ПРОШЕДШЕЕ И БУДУЩЕЕ

Со времени появления первых мореплавателей на водах Индийского океана и до начала XX в. мы видим его в роли посредника в антропологической, торговой, религиозной и в особенности культурной области.

105

Наиболее ярким выражением этой роли является создание индс-африканского культурного мира, охватывав­шего весь северо-запад океана и имеющего самого сильного носителя в лице ислама.

Именно теперь он мог бы завоевать первенствующее положение своему культурному миру, положение, утраченное при 400-летнем натиске белой расы. Во главе этой борьбы могли бы стать индусы в силу их численности, если бы они захотели променять бездеятельное прозябание на более живую религию. Таковой могло бы быть и христианство, но ислам и теперь уже имеет над ним численный перевес: наряду с двумя миллионами христиан в одной Индии 57 миллионов магометан; вообще В пределах Индийского океана Для христианства, по-видимому, нет будущего; ни на юге Азии, ни в Африке оно не имеет успеха, тогда как учение пророка быстро распространилось в обеих частях света. Пока Индия находится под властью англичан, она никогда самостоятельно не двинется к морю; для этого влияние европейцев на неподвижную массу индусов в их тропической родине слишком ничтожно.

Такого движения можно скорее ожидать от двух других английских колоний в Индийском океане. Австралия в настоящее время образовала союз под главенством Англии, который теперь уже в самом начале обнаруживает живое стремление расшириться. Пока эти попытки ограничиваются исключительно Меланезией и Полинезией, но что может помешать впоследствии соединенным штатам Новой Зеландии обратить свои взоры на Голландский архипелаг? Для Южной Африки, которая стоит на том же Пути, является естественной необходимостью обратить фронт к Индийскому океану, так как ни в водах Антаркти­ки, ни-на Атлантическом океане для нее. нет точек опоры. Положение Англии от этого только улучшится.

106

слишком много сильных морских держав и слишком много выходов в океан. Один.-из них, вход через Красное море, приобретает с каждым десятилетием все большее значение благодаря важности Юго­Восточной и Восточной Азии в глазах европейцев и североамериканцев, а также замене парусных судов пароходами.

Является ли этот переворот, совпадающий с прорытием Суэца, его прямым последствием, остается вопросом: достоверно то, что прорытие канала способствовало ему. Этим доказывается значение Индийского океана в такой области, которая в будущем окажется еще важнее для всемирной истории, чем она есть в настоящую эпоху.

Наоборот, в антропологической области будущее Индийского океана обещает немного: для смешения рас в таких значительных размерах, каких мы можем ожидать на Тихом океане, здесь нет места: обреченные на вымирание австралийцы исчезают, индусы же и африканцы от Сомали до Замбези живут слишком густой массой, чтобы проникновение чужой крови могло вызвать заметные изменения расы. Остается узкая полоса Экваториальной Африки на востоке и Южная Африка как области тесного смешения рас.

Первая не имеет будущего, так как при новых условиях арабская иммиграция уменьшается, суахили же без­надежно обращаются в негров.

Будущее Южной Африки обещает больше для антропологии; в ней на узком пространстве теснится целый ряд разнообразных составных частей: кафры и более светлокожие готтентоты и бушмены, голландские буры и англосаксы, малайцы и индусы. Последует ли когда-нибудь смешение всех этих элементов — остается вопросом, но в метисах ему уже положено начало.