Системный характер лексики. Типы словообразования

Лексика того или иного языка системно организована. Иными словами, она представляет собой не конгломерат (лат. conglomerates — собранный, скопившийся — механическое

соединение чего-либо разнородного, беспорядочная смесь) лек сических единиц, а систему, объединяющую их в единое це­лое посредством множества взаимосвязей и взаимообуслов­ленностей.

Как правило, выделяют две стороны системности словар­ного состава: лексическую систему как совокупность слов и словосочетаний, являющихся назывными (номинативными) средствами, и лексическую систему в качестве формы орга­

низации и взаимодействия этих элементов^[25].

Системные связи действуют как на уровне системы данно­го языка, так и в рамках отдельных групп слов, входящих в неё. Отношения последнего рода в группах слов, объединяе­мых общностью признаков, называют парадигматическими (гр. paradeigma — пример, образец), относящимися к системе язы­ка. Е противовес парадигматическим существуют отношения

синтагматические (от греч. syntagma — нечто соединенное), относящиеся к сочетанию единиц языка в данном высказыва­нии. Парадигматические отношения основаны на общей па­радигме, общем отношении к другим членам данной лекси­ческой группы. Синтагматические отношения представляют собой те системные связи, которые проявляются в закономер­ном сочетании слов друг с другом. Такие связи характеризу­ют реальные отношения языковых единиц в тексте, сочетае­мость слов в нём. На их возникновение существенное воздей­ствие оказывает лексическая система языка в целом.

Выделение языковых групп, в которых функционируют системные связи, происходит на основании ряда определён­ных признаков. К числу таких признаков относят, например, общность происхождения тех или иных слов. Восстановлени­ем родственных связей морфем и слов занимается специаль­ная дисциплина этимология (от греч. etymon — истина, ис­тинное значение слова), являющаяся разделом сравнитель­ной лексикологии.

Эта дисциплина позволяет установить лексических «род­ственников» того или иного слова. К примеру, с позиций эти­мологии русское слово «кроме» связано со словами «кром­ка», «скромный», «укромный», «закрома», «кромешный», с названием «Кромы»; оно содержит общий корень с глаголом

«кромсать». Более отдалённую близость оно имеет с корнями

слов «кроить», «кройка», «край», «окраина», «краткий», «ко­роткий», «кора», «шкура». Такая близость прослеживается даже со словами «черта», «чертить» и «чара», «чарка». При сравнении всех этих слов с учётом их изменений в них выде­ляют древний корень «-кер-», имевший первоначальное зна­чение «резать», «рубить» и т.п. Кстати, названный корень можно выделить и в словах греческого происхождения «кри­зис», «критика», и латинского — «декрет», «секрет». Следо­вательно, этимологически установлено, что все названные слова имеют общность происхождения, связаны между собой на основе этого признака.

Языковые группы могут выделяться также на основании объединения компонентов, входящих в каждую из них, общим способом словообразования, деривации (от лат. derivatio —

«образование новых слов при помощи словообразовательных средств и в соответствии со словообразовательными моделями данного языка»). Все деривационные способы подразделяются на морфемные и неморфемные. Для морфемных характерно создание новых слов на базе существующих в языке основ и словообразовательных аффиксов (значимых частей слова за ис­ключением корня). Учитывая то, какая словообразовательная морфема участвует в рассматриваемом процессе, выделяют сле­дующие морфемные способы: суффиксальный, префиксальный, префиксально-суффиксальный, постфиксальный, суффиксаль- но-постфиксальный, префиксально-постфиксальный, сложение. Напомним, что «префикс» и «приставка» — это одно и то же. Следовательно, термин «префиксально-суффиксальный» соот­ветствует термину «приставочно-суффиксальиый».

Что же касается термина «постфикс», то он обозначает служебную морфему, которая находится после окончания слова или словообразовательного суффикса (например, суффикса -ся,

«учить* — «учиться», «возвращать» — «возвращаться» и т.д.). Для неморфемных способов словообразования характерно то, что новые слова создаются на базе существующих в языке слов без применения словообразовательных аффиксов. При образовании с помощью этого способа новых слов использу­ются другие средства: порядок следования частей производ­ного слова, сращение, усечение основ, изменение семантики, единое ударение и др. Разновидностями неморфемного спосо­ба словообразования являются: морфолого-синтаксический, лексико-синтаксический, лексико-семантический, аббревиа­ция (от лат. brevia — «краткий» — способ сокращения).

На последнем из названных способов словообразования основано выделение одной из специфических групп слов —

аббревиатур. В переводе с итальянского термин «аббревиату­ра» означает «сложносокращенное слово». Этим термином на­зывают слово, образованное сокращением словосочетания и читаемое по алфавитному названию начальных букв или по начальным звукам слов, входящих в него: ВВС [вэвээс], ООН

[оон], втуз [фтус]. Этим же термином может быть названа лек­сическая единица, возникшая при сокращении одного произ­водящего слова: зав[заф] — заведующий. Аббревиатуры мо­гут быть составлены из отрезков производящих слов, образу­ющих исходное словосочетание (например, торгпредство [търкпр'эцтва] — торговое представительство) или из таких же отрезков целого слова (Совмин [сафмин] — Совет Мини­стров). К ним относятся также сложносокращенные слова, образованные из отрезков производящих слов и их началь­ных звуков (самбо [самба] — САМостоятельная Оборона Без Оружия) или из отрезка одного производящего слова (пом [пом]— помощник).

Выделяют буквенные, звуковые и букьенно-звуковые аб- бревиатуры^[26]. Аббревиатуры, образованные из начальных букв производящих слов (СНГ — [эс—эн-гэ] — Содружество Неза­висимых Государств), называют буквенными.

производящих слов, так и из названий их начальных букв (ЦСКА — [цэ—эс—ка] — Центральный спортивный клуб ар­мии).

В лексическую систему языку входят и многие другие груп­пы слов, объединяемых общностью либо противоположнос­тью значения, сходством стилистических свойств, специфи­кой функционирования, принадлежностью к архаизмам — устаревшим словам («чело», «рыбарь», «отрок*), неологиз­мам — новым лексическим образованиям («спонсор», «слайд»,

«лунодром»), к историзмам — словам, обозначающим назва­ния предметов и явлений, которые вышли на определенном этапе истории народа из обихода («пищаль», «продналог»,

«ликбез») и т.д.

С учетом стилистического фактора, к примеру, слева мо­гут быть объединены в такие свои специфические ряды, как разговорная и книжная лексика; выделяют лексику научной,

художественной литературы, официально-деловую лексику и т.д. Основанием для выделения языковых групп могут слу­жить лингво-стилистические признаки в качестве тех допол­нительных значений слов, которые выражают оценку обозна­чаемых ими понятий — негативную или позитивную. Такого рода подход позволяет объединять слова ласкательные, шут­ливые («душечка», «голубчик», рыбонька»), возвышенные («благоговеть», «исполинский», «неувядаемый»), обличитель­ные («заклеймить», «пригвоздить», «уличить») и т.д. Каж­дое из групповых лексических образований имеет внешние и внутренние системные связи, характеризуется особенностями функционирования.

В качестве основания для объединения слов в группы мо­гут служить и не лингвистические факторы» а те или иные проявления сходства обозначаемых ими понятий. К примеру, можно говорить о классе слов, которые соответствуют отвле­чённым понятиям («судьба», «чары», «чудо»). Или, допус­тим, выделяют определённые тематические классы слов, слу­жащие для названия средств передвижения, спортивного ин­вентаря, инструментов, снастей и т.д.

Системные отношения в лексике проявляются на различ­ных уровнях существования языка. На общеязыковом уровне действует зависимость лексического значения слова от грам­матического оформления, фонетических изменений и других факторов языкового и неязыкового характера. На уровне сло­варного состава проявляются отношения различных рядов слов, лексических смысловых групп, образующих словесные подсистемы языка: экспрессивно-стилистические группы, груп­пы паронимов (слов со сходным, но не тождественным звуча­нием и различными значениями) и т.д. Отдельное слово впле­тено в системные связи, имеет определённую смысловую струк­туру, может проявлять многозначность (полисемию), при ко­торой различные варианты и оттенки значения объединены вокруг единого смыслового стержня.

Многие известные лингвисты (Л.В. Щерба, Р.А. Будагов, Н.М. Шанский и др.), осмысливая системный характер лек­сики, обращали внимание на то обстоятельство, что систем­ность слова не противоречит определённой его самостоятель­ности в системе целого. Причём, такая самостоятельность возрастает по мере обращения к некоторым компонентам лек­сической системы (к примеру, обозначающим и выражающий важнейшие проявления идейного потенциала общества).

Слово — одна из основных значимых единиц в системе языка. Функционируя само по себе и в составе предложения,

оно позволяет закреплять в языковой системе результаты по­знавательной деятельности человека и не теряет при этом свою качественную специфику.

Слово, сохраняя системность своих связей и отношений, в то же время служит одним из необходимых средств системно­го познания и освоения мира. Оно — важнейшая содержа­тельно-звуковая система, без использования которой невоз­можно осуществление многообразной деятельности людей. Выдающийся отечественный филолог и философ А.Ф. Лосев писал: «Слово — могучий деятель мысли и жизни. Слово под­нимает умы и сердца, исцеляя их от спячки и тьмы...Без слов нет ни общения в мысли, в разуме, ни, тем более, активного и напряжённого общения»^[27].