КРАТКИЕ ИМЕНА ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ В ДРЕВНЕ­РУССКОМ ЯЗЫКЕ

§ 208. Склонение кратких прилагательных. Единственное число

Множественное число

Двойственное число

И.-В. добра добрѣ добрѣ синіа сини сини

Р.-М. доброу доброу синю синю

Д.-Т.

§ 209. История кратких прилагательных. В древнерусском языке было три категории кратких прилага­тельных — качественные, относительные и притяжательные; все они изменялись по родам и числам и склонялись как существи­тельные муж. и ср. р. с древней основой на д твердой и мягкой

294

разновидностей и как существительные жен. р. с древней основой на а также обеих разновидностей (см. парадигмы склонения в § 208).

Обращаясь к истории кратких качественных и относитель­ных прилагательных, следует прежде всего сказать, что, хотя она была связана с утратой ими склонения, эта утрата происходила постепенно и в относительно поздний период. Памятники письмен-

Как видно, раньше всего (вероятно, в XIII—XIV вв.) были утрачены формы твор. пад. ед. ч. муж. и ср. р., а также дат.-твор. дв. ч., дат. и местн. мн. ч. и, наконец, твор. пад. мн. ч. жен. р., где этому содействовал звуковой состав соответствующих форм именного и местоименного склонения (см. § 211). Дело в том, что эти формы в именном и местоименном склонениях имели равносложные окончания (ср. твор. пад. ед. ч. муж. и ср. р. краткой формы добръмь и полной — добрымь; дат.-твор. пад. дв. ч. доброма, добрама и добрыма; дат. пад. мн. ч. добромъ, добрамъ и добрымъ;, местн. пад. мн. ч. добрыхъ, добрахъ и доб­рыхъ; твор. пад. мн. ч. жен. р. добрами и добрыми). Безразличие в их синтаксическом употреблении привело к смешению этих форм, окончившемуся вытеснением именного склонения.

Вместе с указанными формами по аналогии была утрачена и форма род. пад. мн. ч. кратких прилагательных, что было свя­зано с совпадением этой формы у полных прилагательных с формой местн. пад. мн. ч. Так вместо добръ в род. пад. мн. ч. появилось добрыхъ по местоименному склонению. Несколько поз­же были вытеснены формы род., дат. и местн. пад. ед. ч. жен. р.: изменение окончаний в этих формах у полных прилагательных в [оц] (см. § 213) обусловило равносложность форм кратких и полных прилагательных; и наконец, еще позже были утрачены все остальные формы косвенных падежей кратких прилагатель­ных.

Общая тенденция сближения склонения слов во множествен­ном числе выразилась в истории кратких прилагательных и в утрате родовых различий в имен. пад. мн. ч. В твердой разновид­ности вместо трех древнерусских форм (муж. р. на [и], жен.— на [ы], ср.— на [а]) возникает одна — с окончанием [ы], восхо­дящая по происхождению к форме имен. пад. мн. ч. жен. р. Правда, в диалектах (а иногда и в просторечии) встречаются формы имен. пад. мн. ч. с окончанием [и] (типа ради, сыти, ви-

новати, богати и т. п.), восходящие к бывшему имен. пад. мн. ч. муж. р.

Параллельно форме на [ы] в твердой разновидности в мягкой возникло единое окончание имен. пад. мн. ч. [и] (типа сини).

В результате всех этих процессов в русском языке краткие прилагательные сохранились лишь в имен. пад. ед. и мн. ч., т. е. в тех формах, в которых они выступают как именная часть состав­ного сказуемого.

Для того чтобы закончить рассмотрение истории этих прила­гательных, следует оговорить еще два момента. Во-первых, не­обходимо отличать краткие прилагательные, восходящие к древне­русской эпохе, от усеченных прилагательных, искусственно соз­данных и широко распространенных в поэтическом языке XVIII— начала XIX в. Отличие кратких и усеченных прилагательных проявляется в ударении: полные и краткие прилагательные от­личаются друг от друга местом ударения, тогда как усеченные имеют ударение на том же слоге, что и полные.

Во-вторых, надо отличать краткие прилагательные от так на­зываемых стяженных, часто встречающихся в диалектах и пред­ставляющих собой результат фонетического изменения некоторых форм полных прилагательных. Диалектные стяженные формы развиваются в имен, и вин. пад. ед. ч. жен. и ср. р. и в имен, и вин. пад. мн. ч. Они возникают в результате выпадения интер­вокального [и], уподобления гласных окончания и последую­щего их стяжения. Так, например, в форме красное — фонетически [красноие]—происходит утрата [и]: [красное], далее—упо­добление [е] звуку [о] — [красноо] и, наконец, стяжение глас­ных: [красно] (ср. также [красныие] > [красные] > [крас­ный] > [красны]).

§ 210. Что касается кратких притяжательных прилагательных, то они в древнерусском языке образовывались не только с помощью суффиксов -овъ (-евъ) и -инъ (типа братовъ, отьцевъ, сестеринъ), но и *-j(t>), *-j(a), *-j(e). К притяжательным прилагательным, образованным с суффиксом *-j(t>), *-j(a), *-j(e) ([ь], [а], [е] — окончания имен. пад. ед. ч. муж., жен. и ср. р.), относятся такие, как др.-русск. намѣстьничь (из *narr№stbnik- + /ь; [kj] > [ч’]), къняжь (из *Ігъп?2- +/ь; [zj] > [ж’]), Ярославль (из Yaros­lav- + /ь; [vj] > [вл’]) и т. п. Ср. примеры из памятников: соудъ Ярославль (Рус. Пр.), азъ мьстиславъ володимирь снъ (Гр. Мстис. ИЗО г.), по замьиилению бояню („Сл. о полку Иг.“), отроци свѣньлъжи (Лавр, лет.), дворъ княжь (там же), дъчерь мьстиславлю (Новг. лет.) и т. п. Эти притяжательные прила­гательные были утрачены в истории русского языка. Остатками их являются такие названия городов, как Ярославль (город 296

Ярослава), Перемылилъ (город Перемысла), Путивль, Переяс­лавль и др.

Притяжательные же прилагательные с суффиксами -ов и -ин сохранились в языке, причем они даже сохранили некоторые формы косвенных падежей в единственном числе, хотя во мно­жественном эти косвенные падежи образуются по типу полных прилагательных (отцовых, отцовым, отцовыми). Так, в единствен­ном числе сохраняются формы род. и дат. пад. муж. р. (отцова дома, отцову дому) и вин. пад. жен. р. (сестрину шаль).

Однако эти формы теперь очень неустойчивы и часто заменя­ются формами, образованными по типу полных прилагательных (например, бабушкиного дома, Петькиного брата и т. п.).