по сталинским рецептам ординарное полицейское бюрократическое государство, в котором представительные орга­ны не обладали реальной властью, преобладал централистский принцип управления, процветали бюрократизм и произвол, отсут­ствовали свобода слова и свобода мысли. Участие населения в де­лах государства было формальным и осуществлялось преимуще­ственно в пропагандистских целях.

Следовательно, в новых исторических условиях “развитого социализма” партия и государство, на словах отказываясь от ста­линских методов управления страной, на деле по-прежнему сохра­няли практически неизменным государство, его органы, выступав­шие основным проводником сталинских методов.

В условиях “развитого социализма”, как и в сталинские вре­мена, полновластием обладали не представительные органы — со­веты, а партийный и государственный аппарат управления. В стране отсутствовал и действенный контроль со стороны населения, обще­ственных организаций, прессы за работой этого аппарата.

В таких “тепличных условиях” партийный и государственный аппарат присвоил себе ряд льгот и привилегий, превратившись в партийно-чиновничью элиту советского общества. Ответственные государственные и партийные работники обслуживались в специаль­ных магазинах, столовых, покупая товары по более низким ценам, нежели в простых магазинах. К их услугам были бесплатные санато­

рии, персональные дачи, специальные больницы и клиники, оснащен­ные современным оборудованием. Даже проживали аппаратчики в специально построенных домах улучшенной планировки.

Значительная часть должностных лиц, не довольствуясь име­ющимися льготами и привилегиями, совершала должностные про­ступки и преступления, злоупотребляла служебным положением в корыстных целях. И пример в этом подавал сам Брежнев.

Получение незаслуженных наград, выдвижение своего сына и зятя на высокие государственные посты, расправа с неугодными людьми, окружение себя подхалимами, льстецами, некомпетентное руководство страной — таков далеко не полный перечень деяний Л. И. Брежнева.

Среди должностных лиц, нарушавших государственную и партийную дисциплину, оказались министр МВД СССР Щелоков, его первый заместитель — Чурбанов, ответственные работники партий­ных органов, министерств и ведомств СССР и союзных республик.

Возможность пользоваться большими материальными блага­ми, иметь власть — все это в глазах населения делало работу в го­сударственном аппарате престижной. Однако попасть на государ­ственную должность было весьма непросто. В стране отсутствовал конкурсный порядок замещения вакантных должностей в государ­ственном аппарате.

На наиболее престижные и ответственные посты приглаша­лись знакомые, родственники, лица, доказавшие личную предан­ность руководству государственного органа. В итоге государствен­ный аппарат неимоверно разросся, тогда как число квалифициро­ванных, способных специалистов в нем оставалось не столь уже значительным.

В то же время отсутствовал механизм освобождения государ­ственного аппарата от неквалифицированных, малоинициативных работников. Аттестация работников этого аппарата не проводилась. Повышение по службе целиком и полностью зависело от усмотре­ния вышестоящего начальника.

Недостаточный профессионализм государственного аппарата неизбежно порождал бюрократизм и волокиту. Для решения порой достаточно простого вопроса требовались многочисленные согласо­

вания и проверки. Так, для получения разрешения на поездку в капиталистическую страну нужно было подготовить и завизировать 10 документов в трех и более копиях, а всего же около 50 “бумаг”.

Огромный бюрократический аппарат, естественно, не мог опера­тивно реагировать на возникающие проблемы, успешно решать по­ставленные перед ним задачи. Экономика СССР медленно и неуклон­но входила в кризисную стадию. Темпы экономического роста посто­янно снижались. В конечном итоге производство большинства видов продукции промышленности и сельского хозяйства в одиннадцатой пятилетке (1980-1985 гг.) не достигло запланированных рубежей.

Пытаясь скрыть от населения реальное положение в экономи­ке, иных сферах, партия и государство становятся на путь фальси­фикаций статистических данных, реальных событий и фактов. С по­мощью грифов “для служебного пользования” и “секретно” от на­селения утаивались многие документы, непосредственно затраги­вающие интересы людей. Даже значительная часть нормативно­правовых актов, регулирующих отношения государства с гражда­нами, распространялась только среди государственных органов.

Однако для любого гражданина не стоило большого труда ра­зобраться с действительным положением дел в стране. Достаточно было сходить в продовольственный или промтоварный магазин и посмотреть на пустые полки.

Упорное нежелание партии и государства реально оценить ситуацию в стране, решиться на кардинальное реформирование государственного аппарата и сделать его способным исправить негативные тенденции в экономике, политике, национальных от­ношениях — составляет характерную особенность советского го­сударства в рассматриваемый период. На этом фоне особый инте­рес представляют те малоэффективные полумеры, которые пред­принимали партия и государство с целью изменить ситуацию в стране, осуществить поставленные задачи.

В ноябре 1982 г. умер Л. И. Брежнев. Его преемник, Ю. В. Анд­ропов пытался оживить экономику и усилить борьбу с преступнос­тью, иными нарушениями законности, допускаемыми высокопос­тавленными государственными и партийными сановниками и про­стыми гражданами.

Для того чтобы положить конец субъективизму и волюнтариз­му в руководстве страной, Андропов считал необходимым творчес­ки опираться на марксизм-ленинизм, с тем чтобы “трезво представ­лять, где мы находимся.

Забегать вперед — значит выдвигать неосуществимые зада­чи; останавливаться только на достигнутом — значит, не использо­вать все то, чем мы располагаем. Видеть наше общество в реальной динамике, со всеми его возможностями и нуждами — вот что сей­час требуется”.

Однако замыслам Андропова не суждено было свершиться. В феврале 1984 г. он умирает при достаточно загадочных обстоя­тельствах.

Напуганное реформами, подготавливаемыми Андроповым, партийное руководство избрало на пост Генерального секретаря ЦК КПСС тяжело больного К. Черненко.

Согласно официальным партийным оценкам, это был “выдаю­щийся деятель Коммунистической партии, Советского государства и международного коммунистического движения, последователь­ный марксист-ленинец”. На самом деле Черненко был посредствен­ным партийным функционером, основное достоинство которого вы­ражалось в тесной дружбе и длительном сотрудничестве с Бреж­невым. Но именно оно и гарантировало партийному аппарату спо­койную жизнь и неизменность прежнего брежневского курса.

Однако Черненко не оправдал возлагавшихся на него надежд, проработав на посту Генерального секретаря ЦК КПСС чуть более года. После его смерти, 11 марта 1985 г., Генеральным секретарем ЦК КПСС избрается М. С. Горбачев, взявший решительный курс на реформиро­вание всех сфер общества. Период двадцатилетнего застоя Советско­го государства стал достоянием истории.

13.2.