Вводные замечания

Реализация рассказов-пластинок, как отмечалось выше, связана с ситуациями фатического общения, которому часто сопутствует установка собеседников на шутку. Шутливая тональность обнаруживает себя в целом ряде признаков.

В акте коммуникации шутливый настрой собеседников проявляет себя в реак­циях адресата (ср. ремарки: смех, смеются), в просодических характеристиках ре­чи рассказчика (ср. замечания: со смехом в голосе). В самом рассказе говорящий нередко отмечает реакцию участников событий. Ср.: было очень смешно, все страшно хохотали и т. и.

Видимо, можно говорить и о других жанровых разновидностях многократно ре­продуцируемых текстов, для которых характерна иная, более «серьезная» комму­никативная установка рассказчика. Это обычно рассказы о драматических эпизо­дах семейной истории (болезнь, пожар и т. и.), рассказы притчевого характера и др. Их собирание и жанровая интерпретация — задача будущего.

Представленные рассказы-пластинки в зависимости от содержания и установки рассказчика на оценку описываемой ситуации подразделяются на несколько групп (о типах рассказов-пластинок см. выше, с. 44).

Истории-«апологии» — [тексты 36,39,45,47,49, 51]

Способ выхода героя из сложной или щекотливой ситуации, его находчивость положительно оцениваются как участниками событий, так и рассказчиком. Оценка обычно получает вербальное выражение в концовке текста.

«Комедии положений» — [тексты 37,38,40, 53]

В рассказах этого типа комичной оказывается сама по себе ситуация, в которую попадает герой.

Неожиданные ситуации иногда могут создаваться намеренно самими участни­ками и носят игровой, театрализованный характер. Ср. концовку в [текст 38]: Именно игра это была/ театр//. Зрителем обычно является рассказчик, не посвя­щенный в условия игры и попадающий в конфузную ситуацию. На этом же прин­ципе строится ситуация розыгрыша в бытовом общении.

Анекдотические истории — [тексты 41,42,48, 52]

Для рассказов-пластинок этого типа конституирующим признаком является на­личие «ударной» словесной формулы, которая обычно завершает сюжет. Ср.: «за всё красивое впереди»// [текст 41]; «Кто из нас негр?» [текст 42]; «Р-роза/ Р-рекс/ за мной!» [текст 48]; «А/ вылитый Якобсон»// [текст 52]. (В некоторых случаях сюжетная канва может «редуцироваться», и пластинки представляют собой цити­руемые «чужие» высказывания, ставшие для говорящего своего рода «крылатыми» словами и фразами. См. [текст 43]).

В приводимом блоке текстов есть достаточно большое число рассказов- пластинок, совмещающих в себе черты разных типов. Так, например, в [текст 44] представлена «конфузная» ситуация, когда герой (К.И.Чуковский) в идейно­эстетическом поединке с Александром Блоком терпит полное фиаско: В общем провал был/ совершенно невообразимый// Сви-и-ст вобще/ издевательство/ п... полное надо мной/. При этом рассказ о конфузе героя получает неожиданную анекдотическую развязку в виде финальной реплики Блока: «И маме тоже Очень не понравилось»//. Это и есть «point» данной истории.

[Текст 50] содержит элементы всех трех типов: комичная, почти неправдопо­добная ситуация; герой, нашедший весьма «экстравагантный» выход из положе­ния (показательно замечание одной из слушательниц: Военные находчивые//); рассказ завершается «ударной» репликой: «Мадам/ а чем я виноват/ что в вашем з- занюханном отеле/ нет ни одной сапожной щетки?».

Рассказы-пластинки обычно существуют в рамках жанрового конти­нуума. См., например, [текст 7] (с. 96), где рассказ-пластинка о находчивом отце представляет собой апологию герою. В процессе живого общения рассказы- пластинки могут следовать друг за другом по принципу «нанизывания». (Это же характерно и для анекдотов. Ср. замечание З.С.Паперного [текст 46]: Ну вот/ глав­ным образом это/ ш... шли анекдоты//). Так, [тексты 48,49] в реальной коммуника­тивной ситуации следуют один за другим. При этом их можно отнести к разным типам рассказов-пластинок. [Текст 48] — анекдотическая история, в которой ударной фразой является последняя реплика: «Р-роза/ Р-рекс/ за мной!». [Текст 49] — история-«апология».

Жанр рассказа-пластинки имеет ряд содержательно-композицион­ных особенностей (некоторые из них были рассмотрены выше, см. с. 44 и след.). Как правило, текст начинается сэкспозиции,в которой представляют­ся герои, место и время событий. Ср.: Сорок первый год// Первые дни войны бук­вально// А я приехал в Саратов/ ставить дипломный спектакль// Было мне двадцать/ один/ год// Не стар// Саратовский театр/ один из крупнейших на перифе­рии был/ с очень сильной группой актёров// Там был Сло-о-нов такой знаменитый/ Иван Артёмч/ [текст 36]; Шеснацтый год/ э-э идёт/ мировая война/ и-и к союзни­кам/ англичанам/ едет Корней Иванч/ Чуковский/ э... Алексей Николаич Толстой/ и/ Василий Иванч/ м-м Немирович-Данченко/ старший брат Владимира Иванча// И ещё один там// Набоков там/ и... другой// Вот// [текст 45]; Значит иду я по улице/ летом// [текст 53] и др.

Степень подробности изложения в экспозиции может быть различной. Нередко экспозиция включает достаточно развернутые характеристики участников, ситуа­ции и историю отношений героя и рассказчика. Ср.: Или другой случай// Это было/ у Михал Михалча Тарханова// Надо сказать что он в меня... м-м... в ГИТИСе/ как- то ко мне очень хорошо относился/ и-и даже и он/ и Леонидов/ поставили такую... м значит такой вопрос/ на Учёном совете/ чтобы меня/ перевести на актёрский фа­культет// Он гыт «потому что он способный актёр/ пусть он/ наиграется/ а-а режис­сёром уж потом станет»// [текст 38].

В условиях фатического общения возможно появление и собственно анекдотов — [текст 46].

Заметим, что рассказы-пластинки отличаются от собственно анекдотов рядом специфических особенностей. Прежде всего различие состоит в характере изобра­жаемого героя. Если в анекдоте герой обычно обобщен {одна женщина, грузин, солдат и т. и.) или имеет условную референтную соотнесенность {Штирлиц, Ва­силий Иванович), то в рассказах-пластинках герой — конкретное определенное ли­цо. То есть в основе рассказов-пластинок лежат подлинные события, в основе анекдотов (в современном понимании) — гипотетические вымышленные ситуа­ции.