СОВЕТСКАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ

Советская идеология, идеология партии Ленина — Сталина — великая созидательная сила. Она опирается на марксистский философский материализм, поднятый Лениным и Сталиным на новую высоту.

Марксистский философский материализм велик тем, что он превратил социализм в науку, открыл и с научной точностью сформулировал законы общественного развития, указал, научно обосновав, путь победы передового класса, овладевшего пере­довой теорией и руководимого передовыми идеями.

Домарксистская методология не могла определить пути раз­вития общества, установить условия и взаимосвязь в процессе этого развития, установить законы развития общества. На место научного анализа она ставила отвлеченные догадки, лишенные научного значения, подменяла должное желаемым безотноси­тельно к реальному состоянию общественных и, в частности, экономических сил в стране. В социологии домарксистского пе­риода господствовала метафизика, не видевшая ни в природе, ни в обществе взаимосвязи и закономерности в их развитии. Марксистская диалектическая философия, марксистский фило­софский материализм исходят из признания связи и взаимной обусловленности явлений общественной жизни, из положения о закономерности развития общества. Марксистский философ­ский материализм эту закономерность установил, показав зави­симость идеологической, политической жизни общества от его материальной основы. Марксизм исходит из признания наличия объективных законов, данные о которых имеют значение объек­тивных истин.

Основой объективности являются, учит марксизм-ленинизм, вовсе не «общезначимость» и не «коллективный опыт». Ленин в «Материализме и эмпириокритицизме», утверждая положение об объективной реальности, для обозначения которой имеется такая философская категория, как материя, и разоблачая ма- хистско-авенариусовскую, богдановско-юшкевическую тарабар­щину, сводившуюся к отрицанию объективной истины, к утвер­ждению примата ощущения и мысли, а не материи, писал: «Вода на земле, земля на ките, кит на воде» '.

¹ Л ен и н, Соч., т. XIII, стр. 75.

дение законов, управляющих развитием жизни, к сознанию является не чем иным, как обращением к заколдованному кругу, потому что самое сознание требует объяснения своего происхо­ждения, требует объяснения того, почему в ту или другую эпоху сознание одного класса отлично от сознания другого класса.

Марксистский философский материализм исходит из примата материи как основы основ. Марксистский философский мате­риализм исходит из принципа, что «точка зрения жизни, прак­тики должна быть первой и основной точкой зрения теории по­знания» *.

Правильное построение теории познания, правильное миро­понимание невозможны, учил Ленин, иначе, как на основе про­верки их практикой, жизненным опытом.

Марксистская теория признает опыт, исходящий из факта существования объективной истины, которая доступна познанию и которая может быть и должна быть проверена жизнью. Только на этой основе, т. е. на основе точки зрения жизни, говоря сло­вами Ленина, и возможно научное отношение к действительности, возможно правильное познание путей развития общественной жизни и общественных отношений, определение того, правильна или неправильна политика, которая осуществляется в данное время в организации общественных отношений и в управлении ими. Политика — это форма организации общественных отноше­ний, форма организации классов, всего общества, народов, из которых состоит это общество. И, конечно, без ясного понимания того—как, куда, почему и какими дорогами должно и может итти общественное развитие, невозможно правильное руковод­ство, невозможно проведение правильной политики.

Применение метода диалектического материализма обеспечи­вает верное направление и политики пролетариата и пролетар­ского государства. Эта политика определяется не отвлеченными «принципами человеческого разума», не добрыми пожеланиями «великих людей», а исходит из реальных потребностей развития материальной жизни общества.

С того времени, когда ученые овладели марксистским фило­софским материализмом и научились его применять в своей области в качестве метода познания явлений, была полностью разоблачена реакционная сущность субъективного идеалистиче­ского направления в методологии, исходящего из представления о том, что сознание определяет содержание материальной среды, что «мнения правят миром», что «абсолютные» или «вечные» истины определяют ход вещей во вселенной.

Говоря о значении марксистского философского материализма в развитии общественных наук, товарищ Сталин указывал, что из утверждения одного из основных принципов марксистского философского материализма — о познаваемости общественных

¹ Ленин, Соч., т. ХШ, стр. 116.

явлений и их закономерностей — вытекает признание, что «...в своей практической деятельности партия пролетариата должна руководствоваться не какими-либо случайными моти­вами, а законами развития общества, практическими выводами из этих законов» *.

Товарищ Сталин отсюда заключал: «Значит, социализм из мечты о лучшем будущем человечества превращается в науку.

Значит, связь науки и практической деятельности, связь теории и практики, их единство должно стать путеводной звездой партии пролетариата» ².

Товарищ Сталин учит, что, только опираясь на материальные основы жизни общества и его деятельности, познание обществен­ных явлений становится подлинно научным. Это и определяет величайшую, прогрессивную роль науки, если она действительно настоящая наука, опирающаяся на правильно построенную науч­ную методологию, и если она исходит из потребностей развития материальной жизни общества. Значит, задача науки заклю­чается в том, чтобы познать эти потребности, не принять случай­ное за действительное, кажущееся — за необходимое. Известно, что нашу партию пытались столкнуть на путь ошибочной поли­тики, гибельной для Советского государства, такие предатели, как Бухарин, Троцкий и их сторонники, уже представлявшие собою тогда, в первые годы революции, в потенции «пятую ко­лонну», которая благодаря гениальному предвидению товарища Сталина, была во-время ликвидирована. В то время как нашей главной потребностью было развивать тяжелую промышленность, производить как можно больше железа, стали, чугуна, угля, машин, станков, чтобы стать индустриальной, экономически неза­висимой страной, — эти предатели настаивали на том, чтобы вы­рабатывать побольше ситцу, галантереи, что всю экономическую политику нужно свести к задаче «обуть и одеть».

Большевистская партия, опирающаяся в своей политике на научную базу, познав задачи, вытекающие из коренных нужд нашего народа, нашего государства, направила свою экономиче­скую политику на то, чтобы строить шахты, разрабатывать мед­ные, железные и прочие рудники, создавать предприятия, кото­рые обеспечили бы крепкую индустриальную экономическую базу, ибо только на такой базе и современной могучей технике можно было строить социалистическое хозяйство и удовлетво­рить потребности народа.

Большевистская партия, руководствуясь марксистско-ленин­ско-сталинской наукой о развитии общества, пошла по пути социалистической индустриализации, который отвечает жизнен­ным интересам Советской страны. По этому пути пошло хозяй­ственное развитие СССР, и социализм победил. Победа соцпа-

¹ II. і а л п її. Вопросы ленинизма, изд. 11-е, стр. 544—545.

Т а м ж е, стр. 545.

•Д‘3

Лизма в нашей стране доказала силу и жизненность марксизма- ленинизма.

«Сила и жизненность марксизма-ленинизма состоит в том, что он опирается в своей практической деятельности именно на потребности развития материальной жизни общества, никогда не отрываясь от реальной жизни общества» *. Это не умаляет ро­ли и значения теории, общественных идей, политических взглядов.

Напоминая слова Маркса о том, что «теория становится ма­териальной силой, как только она овладевает массами», товарищ Сталин разъясняет, что это означает воздействие идей, теории на материальную жизнь общества, на создание условий, необхо­димых для того, чтобы довести до конца разрешение назревших задач материальной жизни общества и сделать возможным даль­нейшее ее развитие.

Связь теории с практикой, их взаимозависимость и единство, без чего нет ни правильной теории, ни правильной практики, — главнейшая особенность марксистского материализма, сделав­шего этим открытием гигантский шаг вперед в теории познания. Именно эта связь теории с практикой, их взаимозависимость и единство, что постоянно подчеркивают Ленин и Сталин, и яв­ляется главнейшей особенностью в деятельности нашей партии, опирающейся в своей политике и практике на марксистский философский материализм.

В историческом выступлении на конференции аграрников- марксистов в 1929 г. товарищ Сталин говорил:

«Известно, что теория, если она является действительно тео­рией, дает практикам силу ориентировки, ясность перспективы, уверенность в работе, веру в победу нашего дела. Все это имеет — и не может не иметь — громадное значение в деле нашего со­циалистического строительства. Беда в том, что мы начинаем хромать именно в этой области, їв области теоретической разра­ботки вопросов нашей экономики» ^{[228] [229].}

И далее:

«Новая практика рождает новый подход к проблемам эконо­мики переходного периода. По-новому ставится теперь вопрос о нэпе, о классах, о темпах строительства, о смычке, о политике партии. Чтобы не отстать от практики, надо заняться теперь же разработкой всех этих проблем с точки зрения новой обста­новки» ^[230].

Без единства теории и практики невозможно никакое движе­ние вперед. Но что значит единство теории и практики? Истори­ческий пример марксистского понимания этого единства пред­ставляют собой мысли, высказанные товарищем Сталиным в 1929 г. на конференции аграрников-марксистов по поводу классовых сдвигов в стране и поворота в политике партии. Тогда

мы проделали один из величайших поворотов во воші пашен политике, именно поворот от политики ограничения экснлоа- таторских тенденций кулачества к политике ликвидации кула­чества как класса.

Товарищ Сталин говорил: «В 1926—1927 гг. зиновьевско- троцкистская оппозиция усиленно навязывала партии политику немедленного наступления на кулачество. Партия не пошла на эту опасную авантюру, ибо она знала, что серьезные люди не мо­гут позволить себе игру в наступление. Наступление на кула­чество есть серьезное дело. Его нельзя смешивать с декламацией против кулачества. Его нельзя также смешивать с политикой царапанья с кулачеством, которую усиленно навязывала партии зиновьевско-троцкистская оппозиция. Наступать на кулачество— это значит сломить кулачество и ликвидировать его как класс.

«Тогда политика недопустимости раскулачивания была необ­ходима и правильна. А теперь? Теперь — другое дело. Теперь мы имеем возможность повести решительное наступление на ку­лачество', сломить его сопротивление, ликвидировать его как класс и заменить его производство производством колхозов и совхозов» ².

Вот что значит применение теории к практике, во г что значит организация практических мероприятий под углом зрения пра­вильного научного анализа обстановки — экономических, произ­водственных и других особенностей.

В 1926—1927 гг. не было данных для проведения решитель­ного наступления на кулачество, которое, по определению Ленина, является самым жестоким и варварским из всех эксплоа­таторских классов. Правильный, трезвый, научный анализ обста­новки показывал, что в то время это так называемое наступление превратилось бы в пустозвонство, царапанье, что привело бы только к отрицательному результату. Партия не могла поэтому встать на такой путь, не могла проводить подобного рода меро­приятия. Она должна была бороться против всех тех, кто пы­тался навязывать ей этот путь. И наоборот, в 1929 г., когда соот­ношение классовых сил в стране изменилось и когда была

¹ И. Сталин, Вопросы ленинизма, изд. ll-є, стр. 291. (Разрядка моя.- Л. П.)

- Ї а м ж е, стр. 292—293.

создана материальная база для того, чтобы начать и успешно провести решительное наступление на кулачество, партия новела это наступление и довела его до конца.

Успешное продвижение вперед в деле социалистического строительства должно опираться на фундамент научного знания. Практические мероприятия общей и хозяйственной политики должны быть строго соразмерены и рассчитаны в соответствии с требованиями науки, в основе которой лежит теория марксист­ского философского материализма.

Чтобы обеспечить успех перестройки сельского хозяйства на основе коллективизации, нужно было не только сломить кулац­кое сопротивление, нужно было разгромить кулацкую грома- новско-бухаринскую «теорию равновесия» секторов — теорию двух ящиков, служившую оружием для тех, кто сопротивлялся колхозному строительству.

Этой так называемой «теории» товарищ Сталин противопо­ставил подлинно научную, марксистскую теорию воспроизвод­ства. Товарищ Сталин доказал невозможность в продолжение более или менее долгого периода базировать советскую власть п социалистическое строительство па двух разных основах — на основе крупной социалистической промышленности и на основе раздробленного и отсталого мелкотоварного крестьянского хо­зяйства.

Выход — социалистический путь развития сельского хозяй­ства через колхозы, вооруженные техникой и наукой. Это реаль­ный путь, предначертанный действительной наукой, а не утопич­ными, антимарксистскими и реакционными «теориями», вроде бухаринской «теории равновесия».

Таково влияние научной теории социалистического строитель­ства на практику социалистического государства.

Об этом влиянии науки марксизма-ленинизма на государ­ственные мероприятия в реконструкции советского народного хозяйства Сталин говорит: «Проводя национализацию земли, мы исходили, между прочим, из теоретических предпосылок, дан­ных в третьем томе «Капитала», в известной книге Маркса «Тео­рии прибавочной ценности» и в аграрных трудах Ленина, пред­ставляющих богатейшую сокровищницу теоретической мысли. Я имею в виду теорию земельной ренты вообще, теорию абсо­лютной земельной ренты в особенности. Теперь ясно для всех, что теоретические положения этих трудов блестяще подтверди­лись практикой нашего социалистического строительства в городе и деревне» >.

В истории человеческого общества никогда не было ранее ни одного государства, в котором практические мероприятия так полно и последовательно согласовывались бы с теоретическим пониманием тех законов, которые, с одной стороны, рождают необходимость этих мероприятий, а с другой — вступают немед-

¹ И. Сталин, Вопросы ленинизма, изд. П-е, стр. 281—282.

ленно же после fix рождения в управление дальнейшим ходом и развитием этих мероприятий, как это имеет место в пашен стране. И это потому, что наше государство—государство повою типа, социалистическое государство, где наука заняла особое место, мало сказать почетное место, где наука вошла основным состав­ным элементом во всю структуру общества, во всю структуру государственного управления и руководства.

На основе теоретических предпосылок и практического опыта Ленин и Сталин формулируют законы социалистического строи­тельства. Для примера укажем на сталинский «закон наступле­ния» (1930 г. «Ответ товарищам колхозникам»). Этот закон за­ключается в том, что наступление без закрепления завоеванных позиций есть наступление, обреченное на провал. «Когда может быть наступление успешным, скажем, в области военного дела? — спрашивал товарищ Сталин п отвечал:

«Когда людине ограничиваются огульным продвижением впе­ред, а стараются вместе с тем закрепить захваченные по­зиции, перегруппировать свои силы сообразно с изме­нившейся обстановкой, подтянуть тылы, подвести ре­зервы. Для чего все это нужно? Для того, чтобы гарантировать себя от неожиданностей, ликвидировать отдельные прорывы, от которых не гарантировано ни одно наступление, и подготовить, таким образом, полную ликвидацию врага. Ошибка польских войск в 1920 г., если взять только военную сторону дела, состоит в том, что они пренебрегли этим правилом. Эт; м, между прочим, и объясняется, что, докатившись огулом до Киева, они вынуждены были потом так же огулом откатиться до Варшавы. Ошибка советских войск в 1920 г., если взять опять-таки только военную сторону дела, состоит в том, что они повторили ошибку ПОЛЯКОВ при своем наступлении на Варшаву.

То же самое надо сказать о законах наступления на фронте классовой борьбы. Нельзя вести успешное наступление на пред­мет ликвидации классовых врагов, не закрепляя завоеван­ных позиций, не перегруппировывая свои силы, не обеспечивая фронт резервами, не подтягивая т ы л ы и т. д.

Все дело в том, что головотяпы ие понимают законов насту­пления. Все дело в том, что партия их понимает и проводит

• в жизнь» *.

Мы видели блестящее применение этого закона наступления под руководством товарища Сталина — гениального полководца советских армий — в Великой Отечественной войне против не­мецко-фашистских захватчиков.

Можно ли наметить правильную политику, не опираясь на научный анализ развития общественных отношений? Воз­можно ли большевистское наступление без надлежащей болыне- нксіскоіі подготовки, т. е. без того, чтобы, опираясь на маркси- стско-ленпнско-сталинскую теорию общественного развития, про-

¹ J) с. г.іліііі, Вопросы ленинизма, изд, !1-е, стр, 313'—314.

летарскои революции и построения социализма, определить направление, перспективы реализации нужных мероприятий, условия, формы, метод, время их реализации? Конечно, нет. Без указанных выше предпосылок дело свелось бы к пустому про­жектерству, к авантюризму. Роль теории марксизма-ленинизма в борьбе за социализм в условиях социалистического строитель­ства в СССР огромна.

Ленин и Сталин осуждают стремление тех фактиков, кото­рые отмахиваются от теории. Товарищ Сталин указывает, что это «...противоречит всему духу ленинизма и чревато большими опасностями для дела» ^!. Известно определение теории, данное товарищем Сталиным: «Теория есть опыт рабочего движения всех стран, взятый в его общем виде» ².

Или формула Ленина: «Без революционной теории не может быть революционного движения» ³ — формула, которой 45 лет тому назад В. И. Ленин ответил на один из «проклятых вопросов» того времени, на вопрос «Что делать?». Формула, дополненная вещими словами о том, что «...р оль передового борца может выполнить только партия, руководи­мая передовой теорией»⁴.

Но для этого теория должна быть действительно передовой. Нужно, чтобы идеи, теории правильно отражали потребности общества и были способны привести в движение широкие массы народа, были способны мобилизовать и организовать их в силу, могущую разбить реакционные силы и проложить путь передо­вым силам общества.

Ленин и Сталин говорят не просто о теории, а о передовой теории, о науке, которая не отгораживается от народа, которая идет в ногу с- народом, служит народу, двигает жизнь вперед. Товарищ Сталин указывает на «...величайшее организующее, мо­билизующее и преобразующее значение новых идей, новых тео­рий, новых политических взглядов, новых политических учрежде­ний» ⁵.

IV